Где моя жена Мария?

Погибшая в самолете А-310 гражданка Германии — уроженка села Малого Голоустного Мария Хайнц — летела вместе с мужем навестить родные места

Йозеф Хайнц из города Ульма на этой неделе был доставлен домой из Иркутска на санитарном самолете. Он увез на родину прах своей жены Марии. Она погибла на злополучном рейсе N 778. Так трагически закончилась поездка на Байкал супругов Хайнц, которые прожили вместе 38 лет.

Талисман на память

Эту поездку на Байкал жена подарила ему на пятидесятилетие.

— Я все колебался: ехать — не ехать, никак не мог принять решение, — вспоминает Йозеф. — Прихожу как-то домой с работы, а жена и девочки мои смеются. Они уже, оказывается, заказали билеты на Байкал.

Когда стали собираться, думали, что взять с собой на память о доме. Выбор пал на плюшевого мишку Тэдибэра. Его подарила Йозефу дочка Элен, когда он тяжело болел, лежал в больнице и думал, что не выкарабкается. Медвежонок стал тогда для него талисманом. Он как будто говорил ему: "Все будет хорошо".

Жена спросила Йозефа: "Как ты думаешь, надеть мне золотые украшения или нет?"

— Надень браслет, он мне нравится, — сказал Йозеф.

У Марии был подарок покойной бабушки — толстая витая цепочка, больше похожая на браслет. Она надела его на запястье.

— Потом, после катастрофы, мне принесли эту цепочку в больницу, чтобы я опознал по ней жену. Замок и некоторые звенья были оплавлены. Тогда я понял, что моей Марии больше нет.

Немцы из Пивоварихи

Йозеф Хайнц — российский немец. Родился и жил до 1990 года в Пивоварихе, под Иркутском. Его жена Мария родом из села Малое Голоустное. В 90-х годах почти все немцы из Пивоварихи переехали на ПМЖ в Германию. Так Йозеф и его жена Мария оказались в городе Ульме с двумя дочерьми — Эленой и Ириной.

— Мои родители живы, но они 16 лет не были в Иркутске. Мама попросила, чтобы я положил на могилу бабушке Берте в Пивоварихе цветы. Сегодня постараюсь найти ее могилу на старом кладбище в Пивоварихе, — сказал Йозеф.

Я понял сразу, что самолету хана!

Йозеф Хайнц всю жизнь увлекался электроникой. Он закончил в 1978 году ИСХИ по специальности инженера-электрика. Девять лет отработал в Эхирит-Булагатском районе, потом три года в Пивоварихе. И в Германии он шестнадцать лет занимается налаживанием электронных систем на химическом предприятии. Поэтому он сразу заметил, что с самолетом А-310 творится неладное.

— Еще в воздухе я заметил, что самолет себя как-то неправильно ведет, — вспоминает Хайнц. — Когда лайнер был в воздухе, он начал корригировать вправо-влево, как бы раскачиваться. Я понял, что мы идем как-то мимо полосы. При посадке торможения турбин не было, наш самолет пошел юзом. Я подумал, что он идет на взлет, но следом мелькнула мысль, что ему полосы не хватит. Самолету хана — это я понял сразу.

Мы в смертельной опасности

Спинки кресел упали на спины пассажиров. "Что они делают, гады!" — закричала какая-то женщина. Йозеф схватился руками за жену, она сидела впереди, так как им не достались места рядом. Потом был удар.

— Я видел краем глаза, как по проходу прямо в воздухе пролетела стюардесса, потом полетели сумки, кухня на колесиках, куски обшивки.

Йозеф увидел в иллюминатор, что крыло объято пламенем. А на него по салону двигалось черное облако — смесь горелого пластика, удушливого дыма и горячих газов. В один момент не стало ничего видно. Он потерял Марию из виду.

"Там осталась моя жена"

— На какое-то время я потерял сознание. Когда очнулся, решил, что надо выходить. "Давай выходить будем!" — обратился к жене, но ничего не увидел. Только в конце дым из черного переходил в какое-то серое облако. "Теперь давай вниз!" — скомандовал жене.

Он думал, что она рядом, хотя и не видел ее. Внезапно снова потерял сознание.

Кто его выбросил, как это было, он плохо помнит. Он попрощался с жизнью, мысленно увидел лица дочерей. Потом его с силой ударили в спину двумя руками. Очнулся внизу, на земле, в руках пожарных.

— Молодец! Ты молодец! — кричал пожарный, сажая его в скорую.

— Там Мария! Там осталась моя жена! — рванулся Йозеф к самолету, изо рта у него пошла черная кровь.

— Везите его в реанимацию, а то он сдохнет, — сказал врач, и это последнее, что помнит Йозеф Хайнц.

Придя в себя, еще с кислородной маской на лице, он каждого врача встречал вопросом: "Где Мария, где моя жена?"

Сначала ему говорили, что она лежит в Кировской больнице. Потом — что в военном госпитале. Когда ему стало лучше, привезли для опознания браслет с ее руки.

Спасая Йозефа

За Йозефом из Германии прислали санитарный самолет после того, как с ним поговорила психолог. Она пришла к выводу, что летать обычными самолетами Хайнц сможет очень нескоро. Самолет входит в страховку, которая распространяется на всех жителей Германии. Специально оборудованные санитарные самолеты собирают больных и раненых немцев по всему миру, невзирая на расходы. Вместе с врачами на этом самолете к Йозефу прилетел родной брат Антон.

— Я благодарен всем иркутским врачам из областной больницы. Особенно хирургу Казакову Владиславу Аркадьевичу, — говорит Йозеф. — Они сделали все возможное. Они были очень внимательны и благожелательны.

Но никто уже не вернет жизнерадостной, душевной женщины. Детям никто не вернет мать. Когда мы встречались с Йозефом, он плакал, вспоминая Марию и своих дочек. "Может, Бог оставил меня, чтобы девочки не были сиротами?" — спрашивал он.

Марию Хайнц похоронят в Германии, в городе Ульме, на католическом кладбище. Так просили дочери, Элена и Ира, так решил Йозеф. Два священника — православный и католический — будут служить по ней панихиду. Хотя родом она из Малого Голоустного.

Загрузка...