Умрет ли Иркутск?

Идея объединения трех городов в один, высказанная Тишаниным в Красноярске, вызвала смятение в умах иркутских экспертов

И в психиатрических клиниках, и в научных кругах, и на всевозможных интернет-форумах, и в трамваях — словом, всюду забили фонтаны мудрости, потекли ручейки анализов и комментариев. И всюду слышишь один и тот же вердикт о том, что невозможно построить метро от Солнечного в Иркутске до площади Ленина в Ангарске.

А, к примеру, крупный мыслитель нонешних времен Дима Таевский, почесав в бороде, извлек оттель здравое сомнение: "Одно дело жить в ангарском квартале А и работать на АНХК, доезжая на служебном автобусе до работы за 20 минут, и совсем другое — добираться из того же квартала А (уже иркутского) до Иркутского молокозавода в Солнечном".

Из этого посыла Таевский немедля заключает, что Тишанин — аферист, но не по своей воле, а его науськал кто-то. Не знаю уж, кто и куда послал Таевского, но полагаю, что сверхчеловеческое напряжение борьбы за чистоту Байкала сказалось на его здоровье. Ибо в планы Тишанина, насколько можно судить, не входит заставлять ангарчан работать в Иркутске. Полемика же с несуществующими проектами являет собой род галлюцинаций, свойственных отдельным заболеваниям.

Почему-то бросились обсуждать физическое слияние городов, хотя дело не в нем и это не цель. Почему-то толкуют о том, что такое "скоростной трамвай", хотя это очевидно. Прикажет Тишанин назвать электрички скоростным трамваем, и будут они трамваями, никуда не денутся.

Суть вопроса мне видится не в желании застроить и заселить пространство от Ново-Ленино до Ангарска, а в изменении региональных геополитических раскладов, перераспределении власти и бюджетов, а также в придании области других темпов развития.

  • Иркутск уже давно перестал быть областным центром. Северные районы живут либо сами по себе, либо начинают тяготеть к Красноярску. Для Братска Иркутск — ничто и никак. Даже для Ангарска он сомнительный центр. По существу только Усть-Орда и близлежащие районы ориентированы на Иркутск.

Сам Иркутск стремительно превращается в разбросанные тут и сям трущобы. Некоторые привыкли винить в этом городское начальство, а я так вижу историческую неизбежность. Она задана характером иркутян и экономикой города.

В характере иркутян жлобское отношение и к городу в целом, и друг к другу. Политэкономический же облик города сводится к едкой смеси торгашей и чинуш, разбавленной так называемыми бюджетниками. Это не ИркАЗ, это не ангарские заводы. Городской бюджет скуден, ибо иркутянам либо нечего туда платить, либо они этого не делают.

Расчет на то, что деньги Ангарска и Шелехова помогут преобразиться Иркутску, стать красивым, динамично развивающимся городом, подлинным центром не только области, но и Сибири в целом. На это направлена идея административного (а следовательно, и бюджетного) объединения и образования свободной экономической зоны на базе трех городов.

  • Давайте исходить из "презумпции невиновности". Давайте видеть в губернаторе не афериста, кинувшего массам идею Нью-Васюков, а желание изменить ситуацию с фактически расползающейся областью и ее разваливающимся областным центром.

То, что у нас наконец-то появились амбициозные и дерзкие проекты, уже радует. Чужак Тишанин растревожил родное болото.

Но давайте рассудим, может ли проект "Большого Иркутска" (на манер Большого Сочи) привести к задуманному результату?

Данная заметка не призвана ответить на этот вопрос, она только призыв перевести дискуссию в указанное мной русло и непредвзято взглянуть на роль и место Иркутска на карте области.

Скажу только, что изначально я не верю в успех. Иркутск заглотнет (и не подавится) все денежки Шелехова и Ангарска, и вместо двух нормальных и одного не очень мы рискуем получить три ненормальных города. Иркутск — это гигантское чрево, прорва. Дна не видать. Сколь ни кидай сюда ресурсов, толку не будет, ибо в самой генетической программе города содержится некая ошибка.

Конечно, обидно губернатору смотреть на Красноярск, в котором и хороших дорог, и академиков больше, чем в пресловутом "сибирском Париже". К тому же приказ президента преобразить Иркутск надо выполнять. Очевидно, что Тишанин и иже с ним пришли к выводу, что иркутяне не смогут сами потянуть это дело. Проект "Большого Иркутска" — вызов жителям города. Им как бы дали понять, что они недоделанные какие-то. Как ездили они при Советах в Ангарск за продуктами и шмотками, так и сейчас поедут учиться развитию? Но гиблое дело! Не помогут ему Ангарск и Шелехов!

Может быть, лучше объединить Ангарск и Усолье и перенести туда столицу области. Кстати, почему Усолье не включили в "Большой Иркутск"? Между Ангарском и Усольем расстояние не такое уж и большое, и главное — ровное, практически без возвышенностей. Если его застроить административными зданиями, университетскими кампусами, новыми областными больницами и театрами, то Ангарск и Усолье вместе с переехавшими из Иркутска студентами и чиновниками наберут жителей как в Иркутске. Зато новая столица Восточной Сибири будет поприглядней Иркутска, можно и Путину показывать.

А дорогу на Байкал сделать в объезд Иркутска, чтобы не видели гости области умирающую бывшую столицу Приангарья. Ибо Иркутск, оставшись без губернской администрации и университетов, областной больницы и театра, начнет гибнуть. Тем более что Ново-Ленино и Иркутск II, скорее всего, отделятся от Иркутска и на базе своих предприятий заживут лучше заносчивых жителей Правобережного округа.

А может, лучше столицу области вообще в Братск перенести к тамошним энергичным жителям?

Давайте подумаем, иркутяне, как мы дожили до того, что наш некогда именитый город оказался на обочине исторического развития, как бы никому (нам самим тоже) не нужным...

Владимир Симиненко

Что предложил губернатор

Соединить три города — Иркутск, Ангарск и Шелехов — в один, так называемую агломерацию* (см. справку). Это главный проект областной администрации на ближайшее время. Среди нескольких позитивных преимуществ для обновленного города, по мнению губернатора, есть два основных.

1. Изменение статуса

Город с миллионным населением, единственный на огромном пространстве — от Новосибирска до Находки, естественно, будет пользоваться особым вниманием федерального центра.

2. Слияние налогооблагаемой базы трех городов, в каждом из которых расположены крупные предприятия.

* Агломерация — это система территориально сближенных и экономически взаимосвязанных населенных мест, объединенных трудовыми, культурно-бытовыми, производственными связями, общепроизводственной и социальной инфраструктурой. Для агломерации характерны быстрое развитие пригородов и постепенное перераспределение населения между городами-центрами и пригородными зонами.

Сонное царство на берегу Ангары

Иркутск — осторожный город. Смелые, даже в чем-то авантюрные проекты здесь не в моде. Принцип синицы в руках, что называется, процветает. Причем довольно давно. Будучи журналистом, я брал интервью у Виктора Шматкова, бывшего главного архитектора области, ныне, к сожалению, покойного. Он рассказывал, как еще в 50-е годы выбирали место для Сибирского филиала Академии наук СССР. В Москве не было сомнений: строить главный Академгородок Сибири надо в Иркутске. Даже площадку нашли — где сейчас микрорайон Солнечный. Но тогдашнее руководство области подумало: ну зачем нам этот геморрой? Какой-то Академгородок строить... И отказалось. Москвичи не стали спорить и построили Академгородок в Новосибирске, тогда очень скромном сибирском городе, ныне центре Сибирского федерального округа. Кстати, во время этого же разговора Виктор Петрович рисовал мне свой проект переустройства привокзальной площади. Не пошел этот проект. Слишком смелым оказался. ...Я уже упоминал в одной из недавних своих заметок, что ни в Иркутске, ни в области нет какой-либо объединяющей идеи. Не бутафорской, предвыборной, типа проведения в Иркутске Олимпиады или строительства какого-то гипераэропорта, а вполне реальной, какой еще недавно было возведение БАМа или каскада ГЭС. Тогда в Иркутск съезжались лучшие люди страны. Сейчас они разъезжаются... Иркутянам сейчас и поговорить-то не о чем. Когда мы приезжаем в Москву, нас спрашивают: а-а, Иркутск, это там, где самолеты падают?.. Мы пытаемся робко возразить: да у нас там еще Байкал есть... И что Байкал — интересуются москвичи. Да ничего, есть — и все...

Из статьи Михаила Трубецкого "Иркутск как образец регионального жлобства", опубликованной в прошлом году в областном еженедельнике "СМ Номер один".

Столп духовности на горах мусора

Иркутск долгое время был губернским центром и островком цивилизации в океане дикой сибирской тайги. Центр города застроен купеческими особняками. Здесь оставили след польские повстанцы, чей костел до сих пор украшает центр города, и декабристы. Очень много церквей, половина из которых, правда, находится в полуразрушенном состоянии. Треть горожан до сих пор живет в частном секторе без центрального водоснабжения и отопления. Буквально в двух шагах от центральных улиц вы можете попасть в деревянные трущобы покосившихся домов. Берега самой чистой крупной реки — Ангары (прямо на городской набережной можно набрать в бутылку абсолютно прозрачную воду) усыпаны горами мусора. Наркомания среди молодежи — настоящее бедствие. Шприцы с остатками крови (наверняка ВИЧ-инфицированной) валяются в подъездах, на дорогах, детских площадках. В то же время в Иркутске существует культурная и интеллектуальная элита. Иркутск дал России таких писателей, как Валентин Распутин и Александр Вампилов. Восстановлен памятник Александру III, а на месте расстрела Колчака установлен памятник со словами примирения между "красными" и "белыми". Наличие в непосредственной близости прекрасных природных памятников — озера Байкал и Саянских гор — создало в городе особую субкультуру. Вряд ли еще в каком городе есть столько горных туристов, лыжников, байкеров и других любителей активного отдыха. Иркутские электрички летом пахнут не только дачными овощами, но и дымом таежных костров. Традиционно сотни иркутян 8 Марта пересекают Байкал на лыжах, а 1 Мая совершают восхождение на самую высокую гору Саян Мунку-Сардык.

Из статьи Алексея Мазура "Референдум — политическое изнасилование Иркутской области"

Загрузка...