Смерть от отца

Наркоман убил из-за ревности сожительницу и трехлетнего сына

В Ангарске закончился суд над Алексеем Иващуком, совершившим год назад одно из самых зверских убийств последнего времени. В процессе бытовой ссоры 26-летний наркоман зарезал бывшую сожительницу и трехлетнего сына. Он не маньяк и не домашний садист. Действия Алексея Иващука, как выяснило следствие, были продиктованы пристрастием к героину и ревностью к сожительнице.

На иглу Алексей подсел несколько лет назад. Для нормального существования Алексею требовалось по пять доз героина ежедневно (а это минимум 500 рублей. — Авт.). Однако суд, наверное, смог бы учесть болезненное состояние и ревность Алексея и не наказывать его так строго, если бы речь не шла о двойном убийстве, да еще и самых близких родственников.

Как рассказал старший следователь по раскрытию особо важных дел прокуратуры Ангарска Александр Фархутдинов, 18 сентября прошлого года в ангарскую милицию позвонила жительница одного из домов 94-го квартала. Звонившая высказала свое беспокойство. Накануне подруга Елена попросила ее забрать вечером своего трехлетнего сына Матвея из детсада. Однако в садике малыша не оказалось. Его, как сказали воспитатели, вообще сегодня не приводили. Встревоженная подруга отправилась к Елене, но на звонки не последовало никакой реакции. Тогда девушка позвонила своему знакомому, который пришел и взломал дверь.

В квартире они увидели жуткую картину: труп Елены с огромной колотой раной на горле лежал в ванной комнате, тело трехлетнего Матвея — в зале под диваном.

Прибывшие в страшную квартиру оперативники и следователи прокуратуры сразу заострили внимание на одной детали: следов взлома на двери не было, окна также никто не взламывал, в квартире был полный порядок. Значит, убивал тот, кто, во-первых, имел свободный доступ в квартиру, во вторых — его целью не было ограбление.

Разговор со знакомыми и родственниками убитых сузил круг подозреваемых до одного человека, сожителя Елены Алексея Иващука.

Из слов жителей дома стало ясно и еще одно: Алексей неоднократно угрожал сожительнице расправой, причем так громко, что эти слова слышали соседи. Случалось в неспокойном семействе и рукоприкладство. К примеру, по словам Александра Фахрутдинова, Алексей однажды вытащил Елену из квартиры полуголой и приволок в соседний подъезд к своим знакомым, где заявил, что убьет ее. Причиной всему знакомые и соседи называли ревность Алексея.

Какое-то время Алексей не жил с Еленой. Несколько лет назад он подсел на героин. Узнав об этом, Елена указала ему на дверь. Алексей стал жить у матери. А за деньгами на очередную дозу он приходил к Елене. Хотя она ему почти всегда отказывала (девушка работала медсестрой. — Авт.). В общем, оперативники были почти уверены, что убивал именно Иващук.

А он, к слову сказать, даже не пытался никуда скрываться и к визиту милиционеров был подготовлен. С выдвинутым против него обвинением он не соглашался. Следователям он по минутам расписал, как провел день убийства. Всячески давил на то, что 18 сентября он вообще не был в 16-м доме 94-го квартала.

Следствию и оперативникам пришлось по крупицам собирать доказательную базу. Было опрошено несколько десятков человек. Беседовали даже с бегунком, у которого некоторое время подозреваемый покупал героин.

Но не хватало главного: свидетеля, видевшего Алексея по указанному выше адресу в день убийства. Таковой нашелся. Одна из соседок вспомнила, как 18 сентября видела Алексея и его бывшую сожительницу выходящими из подъезда. Иващуку после этого отпираться уже не было смысла. Вот что Алексей рассказал следователям.

18 сентября он пришел к бывшей сожительнице. Сначала разговаривали мирно, вместе выходили на улицу. Но затем начали ругаться. Алексей спросил Елену, изменяет ли она ему. Та, по словам убийцы, ответила утвердительно. Иващук схватил Елену одной рукой, в другую взял нож. Сколько раз ударил им в горло, не помнит. Но о жестокости расправы говорит тот факт, что эксперты увидели на шее убитой большую дыру, возникшую от огромного количества ударов в одно место.

Когда Алексей оглянулся — увидел наблюдавшего за расправой над матерью маленького Матвея. Он взял его на руки, а что было дальше — не помнит...

Во время судебного заседания Алексей вдруг отказался от своих показаний. Стал говорить, что на него во время допросов оказывали физическое воздействие. Но судье были предоставлены бланки медицинских освидетельствований, проводимых после каждого допроса. В них информация о побоях не подтверждалась. Суд приговорил Алексея Иващука к двадцати годам строгого режима. Пока не известно, будет ли дело обжаловано в Верховном суде.

Сейчас в доме номер 16 об убийстве почти не говорят. Жители дома приговором недовольны.

— Он выйдет на свободу в 46 лет. Еще молодой мужик, — говорят местные жители. — Одно утешение, что в тюрьме таких убийц ненавидят и судят их по-своему. Так что свою вину за эти двадцать лет он обязательно осознает.

Александр Фахрутдинов с этим мнением в принципе согласен. Но добавляет, что, если бы Елена своевременно обращалась в милицию и не забирала бы оттуда заявления на Алексея, подобной трагедии, скорее всего, удалось бы избежать.


Метки:
baikalpress_id:  4 490