Конец чайной империи

В начале лета иркутяне, проезжая по улице Сурикова, наблюдали, как стремительно преобразился унылый пейзаж возле бывшей чаеразвесочной фабрики. Рабочие в мгновение ока разобрали старые цеха, освобождая место для новой стройки. И вроде как нужно радоваться, что на месте обветшалых корпусов чаеразвески появятся новые современные здания, да вот что-то не получается... Ведь с этими старыми цехами с лица земли навсегда сотрется последнее напоминание о том, что была когда-то в Иркутске знаменитая на всю страну чаеразвесочная фабрика.

Лучше "липтонов" и "ахмадов"

Казалось, сколько лет Иркутску, столько лет и чаеразвеске. Одно из самых старейших и уважаемых предприятий. Не просто фабрика, а гордость Иркутска. Я прекрасно помню, когда перед трибунами во время первомайских демонстраций проходили колонны чаеразвески, люди приветствовали их особо бурными приветствиями. Детей водили сюда на экскурсии. Помню, что особый восторг вызывали сделанные из гипса огромные чайник и чашки, которые стояли перед центральным входом. Продукция фабрики пользовалась огромным спросом не только в Иркутске, но и далеко за ее пределами. До сих пор в Интернете можно найти ностальгические высказывания типа: "Лучшее, что я пил, — "Чай индийский высший сорт" Иркутской чаеразвесочной фабрики". Или: "Только в Иркутске выпускали шедевры — "Индийский "Три слона". Этот чай не идет ни в какое сравнение со всякими "липтонами" и "ахмадами"..."

За доблестный труд в 70-х годах фабрику даже наградили орденом "Знак Почета". На работу сюда устроиться было невозможно. Работники чаеразвески считались элитой рабочего класса. Фабрика была абсолютно самодостаточным организмом. Своего рода город в городе, небольшая империя... У нее были свои детские лагеря, турбазы, отличный детский сад, служебный транспорт, немыслимые даже по тем временам льготы. Казалось, что скорее рухнет плотина ГЭС, чем закроется чаеразвеска. И все-таки она закрылась. И чем больше проходит времени, тем становится очевиднее, что история развала иркутской чаеразвески была частью некоего дьявольского плана.

Начало конца

Первый тревожный звонок прозвенел в конце восьмидесятых, еще при Горбачеве. На фабрике начались перебои с сырьем. Иркутский чай исчез с прилавков. Впрочем, в то время с прилавков исчезло практически все. Потом вроде бы как жизнь потихоньку наладилась. Фабрика снова заработала. Более того, у нее появились неплохие перспективы. Руководство ИЧФ приняло решение изменить имидж продукции. Раньше чай фасовали в убогие серые коробочки, теперь упаковку заказывали в Финляндии. При фабрике открылся специальный магазин. Директор Олег Немчинов планировал освоить производство пакетированных чаев. Словом, ничего не предвещало беды. Но в 1993 году началась приватизация. Фабрика перешла в руки московской компании "Никитин и партнеры" и стала называться ОАО ИЧФ. За московской компанией, по слухам, стояла "Альфа групп", но это уже не важно, важно, что новые хозяева явно не горели желанием сделать из чаеразвески процветающее предприятие. Скорее наоборот, главной целью их было поскорее ее обанкротить... Именно тогда в истории предприятия возникло имя Башира Кодзоева из ингушского клана Кодзоевых. С этого момента плавное течение жизни на фабрике закончилось, события завертелись с бешеной скоростью, прямо как в гангстерском боевике.

А дело было так: г-н Кодзоев каким-то образом сумел получить 16-миллиардный кредит под поручительство Иркутской чаеразвесочной фабрики. Деньги впоследствии таинственно исчезли. В 1996 году его и тогдашнего директора ИЧФ Лукина арестовали по подозрению в мошенничестве. Состоялся суд.

Вспоминает Юрий Шевелев, адвокат, которому довелось защищать Лукина в суде:

— Роль Лукина — это роль зиц-председателя, — говорит адвокат. — Он сам не понимал своей роли. Надо было кому-то сидеть, и его просто использовали.

На вопрос "Кто использовал?" Юрий Шевелев предпочитает не отвечать. Но это и так ясно. По воспоминаниям адвоката, директор чаеразвески приходил на суд чуть ли не в трико, в отличие от Кодзоева, который всегда был в безукоризненной белоснежной рубашке и дорогом костюме... Кодзоев вел себя очень уверенно, все обвинения в свой адрес отрицал. Ходят слухи, что от Фемиды братьев Кодзоевых прикрывал не кто иной, как нынешний министр юстиции Юрий Чайка, в те годы возглавлявший прокуратуру Иркутской области. Правда это или нет, теперь уже не знает никто, но г-на Кодзоева освободили прямо из зала суда "за недостаточностью улик". А в декабре 1999 года он благополучно был избран депутатом Госдумы. Он и сейчас, как ни в чем не бывало, успешно депутатствует в Госдуме, но теперь уже от Ингушетии... Ну а Лукина осудили. Правда, условно.

Предприимчивый одессит

После скандальной истории с кредитом фабрика окончательно увязла в долгах. Владельцы перевели ее на принцип толлинга, то есть в Иркутске теперь чай только перерабатывали, потом эта продукция вывозилась, и фабрика получала мизер. Фактически речь шла о вымывании основных оборотных средств. Развал, начатый Лукиным, успешно завершил новый исполнительный директор Мазнев, уроженец славного города Одессы и, судя по всему, большой профессионал в сфере доведения предприятий до банкротства. В отличие от своего предшественника, Мазнев действовал цинично и нагло. Для начала он перестал выплачивать зарплату рабочим. На все трудовые договоры новый директор плевать хотел. Хорошо содержалось только окружение Мазнева. Рабочие буквально сводили концы с концами, а в это время дирекция прямо-таки в геометрической прогрессии повышала себе оклады, покупала квартиры. Кстати, Юрий Шевелев рассказал, что одну из квартир купили для некоего гражданина, владевшего 30% акций чаеразвесочной фабрики. Пикантная подробность: этот гражданин пять раз был судим за мошенничество, считался вором в законе. Вот такие были новые хозяева флагмана сибирской промышленности.

Затем предприимчивый одессит под видом неликвидов начал распродавать транспорт, стройматериалы, другие товары, которые в огромном количестве хранились на складах. Деньги, как говорят очевидцы, мешками грузили и увозили в Москву, минуя налоговые органы.

Рассказывает Надежда Александрова, которая в те годы работала сторожем:

— Мы даже не подозревали, какие дела творятся в руководстве. Сначала перестали платить зарплату... Но мы думали, что это временное. Очень многих сократили. Потом начали распродавать оборудование... Мы бедствовали, не было денег на хлеб, на проезд... Как раз тогда к нам начали подходить какие-то люди и предлагать продать акции. Многие не выдержали и продали за копейки... А потом... Потом ворота фабрики просто закрыли и выставили здоровенных бугаев. Люди пришли на работу, а им говорят: "Фабрика больше не работает".

Работники пытались писать жалобы: в Законодательное собрание области, в прокуратуру. Пригласили на фабрику телевидение. Но по приказу г-на Мазнева журналистов не пустили на порог... А из прокуратуры пришел поражающий своим цинизмом ответ, мол, нарушений в работе директора Мазнева не выявлено...

Убрали сильного конкурента

Антон Романов, депутат Законодательного собрания Иркутской области, был одним из немногих, кто пытался воспрепятствовать творившемуся беспределу.

— Я обращался к Юрию Ножикову, губернатору, в прокуратуру. Говорил, что интересы новых собственников противоречат интересам области... Реакция? Нулевая. Думаю, что Юрий Абрамович считал, что так и надо... Собственник может делать со своей собственностью все, что хочет. Прекратил работу фабрики — это его право. Вообще, это были годы всеобщего безумства. Вспомните, как люди продавали квартиры, чтобы купить акции МММ. На этом фоне разорение какой-то фабрики казалось сущей безделицей.

По мнению депутата, судьба фабрики была предопределена. Совершенно очевидно, что капитал сюда приходил не для того, чтобы нас облагодетельствовать, а только чтобы ограбить. А сегодня, когда прилавки магазинов ломятся от сотен чайных брендов, в основном заграничных, возникает мысль: а может быть, все это делалось с дальним прицелом, чтобы зачистить территорию, убрать конкурентов?

— Конечно, — согласен депутат, — гораздо проще и выгоднее упаковывать чай непосредственно там, где он растет: на Цейлоне, в Индии, Китае... Зачем везти в Сибирь, когда можно там покупать за бесценок. Там трудовые ресурсы дешевле.

Московские хозяева обанкротили и разорили не только фабрику, но и принадлежащий ей детский садик в Черемховском переулке. Кстати, этот садик считался одним из лучших в Иркутске. Его построили в начале 50-х по специальному заказу Совета Министров СССР. В середине 90-х новоявленные хозяева продали его за долги. Одно время там пытались что-то построить. Ходили слухи, что какую-то элитную сауну. Но потом работы внезапно прекратились. И вот уже лет восемь эта территория зарастает бурьяном. Обидно. У детей отобрали и сами ничего не поимели... Символично, не правда ли?

Иркутский чай был в особом почете у зэков

Интересно, что чай Иркутской чаеразвесочной фабрики особо ценился среди зэков. А как известно, чифирь — важнейший элемент любого зэковского ритуала, им поддерживают зэков настоящих, понимающих вкус арестантской жизни. Вот что пишет Вячеслав Майер, философ и социолог с университетским образованием, отсидевший три с половиной года за антисоветскую агитацию: "Лучшая ферментация чая производится на Иркутской чаеразвесочной фабрике. Все знают, что в ее ограде стоит памятник чифирю — большой заварной чайник с надписью "Грузинский чай". Настоящий чифирист и в драку вступит, доказывая преимущества иркутского чая по сравнению с зугдидским или уфимским".

На месте чаеразвески будет "Чайная пристань"

После закрытия чаеразвесочной фабрики в 1996 году здание долго пустовало. Многие иркутяне помнят неизменные растяжки "Продается", висевшие на воротах. Говорят, что земельный участок несколько раз переходил из рук в руки. Больше повезло складскому корпусу, построенному в 1969 году. Несколько лет назад его выкупил Сибирский институт права, экономики и управления. Здание полностью отремонтировали, навели блеск и теперь здесь учатся студенты, которые, наверное, даже не догадываются, что раньше здесь хранили коробки с чаем.

Теперь очередь дошла и до производственных корпусов. Судя по той стремительности, с которой рабочие разобрали здание, можно сделать вывод, что застройщики взялись за дело всерьез.

"Пятница" попыталась выяснить, кто заказчик строительства и что он намерен здесь построить. По словам главного архитектора Иркутска Евгения Третьякова, земельный участок на улице Сурикова принадлежит ООО "Иркутская чайная фабрика" (представляете, оказывается, в виртуальном плане фабрика до сих пор существует!). Интересно, что одним из учредителей ООО "ИЧФ" является АКБ СирБанк из Республики Саха (Якутия).

— Да, это так, — подтвердила нам по телефону из Якутска Елена Петровна Евсикова, зам. генерального директора СирБанка, — в проекте два учредителя: СирБанк и ОАО "Офисный центр "Иркутский", они имеют доли в строительстве. Строительные работы будет осуществлять ООО "СирСтрой".

Елена Евсикова подчеркнула, что у заказчиков имеются все необходимые разрешительные документы. Проект курирует мэрия Иркутска. "Мы не просто сюда идем, мы хотим сделать для Иркутска красивое место". Елена Евсикова также сообщила, что для строительных работ будут привлекаться рабочие из Турции. Это обусловлено необходимостью обеспечения высокого качества монолитных работ. У турецких рабочих большой опыт в этой области. Уже есть официальное разрешение на ввоз иностранных строителей.

Наталья Филиппова, зам. генерального директора "Иркутская чайная фабрика", рассказала "Пятнице" о том, что собой будет представлять проект застройки территории чаеразвесочной фабрики. Стоит отметить, что застройщики очень бережно отнеслись к истории места. Само название проекта "Чайная пристань" будет напоминать потомкам о том, что раньше здесь была знаменитая фабрика.

Теперь собственно о проекте. По словам Натальи Филипповой, предполагается построить два объекта. Со стороны Цесовской набережной — жилой дом переменной этажности, а со стороны улицы Сурикова — бизнес-центр класса А. Данная категория считается самой высокой и предусматривает расположение (центр города), наличие теплой парковки и подземных гаражей и, разумеется, достойное архитектурное решение.

— Проект очень красивый, — говорит Наталья Филиппова, — в отделке фасада будут использоваться натуральный камень, витражи, панорамное остекление. На самом высоком уровне будет и техническое оснащение бизнес-центра с использованием принудительной вентиляции, с современным набором телекоммуникаций, включая Интернет и телефонную связь. Вся отделка из высококачественных материалов. Проект предполагает возможность свободной планировки. Обслуживанием и эксплуатацией здания будет заниматься специализированная компания.

В Иркутске аналогов "Чайной пристани" пока нет. Как, впрочем, и у жилого комплекса с роскошным видом на Ангару. Здесь к услугам жильцов будет 25-метровый бассейн, спортивный центр и фитнес. На верхних этажах будут располагаться роскошные пентхаусы (согласно лингвострановедческому словарю США, пентхаус — это "роскошный одноквартирный жилой дом, расположенный на крыше высотного здания и относящийся к разряду наиболее дорогих квартир". — Авт.).

Кстати, застройщики берут на себя обязательства по благоустройству и освещению прилегающей к зданию территории набережной Ангары. Этот участок набережной будет одним из самых красивых в Иркутске.


Метки:
baikalpress_id:  28 414