Дом без адреса

В Иркутске есть дом, которого нет ни на одной карте

Обитатели этого дома, расположенного за микрорайоном Первомайским, лишены всех привычных для горожанина радостей. К их дому не ходит транспорт. Скорая помощь останавливается на расстоянии в несколько километров, и больного приходится тащить на носилках. Жители этого дома не голосуют на выборах, в их подъезде нет почтовых ящиков: письма и газеты сюда не приходят. Живут в доме бывшие военные. Несколько лет назад их поставили перед фактом, что их просто не существует.

Столбовой дивизион

Дом без адреса находится на одинаковом расстоянии от нескольких спальных районов Иркутска: с одной стороны — Юбилейный, с другой — Первомайский и Университетский. Эта территория располагается на высокой горе, за забором и колючей проволокой. Раньше здесь располагалась часть ПВО. После того как военных расформировали, здесь обосновался Учебный центр УВД Иркутской области. Когда по телевидению показывают, как проходят учения милиции, то эти сюжеты снимают чаще всего именно здесь. Местные зовут свою окраину Столбовкой, по названию местности, или Дивизионом, в память о военных временах.

В советское время в части служили 14 офицеров. Многие из них приехали в Сибирь с западных районов СССР и после службы в армии намеревались вернуться домой обратно. Но Союз развалился, а офицеры остались в служебных квартирах.

— В советское время нам обещали после службы выдать квартиру в любом регионе страны, — рассказывает Виктория Головина. — Но армия развалилась, и сегодня нам периодически обещают, что мы окажемся на улице.

Когда Дивизион отдали РУБОПу, его руководители сказали бывшим военным: "Ваше руководство вас бросило. Теперь это наша территория. Если вам больше негде жить, ставьте рядом палатки и живите в них".

Ангарский кусочек в Иркутске

РУБОП распался, и несколько семей милиционеров, которых в свое время переселили в Столбовку, также остались заложниками дома без адреса. Если у военных жителей дома в паспорте стоит "Ангарск, ВЧ 25/512Т" (по месту расположения полка ПВО), то у милиционеров прописка и вовсе "разбросана" по разным общежитиям города.

В настоящее время жители дома ищут в обширном российском законодательстве статьи, которые помогли бы им получить другое жилье. Военные обнаружили, что они могут получить государственный жилищный сертификат (то есть право на получение квартиры), как отселяемые из закрытых военных городков.

— В штабе армии, который находится в Новосибирске, отказались рассматривать наше дело, — комментирует адвокат жильцов этого дома Николай Мостовой. — В настоящее время мы подаем исковое заявление на неправомерные действия должностных лиц, которые нам отказали. Я считаю, что бывшие военные имеют право попасть в список получающих жилищный сертификат. Сейчас мы бьемся за то, чтобы они попали хотя бы в "третью очередь". О том, чтобы получить новые квартиры, речь может зайти как минимум лет через пять.

Без воды и света

Жить в доме, которого нет, непросто. К счастью, на территории Учебного центра УВД есть водонапорная башня и котельная. Правда, воду из-под крана пить нельзя — жители Дивизиона берут ее в колонке на окраине Первомайского: идти до нее около часа. Проще тому, кто ездит на машине, остальные тащат воду на себе.

— Дети наши выросли здесь, не зная, что такое соседний двор, — говорит Ирина Кондрашевич. — С одной стороны, это хорошо. Все жили на виду друг у друга, хотя закрытый отдаленный городок, конечно, ограничивает развитие ребенка. До конечной остановки Первомайского же своих детей мы стараемся одних не отпускать: кто идет пешком в сопровождении, кто подвозит их на автомобиле.

В этом доме не принято закрывать дверь на замок. А обувь — даже самая дорогая! — выставляется в подъезде. Правда, жильцы не особенно дружат: многочисленные трудности закалили каждую семью по отдельности. Но беды продолжают сыпаться на злополучный дом. Например, в течение целого месяца во всем здании не было света. Жильцы договорились с близлежащим фермерским хозяйством и без всяких разрешений провели от него свет.

— Хуже всего, что с нашей ангарской пропиской в Иркутске практически невозможно получить медицинское обслуживание, — считает местная жительница Вера Угрынив. — Да и в Ангарске нас никто не ждет. Безысходность полная!

Когда рушился Советский Союз, многие жители нашей страны потеряли не только многие материальные ценности, но и нечто большее — надежду на лучшую жизнь. Обидно, что в безвыходной ситуации чаще всего оказываются достойные люди. Что сегодня делать офицерам, которые несколько десятилетий охраняли иркутское небо?

Откуда взялся дом

В советское время под Иркутском было несколько пунктов противовоздушной обороны. На Байкальском тракте, под Усольем-Сибирским, и в Ангарске были расположены локаторы и оборудование, которые защищали наш город от воздушной угрозы. В Иркутске также располагалась часть ПВО, главной целью которой было защитить плотину ГЭС от возможного налета вражеских самолетов.

— Нас называли придворными, — говорит Ирина Кондрашевич, жена майора ПВО. — Потому что служить в Иркутске было очень престижно и выгодно. Главные преимущества — жены офицеров могли работать, а дети могли учиться в областном центре! Об этом мечтали все военные, которые служили по таежным гарнизонам.

Метки:
baikalpress_id:  4 780