Могила в Марата

От огромного кладбища на Знаменской горе в предместье Марата сейчас осталась только одна могила - сибирского историка и писателя Афанасия Щапова. Этот человек, в расцвете лет умерший от чахотки, задавленный царским правительством, оставил свой след в истории Иркутска и России. Время пощадило его памятник - высокий крест с надписью: "Родина - писателю". Чем же заработал он такой почет?

Бурса на берегу Ангары

На Нижней набережной, рядом с административным корпусом ИГПУ, стоит пряничный домик с красивой ажурной лестницей, с вывеской "Факультет педагогики". Это бывшая духовная семинария (бурса, как называли тогда такие учебные заведения). В начале XIX века здесь учился наш прославленный земляк Афанасий Прокопьевич Щапов, ученый и писатель.

Многие бурсаки были из бедных семей, а большинство и вовсе сироты. Книг купить было не на что, поесть досыта и то не всегда удавалось. Спали на вшивых войлочных тюфяках, на подушках без наволочек. В комнатах пол был покрыт толстым слоем грязи, а щели в половицах такие, что не только крыса, но и кошка могла провалиться.

За невыученный урок секли розгами публично: перед семинарией стояла скамья, чтобы видели все, как расплачиваются нерадивые семинаристы за промахи в учебе. Когда детей секли, звонили в набат в продолжение всей экзекуции. Давали по 100 и по 200 розог, уносили выпоротых в бесчувственном состоянии. Афанасию повезло: хорошая от природы память позволила ему даже в отсутствие необходимых учебников запоминать урок наизусть от учителя. В числе лучших учеников духовной семинарии Афанасия Щапова отправили учиться в Казань, в духовную академию.

Казанский столпник Афанасий

Учился студент Афанасий Щапов слишком упорно. Его современник М.Ядринцев вспоминал: "Часов по 17 он проводил за конторкой, так что от его сапог образовались углубления на полу. Студенты водили друг друга смотреть на это диво, и углубления прозвали ямами нового столпника, блаженного Афанасия".

Еще студентом Щапов пристрастился к изучению русского старообрядчества. На последнем курсе Щапов защищал магистерскую диссертацию, которая вышла в Казани в 1858 году отдельной книгой, она называлась "Русский раскол старообрядства". Книга произвела революцию в истории церкви. Щапов первый рассмотрел в старообрядцах не фанатиков-изуверов, а самобытнейшее явление русской жизни — законсервированную на века допетровскую Русь. У старообрядцев, по мнению Щапова, все было исконно русское, их не тронули европейские реформы Петра, не изуродовали немецкие порядки политики XVIII века.

Щапов был славянофилом, истинным патриотом своего Отечества, он горел и зажигал своим энтузиазмом. Несмотря на молодость, Щапов был любимым преподавателем у студентов всех курсов Казанского университета. Правда, профессором истории он прослужил всего один год.

Прыжок в бездну

Головокружительная карьера Афанасия Прокопьевича Щапова потерпела крах в 1861 году. Это был год, когда в Росси отменили крепостное право.

В апреле 1861 года в Казанской губернии, в селе Бездна, Спасского уезда, начались крестьянские волнения. Для их подавления в Бездну вступили две роты Тарутинского полка под командованием генерал-майора графа А.С.Апраксина. Был убит 91 и ранено 87 человек. Расстрел безоружных крестьян вызвал возмущение и протест демократической интеллигенции в России и за границей. Студенты Казанского университета и духовной академии организовали демонстративную панихиду по жертвам бездненского расстрела, на которой 16 апреля 1861 года с речью выступил Афанасий Щапов. За это он был посажен в Петропавловскую крепость.

Ссылка в Сибирь

Щапову реально грозила ссылка в какой-нибудь глухой монастырь, но интеллигенция вступилась за молодого ученого. Министр внутренних дел Валуев взял Щапова на поруки и назначил его чиновником министерства по раскольничьим делам. Но Щапов, выбитый из колеи, не мог уже с прежним спокойствием продолжать свою научную работу. Он продолжал горячо участвовать в общественном протесте. Известный политический деятель царского правительства Муравьев резко выступил против Щапова. Он обвинил его в попытке "все поднять для какой-нибудь новой пугачевщины". И в 1864 году Афанасия Прокопьевича выслали в Сибирь, сначала в село Анга, затем в Иркутск.

Сибиряки, по мнению Щапова, были более корыстными и буржуазными, чем великорусский народ. Во всяком случае, в Иркутске он оказался вообще без всякой поддержки. Больной туберкулезом, он влачил нищенское существование. К преподавательской деятельности его не допускали, все его статьи и научные работы подвергались жесточайшей цензуре, он не мог печатать то, о чем хотел сказать. Атмосфера провинциального "обуржуазившегося" города его просто задушила.

Не знаю, верить ли написанному, но вот что писали его современники: "В ссылке тяжелые материальные условия, полная отрезанность от научной и общественной жизни страны, наконец, развившийся у Щапова вследствие этого алкоголизм положили конец развитию его как историка. Работы последних лет жизни Щапова не имеют самостоятельного значения..."

В 1874 году скончалась его жена Ольга, а 1876-м умер и Афанасий Прокопьевич Щапов.

Они похоронены в одной могиле, в самом начале Марата, на высокой горе. На могиле стоит высокий памятник из розового мрамора с надписью "Родина — писателю".

Раньше сюда возили иностранцев

Мы решили выяснить, что знают о Щапове жители улицы в предместье Марата, которая носит его имя.

Геннадий Васильевич:

— Конечно, я знаю, кто такой Щапов: сибирский писатель и историк. Я здесь с 1964 года живу, столько экскурсий о нем переслушал! Здесь в конце апреля — начале мая постоянно митинги проходят, все ведущие иркутские историки и краеведы собираются, очень много молодежи. Я гоняю наркоманов, которые в кустах себе домик сделали. Тут раньше столько берез было, такая роща красивая! А сейчас все вырубили подчистую. Я как услышу тук-тук, сразу бегу спасать деревья. А как же — такое место красивое. Кто же его защитит, кроме нас?

Галина Анатольевна:

— Раньше здесь всегда чисто было, часто к памятнику возили иностранцев на экскурсии. Детей много было! Местный университет митинги здесь устраивал. Большое спасибо передайте школьникам, которые ухаживают последние год-два за этим памятником! Вот на прошлой неделе были, все чистенько так прибрали.

Два приятеля — Стас Непомнящих, учащийся 73-й школы, и Михаил Данилов, студент-первокурсник, бывший ученик 3-й школы, — знают, что памятник поставлен на могиле сибирского писателя.

— Щапов там похоронен вместе со своей женой, нам на уроке истории рассказывали, — говорит Стас Непомнящих. — Мы осенью убирались вокруг памятника, восьмые-десятые классы постоянно поддерживают здесь порядок, субботники проводим весной и осенью.

Вера Егоровна:

— Мы недавно здесь живем, лет пятнадцать, а памятник стоял, когда здесь бараки были. Щапов писателем был, а больше я ничего о нем не знаю.

Вениамин:

— А как же, я о Щапове много знаю! Я же тут в школу ходил мимо этого памятника, учился в 56-й школе рядом на горе. Раньше тут кладбище было Маратовское, от него только могила Щапова и осталась. Писатель он был, в деревне Анге родился, потом в Иркутске жил.

Метки:
baikalpress_id:  26 166