Посмотреть на мир сверху

В сентябре группа русских альпинистов покорила вершину Дхаулагири в Гималаях. Среди них был ангарчанин Сергей Кириллов. Он мастер спорта, альпинизмом занимается с 1976 года. В его копилке покорение таких вершин, как пик Коммунизма (7495 метров), Холодная стена (6134 м), Блок (5120 м), Ак-Ссу (5200 м). В 2002 году он побывал и в Гималаях — поднимался на Барунзе (7134 метра).

Команда

— Мы вылетели в Непал 1 сентября. Перелет длился 18 часов, что, в общем-то, было недолго. Летели в Катманду через Москву и Катар. Снаряжения было много: до базового лагеря наш груз везли 30 ишаков и еще несли портеры (носильщики). Одной альпинистской веревки было закуплено два с половиной километра. Сначала нам пришлось ехать на автобусе до города Бени, потом четыре дня идти пешком до поселка Марфа и еще четыре дня через два серьезных перевала высотой более 5000 метров добираться до базового лагеря.

Главное — подготовка

В базовый лагерь мы пришли 13 сентября. Две недели заняла акклиматизация. Ее тактика проверена годами — это тренировочные выходы в горы (подъемы и спуски), прием специальных железосодержащих препаратов и особый режим питания — на высоте многих начинает подташнивать. Пытались подняться на вершину Тукучи. Поднялись на 5700, переночевали две ночи и спустились в базовый лагерь. Потом поднимались уже на Дхаулагири, обрабатывали часть маршрута, устанавливали первый и второй промежуточные лагеря. Занесли снаряжение, газ, продукты, выкопали снежную пещеру. Переночевали две ночи на высоте в 6700 метров. Снова спустились вниз. Через 14 дней мы были готовы к восхождению.

Все на штурм!

Подъем занял пять дней. Работы все еще оставалось много. Пришлось навешивать перила, обрабатывать гребень, поставили третий и четвертый лагеря. И с четвертого лагеря 6 октября мы совершили восхождение. Штурм занял 23 часа. Мы вышли в 4 утра и вернулись в палатку в 3 часа ночи. Произошел уникальный случай: весь спортивный состав экспедиции, пять человек, побывал на вершине. Обычно считается нормальным, если на вершине побывал хотя бы один человек. На Дхаулагири это вообще был первый случай. Позже нам об этом сказала английская журналистка мисс Холли, которая живет в Катманду и ведет хронику всех экспедиций в Гималаях на вершины выше 7000 метров.

Что нам помогло? Наверное, то, что мы друг друга знаем много лет, психологическая притирка давно прошла. Обязанности между нами распределены. Каждый занят своим делом. Возможно, свое сыграла и погода. Мы приехали в Непал в межсезонье: летний муссон ушел, а зимний вот-вот собирался прийти. Нам хотелось проскочить в это окно. После того как мы поставили базовый лагерь, девять дней шел снег. Потом дня четыре погода была переменной. Снег сменялся облачностью. Из-за этого одна из европейских экспедиций просто отказалась подниматься. А потом около недели стояла солнечная погода. Можно сказать, нам повезло. Даже ветер был относительно несильным.

Что испытываешь на вершине?

Желания станцевать джигу нет, оно возникает намного позднее, когда ты уже вернулся назад, домой. На вершине возникает ощущение законченности, завершенности экспедиции. Дошли! Ощущение того, что ты добился чего хотел. Ну а панорамы Гималаев, которые разворачиваются перед тобой, просто потрясают воображение. Весь Непал затянуло облаками. А Тибет лежал как на ладони — чистый, солнечный. С одной стороны давил один муссон, с другой — второй. И они сражались над нами в небесах.

Никакого расслабления и эйфории победа не вызвала — вечерело. Нужно было спускаться в лагерь. Возвращение вызвало не меньше трудностей, чем подъем. Нам нужно было снять все веревки. Правительство Непала разрешает восхождение только на таких условиях. Мы не должны были ничего оставлять в горах. Уже позже, когда вернулись к подножию, Дхаулагири спохватилась. Она не хотела нас отпускать: когда мы шли через перевалы в Марфу, началась сильнейшая метель, которая продолжалась часа три. Мы сбились с пути и дорогу нашли не сразу. В субтропиках снег сменился дождем. 13 октября мы наконец попали в поселок Марфа. Потом были снова Бени, Катманду. Мы с женой (она ездила в Гималаи вместе с нами) прилетели в Иркутск позже остальных на три дня. Нас встречали с цветами.

И тут захотелось сплясать джигу!

Сейчас, конечно, эйфория от восхождения уже прошла, мы отъедаемся, набираем вес (некоторые потеряли в весе до 12 килограммов) и восстанавливаем физическую форму. Осознание того, что с нами произошло (а для многих из нас восхождение на Дхаулагири — это, прежде всего, личное достижение), наверное, придет только со временем. Сейчас я думаю, что это было испытание себя на характер и испытание товарищей на мужскую дружбу.

Вообще, главное в восхождении — это физическая и моральная подготовка. И, если с физической подготовкой все более менее понятно, — ты должен быть физически крепким и здоровым, то с психологической подготовкой сложнее, — Гималаи просто давят на психику своим величием. Когда стоишь у подножья вершины, становится элементарно страшно.

Практически одновременно с нами заехало еще две экспедиции: швейцарцы и совместная экспедиция швейцарцев, немцев и французов. До вершины дошли только мы и один-единственный швейцарец, который просто "сел нам на хвост". Остальные просто отказались.

Загрузка...