Если бы не золотые руки

Мальчика, которого переехал автобус с пассажирами, иркутские хирурги собрали по частям

Операцию, которую успешно провел хирург Владимир Подкаменев, никто в мире еще не делал. Уникальная операция по восстановлению трахеи вошла в историю мировой детской хирургии. Иркутские хирурги получили за нее премию "Признание" — высшую награду в профессиональном мире. Но неизвестно, чего больше в истории прооперированного мальчика Антона Бикинина — гордости за свой город или горечи от чиновничьего равнодушия: семье Бикининых до сих пор не выплатили компенсацию за поездку в Москву на вручение премии.

Роковой понедельник

Это случилось осенью 2001 года. Татьяна Бикинина, мама Антона, вспоминает, что в тот год сын перешел в четвертый класс, успел отучиться всего полтора месяца, как произошла трагедия.

— Я его в школу в то утро никак отпускать не хотела, — вспоминает Татьяна. — Ведь есть же какая-то интуиция, материнское сердце мне подсказывало, что не надо было ему ходить в школу в этот понедельник. "Может, сына, не пойдешь сегодня в школу?" — ему говорю. А он: "Ну, мам, ты же сама говорила, что пропускать нехорошо!"

Если бы знать, что этот понедельник для семьи Бикининых станет черным...

Антон взял портфель, забитый тетрадками и учебниками, и побежал на остановку. На конечной остановке микрорайона Зеленого уже стоял рейсовый автобус ЛиАЗ. Когда Антон заскочил на подножку, автобус тронулся. Мальчик уже поднялся на переднюю площадку, увидел контролера и потянулся в карман за проездным, как автобус резко дернулся — и Антон вылетел из сломанной, распахнутой настежь задней двери. ЛиАЗ проехал по ребенку, попавшему прямо под задние колеса.

"Имени спасителя не знаем"

В автобусе народу было немного, и студенты, стоявшие на задней площадке, почувствовали, как колеса проехали по ребенку. Женщина на передней площадке закричала, и автобус остановился. Все высыпали наружу и увидели, что на проезжей части, весь в крови, лежит мальчик. Потом врачи уже скажут, что его травмы были несовместимы с жизнью. Ему переломало ребра, кости бедер, нижнюю челюсть, у него был сильный ушиб головного мозга и внутренних органов. Но самое страшное — полностью оторвалась трахея. Хотя ребенок пока еще мог дышать, но часы уже отсчитывали последние минуты его жизни...

Один пожилой человек из пассажиров автобуса, едва оправившись от увиденного, выбежал на дорогу и остановил первый попавшийся автомобиль. Это была белая иномарка, водитель которой, ни слова не говоря, отвез изувеченного ребенка из Зеленого в Ивано-Матренинскую больницу.

— Мы до сих пор не знаем имени нашего спасителя, — говорит мама. — Ведь если бы не водитель белой иномарки, нашего сына уже бы не было в живых.

Ребенок в коме

В восемь сорок мальчик уже лежал на операционном столе. Врачи еще успели спросить его: "Куда ты ехал?" И он ответил: "В школу". Это были его последние слова, он потерял сознание. Врачи сначала долго не могли понять, что с ребенком. Антон уже был в коме. Хирурги вспоминают, что десятилетний пациент был похож на кусок окровавленного мяса, кровь залила бронхи, он не мог уже самостоятельно дышать.

— Когда мы провели все необходимые реанимационные мероприятия: откачали кровь из бронхов, подсоединили легкие к аппарату искусственного дыхания, когда вновь забилось сердце, тогда только я смог начать операцию, — вспоминает хирург Владимир Подкаменев. — Если бы не мои коллеги-реаниматологи, травматологи, другие детские специалисты, которых в срочном порядке вызвали в операционную, я бы ничего не смог сделать. Просто не успел бы.

Именно потому, что каждый детский врач сделал свою работу быстро и профессионально, операция удалась.

— Наша бабушка, она верующая, говорит, что это Бог так устроил, что все эти люди собрались тогда в один день в операционной, — говорит Татьяна. — Что Подкаменев не был в отпуске, не взял выходной, не заболел. Мало ли что могло бы случиться. Но обстоятельства сложились так, что лучшие реаниматологи, кардиологи, лор-врачи, травматологи и лучший хирург Ивано-Матренинской больницы — все они были около Антона, все они делали свое дело мастерски, на совесть. Где-то на запредельном уровне.

Вещий сон

Когда операция закончилась, Татьяна с мужем у дверей реанимации ждали вердикта врачей. "Я не знаю, что дальше будет, — честно признался Владимир Владимирович Подкаменев, который оперировал Антона. — С такой травмой мне еще никогда не приходилось встречаться. Полный отрыв трахеи — это травма, несовместимая с жизнью".

Но все равно, надежда не оставляла родителей Антона. По словам Татьяны, она не могла себе позволить заплакать, внутренне сжалась, собралась в комок. Заплакала только дома, когда никто не видел ее. Ночью в полудреме увидела сына живым и здоровым.

— Вижу во сне какой-то огромный-огромный страшный овраг, какого я в жизни никогда не видела, — вспоминает Татьяна. — И мой Антон прыгает через него. И вдруг — сорвался в пропасть, но одним пальцем зацепился. И чудом, каким-то чудом он выкарабкался! Вылез на землю и радостно запрыгал, кричит: "Ура-а-а!" А я вижу и радуюсь, что он жив.

Но до настоящей жизни, до первого шага и даже до нормального вдоха и выдоха Антону было еще очень и очень далеко. Сначала реанимация, потом лор-отделение, потом — травматология. Чтобы бедренные кости срослись правильно, ребенка закрепили в позе лягушонка, так, как спят новорожденные. Такому подвижному ребенку, каким с детства рос Антон, лежать в постели на такой растяжке было настоящее мучение. Антон дышал с шумом, к каждому дыханию чутко прислушивалась мама.

— Когда нас через месяц выписали, я не переставала прислушиваться к его дыханию, — вспоминает она. — Он дышал очень шумно, с надрывом, я его называла "мой паровозик". Я его слушала везде, где бы ни была: в другой комнате, в огороде. Как только гной накапливался в трахее, наступала асфиксия, Антошка начинал задыхаться, я хватала его в охапку и везла в Ивано-Матренинскую. Слава Богу, всегда успевала вовремя. Вскоре Антон начал заново учиться ходить.

Премия "Признание"

Владимир Владимирович Подкаменев получил вызов в Москву на вручение премии "Признание" в июне этого года. Хотя после операции прошло уже пять лет, никто в мире не смог повторить того, что сделал иркутский хирург. Подкаменев был первым детским врачом, который смог вернуть к жизни ребенка, получившего такие множественные травмы и полный отрыв трахеи — травму, которая до этого считалась смертельной в мировой практике детской хирургии.

— Когда мне пришел вызов в Кремлевский дворец, я сначала растерялся. Как раз в эти дни мы принимали у себя делегацию американских хирургов — и вдруг надо было все бросить и лететь, — рассказывает Владимир Владимирович. — Я понимал, что надо быстро собрать всю реанимационную команду, всех тех, кто помог мне сделать эту операцию. Так впервые в практике вручения премии "Признание" на сцену вышел не один врач, а сразу четверо. В Москву решено было взять и Антона, чтобы люди видели: мальчик жив, он учится в восьмом классе, и у него все хорошо.

Премию "Признание" в виде золотых рук, которые держат хрустальный кристалл, Владимиру Подкаменеву вручал актер Юрий Соломин. Он передал ее сначала Антону, а тот вручил "Признание" своему хирургу. На сцене чествовали также и реанимационную бригаду: Иванова Валерия Олеговича, врача-эндокописта, анестезиолога Другову Ирину Алексеевну, врача-реаниматолога Чикинду Веру Владимировну.

В Москве Антона и его маму, а также иркутских врачей сняли в программе "Здоровье" с Еленой Малышевой, через две недели программа вышла в эфир.

Равнодушие чинуш

Единственное, о чем не хотелось бы говорить, но о чем и умолчать нельзя, так это о вопиющем равнодушии чиновников из Министерства здравоохранения. Антону Бикинину и его маме Татьяне до сих пор не выплатили деньги, компенсирующие им расходы на поездку в Москву. Живут Бикинины бедно, своим огородом да тем, что заработает отец, мама пока не работает, у нее на руках маленький ребенок — сестра Антона Люба. Бикинины вынуждены были занять 34 тысячи рублей на поездку в Москву (астрономическая цифра для матери, которая получает лишь детское пособие — 120 рублей ежемесячно). Сейчас чиновники областного Комитета здравоохранения все не могут никак решить: выплачивать эти деньги Бикининым или нет. Врачам выплатили, и ладно. А пока идет эта чиновничья волокита, Бикинины ждут, им ничего больше не остается делать. Дату выплаты переносят каждую неделю, и это продолжается ни много ни мало с самого июня. Как должны выкручиваться мать и двое несовершеннолетних детей, чиновников, похоже, совершенно не волнует.

Метки:
baikalpress_id:  25 943