Он заглянул мне в глаза

От редакции. Иногда совершенно неожиданные ассоциации возвращают нас в прошлое. Это могут быть звуки, запахи или страхи. Мы будем очень рады продолжить публикацию ваших историй.

Это было более сорока лет назад, мне исполнилось 16 лет. Самым большим событием тогда для меня была поездка на родину мамы в гости.

Обязательным в каждый приезд было посещение кладбища, могил родных и склепа декабристов. Место для кладбища в Петровском заводе отведено отменное, на высокой, довольно крутой горе. На кладбище мы пошли вдвоем с Тоней, она моя родственница, года на два младше меня. День выдался пасмурным, но дождя не было. Довольно длинная дорога за разговорами была неутомительной. Поднимаясь в гору, мы обратили внимание на низкие тучи над головой и решили побыстрее обежать все могилки родных и разложить простенькие полевые цветы.

Крест на могиле деда виден издалека, и первые цветы, и поклон ему. Вот бабушка, дядя... А воздух сгущается. Все затихло, замерло, и только песок хрустит под нашими ногами. Стоим на самой макушке горы. Тучи, кажется, можно достать рукой, а перед глазами весь город как на ладони. Красиво и жутко.

Вижу, что страшно не мне одной, но и моей спутнице, но мы молчим, стараясь скрыть друг от друга испуг, и только ноги наши еще быстрее перебегают от одной могилки к другой, чтобы успеть положить цветы всем родным. Вокруг ни души, безмолвие и гнетущая тишина.

И вдруг дикий вопль подкашивает наши ноги. Спрятавшись за могилку, дико озираемся вокруг. Никого! И опять чей-то крик прижимает нас к земле. Едва успеваем сообразить, что дико кричал ребенок, как гром страшной силы, кажется, прицельно бьет в самую макушку горы! И тут мы видим козу, которая мечется вокруг старой могилы. Бежим к ней. Рядом с козой бегает маленький козленок, а второй упал в обвалившуюся могилу. Страшно! Провал глубокий, и из глубины детский голос козленка. Одной рукой цепляюсь за оградку, а другой тянусь к козленку. Тоня, ругая меня и трясясь от страха, держит меня за ногу и за подол платья, а я изо всех сил тянусь рукой к козленку, но никак не могу дотянуться, а он смотрит на меня и кричит. Вот пальцы мои дотянулись до его ушка, стараюсь ухватиться покрепче и вдруг вижу его глаза, которые смотрят мне прямо в зрачки, и в них словно живой огонь пробегает. Они смотрят со смыслом, по-человечески и смеются, дерзко смеются. Ужас пронзает меня, резко одергиваю руку, пытаюсь встать на твердую землю. Тоня помогает мне, и мы молча, не сговариваясь, бежим с горы, а вдогонку бьет молния, деля небо над головой на две половинки.

Дух переводим только у склепа декабристов. Крупные капли холодного дождя хлестко секут по спинам. Прижимаемся к стене склепа, прячась от дождя под небольшой козырек, и пытаемся унять страх, все еще пронзающий тело. Барабанная дробь дождя по козырьку успокаивает и как-то усмиряет нас.

Но резко смолк дождь, и мы, словно очнувшись от своих мыслей, медленно пошли домой. Всю дорогу до дома мы молчали, видимо, вся эта лавина чувств не располагала к разговору. Но все последующие сорок лет я помнила об этом дне во всех его красках, так же ярко, будто было это вчера.

А вот козлят с тех пор я боюсь, боюсь в глаза им глянуть. Кажется, опять увижу пляшущие огоньки. А может, в них молния отражалась?

А с вами подобное случалось? Расскажите!

Загрузка...