Деньги — наше все

В последние годы мне все чаще кажется, что все те, кто когда-то был октябренком, затем — пионером и комсомольцем, со временем, кто раньше, кто позже, пришли к осознанию простой и банальной истины — миром правят все-таки деньги, а не идеология. Процесс этого осознания для кого-то оказался легок и прост, а для кого-то мучительно тернист.

В далекую уже теперь дореформенную эпоху деньги, конечно, в обращении были, в виде газировки из автомата за три копейки или пачки "Явы" за сорок копеек. И зарплата тоже была. Как важная, но отнюдь не главная составная часть существования. А скорее как приятное приложение к работе. Ведь для того, чтобы купить что-нибудь приличное, надо еще и знакомства было иметь приличные.

И легко было поднять молодежь в путь за туманом и за запахом тайги строить БАМ. А на того, кто все-таки спросит: "А сколько будут там платить?" могли посмотреть как на отщепенца, не понимающего, зачем и почему надо ехать в глухую тайгу кормить комаров.

Понятие "капитал" существовало только в книге Карла Маркса, а образ толстого и в цилиндре министра-капиталиста — лишь как абстрактный, применяемый исключительно для характеристики "их нравов". Поэтому и всемирный шлягер группы "АББА" "Мани-мани" был не более чем отличной мелодией, ничего не говорящей о глубине финансовой пропасти, в которую можно упасть. А знаменитая сцена из "Идиота" Достоевского, когда купец Рогожин бросает в камин чемодан с купюрами, воспринималась не более чем красивым жестом. Глубиной и драматизмом она наполнилась лишь сейчас, когда мы осознали, что стоит за поступком купца.

Перемены в сознании людей начались, пожалуй, в середине восьмидесятых, когда денег в карманах у многих стало появляться чуть больше, чем надо. А купить на них по-прежнему было ничего нельзя. Пределом мечтаний мог быть автомобиль "Жигули", за которым надо было простоять в очереди несколько лет. На мой взгляд, именно тогда система координат не просто дала сбой. И даже не развернулась на 180 градусов — она просто стала другой. И постепенно стала наполняться совсем другими ценностями.

Новой Библией для нас сегодняшних стал список миллиардеров журнала "Форбс". Подарок приятелю — материальным выражением взаимоотношений, поездка на модный курорт — подтверждением статуса, покупка нового автомобиля — показателем амбиций. Любимая, но малооплачиваемая работа с легкостью меняется на другую, с большей зарплатой, но абсолютно не лежащую к твоей душе. Золотые, серебряные и бронзовые медали Олимпийских игр имеют твердую цену в свободно конвертируемой валюте. Чаевые в ресторане — плата за улыбку официанта и неиспорченное настроение.

Что-то навсегда ушло из нашей жизни. Никому не интересны стали Высоцкий и авторское кино. Перестали издаваться огромными тиражами толстые журналы и книги жанром серьезнее детектива.

Модно быть богатым, а образованным и добрым — не очень. Доноров легко пересчитать по пальцам одной руки. Нищих на улицах стало больше, но никого это не волнует, и подают им мало. Детская беспризорность стала ужасной нормой жизни и по масштабам уже, пожалуй, преодолела уровень после Гражданской войны.

И даже подвиги летчиков, четырежды Героев Советского Союза Покрышкина и Кожедуба, легко подсчитать стоимостным выражением сбитых ими немецких самолетов. Такие понятия, как благородство души, щедрость и бескорыстие, с каждым днем уходят из нашей жизни все дальше и дальше. Недавно в прямом эфире в День защиты детей обсуждали тему благотворительности. И основная мысль была такая — дескать, пользы-то это никакой не принесет: налоговую льготу не дадут, госконтракт не подкинут. А раз так, то кому это сейчас нужно?

Мораль читать никому не собираюсь. Просто подсчитаю гонорар за эту колонку. На пиво хватит — возможно, даже друзей угощу.

Метки:
baikalpress_id:  44 081