Месть продавцам

Каждый из нас хоть однажды сталкивался с тем, что ему продали некачественный товар. Вы приносите его обратно и ... Вот в зависимости от того, как вас приняли с неликвидом в магазине, вы можете соглашаться или не соглашаться с этой статьей в "Пятнице". Наш журналист Оксана Гордеева утверждает: нечестным продавцам надо мстить! Чтобы было неповадно всучивать позапрошлогоднюю колбасу наивным покупателям.

"Бог ее накажет. На обратном пути"

Я не могу забыть, как несколько лет назад мы купили вишню. Вишня была садовая, в пол-литровом пластиковом стаканчике, в таких обычно продают квас. Купили мы эту вишню на дороге в Култуке, у частной продавщицы, как раз в том месте, где продают омуль — копченый, соленый и вяленый. Вишня оказалась прокисшей.

А мы всей семьей ехали в Аршан на машине, возвращаться в Култук нам было не с руки.

— Ну какая же тетка бессовестная! — возмущалась я, выкидывая месиво из ягоды на обочину. — Ведь знает же, что люди в дороге, что они не вернут ей эту прокисшую вишню.

— Бог ее накажет! — уверенно сказала моя пятилетняя дочка.

— Да, Бог ее накажет, — задумчиво выдал дед. — На обратном пути...

Машина чуть не взорвалась от смеха. А на обратном пути ровно через пять дней я нашла эту продавщицу среди ее товарок: "Что же вы, женщина, людей обманываете? Ведь знали же, что вишня прокисла, а все равно продали! Надеялись, что больше меня не увидите?"

Видимо, мои увещевания подействовали на тетку, и она скрепя сердце вернула мне деньги.

"Кто теперь колбасу купит?"

А вот этот случай мне не забыть никогда. Потому что те моменты, когда вас унизили и оскорбили, обычно долго помнятся. Героиня этой истории — невысокого роста женщина, лет 35—40. Продавщицу эту я вижу время от времени то в одном, то в другом магазинчике на Помяловского. Благо, торговых павильонов здесь — как грибов после дождя. И, видимо, моя "героиня" здесь живет. Потому что, как только ее увольняют с одного места, она тут же появляется в другом. Наверное, лень ей ездить далеко от дома.

А дело было так. Наступил какой-то праздник, по-моему, бесконечный Новый год, я не помню точно. Все дома еще спят, я решила пойти в магазин и купить колбаски на завтрак. В магазине меня встретила продавщица, в честь праздничка выпившая. Наш фотокорреспондент Сергей Игнатенко говорит об этой степени опьянения: "Кривая, как турецкая сабля".

— Мне бы колбаски граммов триста, — решилась попросить я, прикинув, что остальные магазины еще не работают. — "Молочной".

Продавщица хмуро посмотрела на меня, привычным движением отрезала колбасы, взвесила ее — оказалось, ровно триста граммов. "Надо же, — подумала я. — Талант не пропьешь!" Торговка завернула мне колбасу в розовый пакетик и отсчитала сдачу.

Придя домой, я обнаружила, что срез колбасы с другой стороны был сделан как минимум неделю назад. И уже позеленел. Я вернулась в магазин. Продавщиц было уже две, и запах перегара удвоился. Я стала просить, чтобы мне вернули деньги.

— Еще чего тебе? — выкатила на меня свои маленькие глазки, залитые вином, наглая продавщица. — Иди отсюда!

— Да! — подтвердила вторая. — Еще мы будем тут колбасу перевешивать! Кто ее теперь купит у нас? Надо было сразу смотреть!

Заведующей в магазине не оказалось. Я пригрозила нахалкам торговой инспекцией, обществом защиты прав потребителей, но знала ведь, что эти организации не скорая помощь — в праздники не работают. А через неделю доказать что-то будет уже очень трудно. Колбасу я выкинула в мусор. И в этот магазин перестала заходить.

За фук!

Печальный опыт общения с наглыми продавцами помог мне достойно справиться с продавщицей колбасы ровно через год. Тогда я решила бороться своими средствами. Потому что у меня был маленький двухлетний ребенок и силы мне нужны были для другого. Ходить по инспекциям, спорить с директором рынка и писать о них в газету у меня тогда не было ни сил, ни времени. А наказать надо было. Вот я и взяла их "за фук" — так в шашках берут у зазевавшегося игрока ценную шашку.

Зимой с двухлетним ребенком я приехала на Центральный рынок за продуктами. Походив по рынку, забрела в мясной отдел. Наметанный глаз торговки из колбасного ряда быстро определил в женщине с сумками и с неповоротливым ребенком в шубке будущую жертву.

— А кто это у нас такой маленький? А кто к нам пришел такой хорошенький? — перегнулась она через гору колбас к моему ребенку. — И говорить еще не умеете?

— Нет, говорить мы уже давно умеем! — загордилась я. И попалась на удочку.

Я решила непременно купить что-нибудь у этой сладкоголосой сирены в голубом фартуке с белыми рюшечками. Она ловкими движениями фокусника сложила мне в розовые пакетики килограмм иркутских "Молочных" сосисок и копченую колбасу по баснословной цене. Я не мелочилась, ведь моего ребенка похвалили!

Приехав домой, я открыла цветные пакетики, развязав крепко затянутые твердой рукой продавщицы узлы. И отпрянула: в пакете с сосисками лежали две склизкие зеленые сосиски, которые завалялись с прошлого года, наверное. А вместо "Краковской" колбаски лежало нечто высохшее, как египетская мумия. Признаюсь, я от бессилия расплакалась. Ехать на рынок и обратно у меня не было времени — дочку надо было укладывать спать. Ни завтра, ни через неделю я не смогла поехать на рынок с ребенком. Потом дочь заболела... Короче, я вернулась в колбасный ряд на Центральном рынке только через три (!) месяца. Я нашла "свою" торговку. Она тем же сладеньким голосом рассказывала подружкам какую-то смешную историю. Все смеялись. И тут подошла я.

— Вы меня не узнаете? Я у вас сосиски покупала и колбасу.

После описания ловкого мошенничества продавщица меня вспомнила, и лицо ее стало каменным:

— Все претензии к нашему холодильнику.

И тут я ей сказала фразу, которую заготовила три месяца назад:

— Я не пойду ни в какой холодильник. Вы знаете, где я работаю?

(А я в то время не работала нигде, я с ребенком сидела дома.) Но лицо у продавщицы слегка побледнело:

— И где?

— В химической лаборатории, — ответила я. — Мы делаем серную кислоту. Я подожду вас после работы, и вас ни один хирург не соберет.

Трудно представить себе более ошеломляющий эффект. Наверное, такой тишины в колбасных рядах не было бы, даже если бы там выступал губернатор.

— Вы что, женщина? Разве так можно? — спросила торговка.

— А обманывать покупательниц с маленькими детьми — это нормально? Это чисто по-человечески! Если вы хотя бы раз кого-нибудь надуете... Мою маму, моего мужа, свекровь или кого-нибудь из моих многочисленных родственников, я приду сюда с серной кислотой.

Здесь был занавес. Я ушла, произведя неизгладимое впечатление в душе продавщицы. Не знаю, пытается ли она разглядеть моих родственников в своих покупателях, но думаю, что она запомнила это надолго.

Официант — как жаворонок

Мне очень нравится история, рассказанная писателем Сергеем Довлатовым. Как-то раз он со своим приятелем Грубиным обедал в ресторане. Это было в Питере годах в семидесятых, еще в те времена, когда рубль был по цене равен доллару. Писатели вовсю ухаживали за хорошенькой официанткой, даже угостили ее коньяком. А она в итоге их обсчитала на семь рублей. Довлатов был возмущен, а Грубин его утешал:

— Официант — как жаворонок. Жаворонок поет не оттого, что ему весело. Пение — функция его организма. Так устроена его гортань. Официант ворует не потому, что хочет тебе зла. Официант ворует даже не из корысти. Воровство для него — это функция. Физиологическая потребность организма.

Эта история вспомнилась мне сегодня, когда я впервые ела горячий рис и горячие шампиньоны в китайском ресторанчике, в который время от времени мы с коллегами ходим обедать. Дешевые комплексные обеды привлекают сюда народ, как лужа бабочек в засушливую погоду.

И когда тебе на подносике предлагают отдельно горкой рис, отдельно рыбку, отдельно салатик и все это за символическую цену, рука не поднимается на официанта, то есть язык не поворачивается упрекнуть его в том, что рис негорячий, а шампиньоны ледяные. Ничего, главное, что это чудо — комплексный обед — уже есть.

И вот сегодня я поняла, что комплексный обед бывает еще и горячим. А моя коллега рассказала невероятную историю о том, что она попросила подогреть ее обед. Официантка удивленно подняла брови:

— И как вы это себе представляете?

— У вас, наверное, есть микроволновка? — предположила голодная посетительница.

— И что? Это все придется выкладывать?!

Наконец после долгих прений официантка согласилась. Она подогрела только рыбу, а рис и шампиньоны остались холодными. В лом ей было разложить три разных блюда по чашечкам. Можно было бы, наверное, попросить снизить цену за этот покойницкий обед... Но куда же потом ходить обедать?!

Поделись способом мести

Уважаемые читатели "Пятницы"! Наверняка каждый из вас хоть раз становился жертвой продавца. Расскажите, как, по-вашему, можно виртуозно наказать обманщика за прилавком, не прибегая к помощи официальных инстанций. И пожалуйста, никакого насилия!

Метки:
baikalpress_id:  5 510