Слова с большой буквы

— Ты выйдешь за меня замуж?

— Да, — ответила Вера поспешно.

"Слишком поспешно", — подумала она и поморщилась, даже улыбнулась, улыбка вышла жалкой. Олег говорит, что она трогательная, сама Вера трогательная, и улыбка ее трогательная. Вечная женственность. Мужчина ищет женщину, чтобы опекать ее и заботиться.

— А почему... — она помялась секунду. — Почему ты выбрал меня?

Ответить ей? Он улыбался, он был счастлив. Неожиданно вспомнились Маринины слова перед самым разводом: "Ты вечно западаешь на пассивных женщин, женщин без инициативы, без воли. Тебе нравятся женщины-овцы". Он тогда возмутился. Но замечание жены, которую уже тогда он называл бывшей, даже польстило, ну не овцы, конечно, зачем крайности? Вот из Марины, к примеру, какая овца?

— Именно потому мы и разводимся, — мрачно усмехнулась она.

Вот уже неправда. Они развелись, потому что Марина кого-то там встретила и захотела развода, свободы и нового замужества. Этот "кто-то" сказал, что он не хочет ничего тайного, никаких тайных романов, а чтоб по-честному — развод и новая прекрасная жизнь. И потом... Ей надоели эти мелкие измены Олега. Его вранье. Вранье по любому поводу. Она сказала, что он норовит соврать даже в ответ на вопрос, который час. Глаза бегают.

Он возмутился:

— Какие измены? Измены как раз у тебя!

Марина махнула рукой: думай, как хочешь. Просто тебя не ловили. Просто ты страхуешься, это лживое оправдание, что не пойман — не вор.

— Меня это, к счастью, уже не касается.

* * *

Конечно, после того как обобрала его до нитки, ее больше ничего не касается. Говорила, что думает только о сыне. Может, и думает, только виду не подает. Но он же не против того, чтобы участвовать во всем — жизнь их Сашки его волнует не меньше, чем раньше. Но обращалась она к нему только ведь за деньгами. Говорила, что Саше нужно то-то и то-то, в смысле — оплати. И учебу, и одежду. Дрессировала ребенка, как породистую собаку. Что ж, результаты есть, неплохие, поступил же в Москве, все довольны. Он вообще-то целеустремленный мальчик.

А каково будет с дочерью Веры, он совсем не знает, как воспитывать девочек. Катю он видел мельком. Вера всегда отправляла ее к бабушке, а то, как они проводили время втроем, он настаивал, так из этих посещений кафе и кинотеатров совсем не поймешь, что за человек рядом, даже как выглядит он, толком не разглядишь — не будешь же пялиться. Неприлично, и все такое. Молчаливая девочка, не болтушка, так же как и мать. Он боялся, что познакомят его с капризным, язвительным подростком, а Катя — вылитая мать, улыбается ее же Вериной улыбкой, очень похожи. Олег тогда перевел дух. Ему бы, конечно, было трудно общаться с ребенком, пошедшим обликом не в мать, трудно переварить.

Не все так просто, как самой Марине кажется. Прежде чем решиться сделать предложение, он пришел к Марине. Посоветоваться, сказал.

— Предложение! Как старомодно! Ты, небось, и ухаживаешь по всем правилам?

Он кивнул — ну да, цветы, конфеты.

Марина веселилась от души, выспрашивая детали его романа, но все равно было что-то неестественное в ее язвительности, в том, как она выспрашивает эти подробности. "Неужели ревнует", — подумал он недоверчиво. Эта мысль совсем не приходила ему в голову. Они ведь друзья? Подружиться с бывшей женой — это была ее идея.

— Почти двадцать лет вместе, ты мне ближе брата и подруги, — ее слова.

Даже предложила познакомить ее с этой трогательной Верой.

— Что ты, — замахал руками. — Она никогда не согласится.

Но Вере сказал между делом, уже после свадьбы, конечно. Она промолчала, но посмотрела внимательным взглядом, видно было, что ничуть не удивилась. Как понять этих женщин? А если бы бывший ее муж потребовал знакомства? Олег его ни разу не видел, хотя тот приходил к Вериной матери, получается, что они неплохо ладили. Это его почему-то задевало. Какие могут быть отношения с бывшим мужем?

И все-таки, почему он женился на ней, да еще так поспешно — через полгода после знакомства? Полгода — звучит как две недели. Потому что понял, что он нужен ей. Как высокопарно. Нет, правда, он увидел женщину, которая нуждалась в заботе. Но это было бы нечестно — так говорить нечестно, это может обидеть. И потом это точно вранье. Он мало думал о том, в чем она нуждалась.

* * *

Он после развода с Мариной совсем обалдел от холостяцкой жизни. После порядка в доме, после определенной дисциплины, его обязанностей, если хотите, да-да, обязанностей жизнь расползалась, теряла очертания, контуры, смысл. Олег совсем потерялся. Даже его знакомства, ну, не те, которые Марина назвала презрительно интрижками, а Олег нашел более душевное слово — подруги, его подруги, представлявшиеся раньше и веселыми, и соблазнительными, и интересными, потеряли враз свою загадочность, стали требовательными, капризными, он даже придумал слово — "неуравновешенными". Все как одна захотели за него замуж. Здрасьте! Приехали! Оказывается, их давнее знакомство дает право на подобные причуды. Одно дело — приходить на пару часов, тянуть винишко, рассуждать о превратностях судьбы, поглощать ужин, лениво сравнивая достоинства приготовленного блюда — нет, нет, не с Марининой стряпней, такой цинизм ему просто не пришел бы в голову, сравнивать законную супругу, мать его сына с кем-то там... Нет, сравнивать этих "подруг" между собой. Казалось, все понимают правила игры и ни на что большее не претендуют.

А после развода они его просто измотали. Ему хотелось просто доверительных отношений, простых человеческих радостей, он же ничем не усложнял их жизнь. Одни сплошные радости и знаки внимания. Небольшие подарочки, скорее сувениры, ничего помпезно-дорогого, что дало бы основания его заподозрить в каких-то там планах на будущее. Все по-честному. Что с Ирой, что с Аллой, что со Светланой. Да, в конце концов, они знали о существовании друг друга. Сами же и подначивали его на эти душевные разговоры, излияния. А он попался, полагая, что если он честно, то и с ним тоже. Даже простая просьба к той же Ирке: приди помоги по хозяйству, окна помыть просил, что в этом такого. Ирка фыркала, я тебе не домработница. И он сидел и пялился на эти пыльные окна, наваленную посуду в раковине. Он действительно нанял домработницу, но убирала она с такими комментариями, с таким грохотом двигала мебель и звенела посудой, что он стал просто бояться ее визитов, потом отказал, сославшись на длительную командировку.

А с Верой вышло совсем по-другому. Он долго стеснялся приглашать ее к себе, встречались у нее, гуляли по улицам, потом это уже стало неловким, как будто он что-то утаивал, пригласил почти с вызовом — вот, смотри, принимай меня таким, какой я есть, хоть и пытался навести хоть относительный порядок, неумело водя мокрой тряпкой. Ему даже не пришло в голову купить пылесос. Не в деньгах дело — просто не пришло в голову, он, кстати, на работе уставал как собака и вообще привык торчать в конторе допоздна. Эта привычка появилась давно, еще когда Сашка родился и Марина попросила не мельтешить под ногами, не приставала к нему как другие жены: помоги, нужно, чтоб пришел пораньше, наоборот, отсылала его на время генеральных уборок, ремонт старалась приурочить к его отпуску, приезжал, получалось на все готовое. Марина говорила, что так ей легче, вот именно никто не мельтешит. Поразительная женщина, как было с ней легко.

* * *

А Вера? Он женился на Вере, потому что она чрезвычайно ему понравилась, своим спокойствием, можно сказать, что безмятежностью. Представить, что она может срывать злость, как его бывшая жена, швырять тарелки, натурально бить посуду, выбирая, правда, ту, что подешевле, представить Веру в подобной роли? Да нет, конечно. Она милая и уравновешенная. Ее занятия сплошь такие женские — рукоделие, кулинария. Спокойный взгляд серо-зеленоватых глаз. Как она готовит! Все, что угодно, из какой угодно кухни, ей не лень замешивать тесто и крутить фарш, говорит, привычка, от мамы. Почему же этот идиот, бывший муж, ушел от нее? Вера улыбается — людей связывает совсем не общая трапеза. А что? Что связывает людей?

— Мы были слишком молоды, первый курс, — говорит она первое, что приходит ей в голову.

Олег ведь не спрашивает ее: почему она решила пойти за него, за Олега, которого знала всего полгода, замуж. И сразу согласилась. Почему?

Сказать правду? Сказать, что устала от одиночества, но не факт, что замужество избавляет от одиночества. Ей нужна была какая-то видимость отношения к ней. Кто-то рядом, кто-то заботится. Кто-то... может быть... счастлив от того, что она рядом. Кстати, мысль о новом замужестве долго не приходила ей в голову. Она, конечно, восприняла свой первый развод как катастрофу. Здесь все как у всех — развод и отчаяние. Эти слезы без всякой причины, потом — смирение и желание, чтоб никто не трогал, не лез в душу, тоже все как у всех, только с виду легкомысленные такие женщины разводятся, снова выходят замуж, снова разводятся. Неправда, всегда надежда, всегда.

Зато Олег хорошо относится к ней и к дочери. Он внимателен. А то, что немного скуп, так его можно понять, это даже не скупость, а бережливость. Правда, иногда задевает выражение его лица, когда она вынуждена просить у него деньги. Именно поэтому она и не ушла с работы, хотя он просил — посиди дома, так приятно думать, что ты дома и ждешь. Мысль была, конечно, заманчивая, тем более что она нашла бы чем занять себя — дочерью в первую очередь и квартирой, они переехали к Олегу, он купил большую, запущенную, требовался ремонт, весь отпуск у Веры ушел на то, чтоб хотя бы отмыть ее, но Олег тоже помогал изо всех сил, хотя и бестолково, она даже попросила, чтоб он лучше на работе задержался, а она быстро все приведет в порядок. Такая у него была странная улыбка, он вздохнул даже с облегчением.

* * *

Отпуск закончился, но с работы она не ушла, успевала все, не так, конечно, как хотелось бы Олегу, но самые простые радости, которых он ждал , — вкусный ужин, чистая квартира, свежая сорочка — все это она успевала.

Когда же она поняла, что не сможет его полюбить? Именно тогда, когда стало ясно, что это он не сможет ее полюбить. Потому что любит, вот именно любит Марину, свою бывшую жену.

Он все-таки их познакомил. Повел в ресторан, какой-то повод придумал, потом оказалось — Марина сказала вроде шутки — что они каждый год празднуют какую-то их общую дату. Какую, здесь скомкано было, но намек такой — то ли в этот день она на что-то там дала согласие, то ли приехала откуда-то... Они вообще — и Олег, и Марина — слишком уж шутейно обыгрывали обстоятельства своего развода, начала Марина, Олег подыграл, все в шутку, прямо школьные товарищи, вместе за одной партой. Умора, столько общих воспоминаний, такие проказы, шалости. Слушать их воркование было противно. Почему же Вера тогда не встала, не ушла из ресторана, не наврала, к примеру, про головную боль, про невыключенный утюг. Сидела со своей спокойной улыбкой, а Марина от ее улыбки заводилась еще больше, пускала в ход тяжелую артиллерию — уж совсем запрещенные методы — воспоминания об их счастье. Счастье, которое они потеряли. Бред. Олег был готов расплакаться. Казалось, еще минута и он к Вере обратится за помощью — как ему вернуть утраченное: "О, где же вы, дни любви..."

Марина сидела с улыбкой победительницы, совсем не понимая, что не было никаких боев — во всяком случае, Вера не вела их — подрывных и партизанских. Еще, конечно, надо взять во внимание, что все подпили.

Признаки того, что Олег ходит налево, Вера обнаружила довольно скоро, после того знаменательного похода в ресторан. И что ходит именно к Марине, потому что Марина подсовывала все доказательства. А Олег хватал эту наживку. Что же поделаешь — любовь. У них любовь, Вера уже почти и не сомневалась, что и Марина, и Олег все еще любят друг друга, несмотря и вопреки этим новым замужествам и женитьбам. Что же... и такая попытка попробовать жить друг без друга.

Олег, конечно, канючил и жаловался на ее жестокость — уже Верину, конечно, жестокость, но она улыбалась своей спокойной улыбкой. Небольшая заминка вышла, когда она собирала свои вещи, оказалось, что те побрякушки, которые он купил, он покупал, собственно, не ей, а... Вообще покупал. И тогда улыбнулась Вера — она совсем не собиралась забирать это смешное золотишко, просто в коробке лежали ее сережки, еще мамой даренные на совершеннолетие. В общем, все перевели дух.

* * *

Через полгода Марина опять переехала к Олегу, они так славно зажили вместе, иногда, впрочем, Олег звонит Вере, на что-то жалуется , но это, скорее, по привычке — видно же, что он вполне даже счастлив.

А Вера? Она возвращалась в свой дом, а на площадке стоял ее новый сосед. Она улыбнулась, кивнула приветливо, а вечером он пришел спросить — не надо ли чего помочь. Такая история. Потому что где вера, там всегда надежда и любовь. Нет, не так — с большой буквы надо — Вера, Надежда, Любовь. Такие потому что слова.

И все абсолютно счастливы. Абсолютно.

Загрузка...