Элита Приангарья: откуда берутся такие люди?

По мнению аналитиков, сейчас в России завершилось формирование новой элиты. Какие же люди ее составляют и есть ли на этом олимпе еще свободные места? Любопытное исследование на эту тему провел Евгений Волосов, директор филиала Иркутского государственного педагогического университета в Усть-Илимске.

"Красные директора" проиграли фарцовщикам

Тема докторской диссертации Евгения Волосова — региональная технократическая элита, то есть директора крупных промышленных предприятий.

По мнению Евгения Волосова, из советской номенклатуры Иркутской области ни один руководитель так и не дорос до олигарха. "Красные директора"* проиграли фарцовщикам и младшим научным сотрудникам из различных НИИ. Тех, кому удалось состояться в новых условиях, можно пересчитать по пальцам. Юрий Ножиков с Братской ГЭС, Валентин Межевич из Иркутскэнерго, Виктор Круглов с Саянскхимпласта. Значительная часть московских и провинциальных технократов ни организационно, ни психологически оказались не готовы к новой роли хозяев. "Красные директора", получив собственность первыми, так и не смогли распорядиться ею эффективно даже для себя, не говоря уже о трудовых коллективах.

— Но наверняка в этой неэффективности была польза для простых людей...

— Конечно. Приведу пример, который может показать отношение хозяйственников к делу. Не каждый знает, что многие заводские Дворцы культуры, спортивные сооружения, Дома быта проходили по документам как заводские цеха, склады, ангары и т.д. Начиная подобные стройки, руководители рисковали очень многим: финансовыми взысканиями, статьей в Уголовном кодексе за растрату и даже хищение социалистической собственности, партбилетом и должностью. Правда, справедливости ради нужно отметить, что секретари региональных комитетов партии, заинтересованные в гармоничном развитии своих территорий, часто поддерживали и подстраховывали директоров в их рискованных начинаниях.

Рабочая аристократия

— В обыденном сознании сложился стереотип о значительных социальных привилегиях региональной технократической элиты, — продолжает Евгений Волосов. — Архивные документы, воспоминания о "красных директорах", с одной стороны, свидетельствует об их высоком для СССР материальном уровне, но есть и другая сторона.

Зарплата Ивана Наймушина — руководителя стотысячного коллектива Братскгэсстроя, возводившего крупнейшие в мире гидроэлектростанции, составляла около 1000 рублей. В то же время передовой бригадир-строитель получал всего в два раза меньше. Вряд ли в наше время в какой-либо отрасли можно найти подобное соотношение между уровнем доходов "рабочей аристократии" и топ-менеджеров.

Многие в Иркутске в 70—80-е годы хорошо знали директора Иркутского завода тяжелого машиностроения Евгения Мармонтова: большой, красивый, интеллигентный, удивительно коммуникабельный человек, рационализатор и изобретатель, кандидат технических наук. Жил он в большом деревянном доме недалеко от своего завода. По этому поводу было много злопыхателей, завистников. Но немногие знали, что многочисленных московских визитеров, говоря современным языком, VIP-персон, директор принимал у себя дома, тратя свое личное время, свои собственные деньги и решая задачи, актуальные для всего коллектива завода.

Тем не менее это люди, которым было что терять. Руководитель завода, как правило, жил в хорошей сталинской квартире, ездил на персональной "Волге", регулярно выезжал за границу, а лечился на престижном курорте. Новые времена, с одной стороны, потребовали от него проявления чудес изворотливости, с другой стороны, перестройка дала старой элите шанс проявить себя в новых условиях.

— Чем отличается кадровая политика советских времен от современной?

— Раньше руководящее кресло нужно было заслужить компетентной профессиональной деятельностью, а также активной общественной позицией. Случайные люди до высот руководителя и главного инженера практически не доходили. Теперь понятие "кадровый резерв" заменило слово "команда". Нет ничего более дикого в системе постсоветского менеджмента. Профессионализм, опыт, порядочность становятся вторичными в сравнении с личной преданностью, географо-земляческой идентичностью. По сути, страна на всех уровнях исполнительной власти вернулась к временам Екатерины II, а точнее, к ее политике "фаворитизма". Это не модернизация, а деградация, как политической, так и экономической системы.

Иркутские губернаторы

— Что помогло Юрию Ножикову стать первым избранным губернатором в России?

— Не каждый знает, что Юрий Абрамович был не строителем, а монтажником. А монтажники — это элита любой технологически сложной стройки. Но элита субподрядная, со своей собственной гордостью, менталитетом. В обычной ситуации монтажнику было практически невозможно занять кресло начальника крупнейшей в стране строительной организации — Братскгэсстроя. Но наступила перестройка, в ходе которой рождались нестандартные формы кадровой политики, например выборы руководителей. Вот в рамках таких выборов Юрий Абрамович и стал генеральным директором ГПО Братскгэсстрой.

— Новый губернатор Александр Тишанин — технократ. Спикер Законодательного собрания Иркутской области Виктор Круглов — технократ. Технократическая элита возвращается в областное руководство?

— О новом иркутском губернаторе сказано уже немало. Отмечаются его молодость, "равноудаленность" от олигархов, жесткость, требовательность. Но я хотел бы затронуть вот какую тему. Мы все хорошо знаем, что железнодорожное ведомство — это государство в государстве. Кроме собственно транспорта это еще и промышленность, строительные организации, мощная служба безопасности, очень развитая социальная инфраструктура. Кадровая политика в Министерстве путей сообщения всегда носила системный и чрезвычайно взыскательный характер. Благодаря ей случайные люди отсеивались на начальных уровнях управленческой иерархии. Ротация кадров в железнодорожном ведомстве ограничивалась рамками МПС. Иногда отставные партийные чиновники оказывались в руководящих железнодорожных креслах, но это были должности по управлению социально-бытовым сектором, а не локомотивным или путевым хозяйством. Поэтому стать начальником дороги случайному человеку, непрофессионалу было просто невозможно.

Вряд ли Тишанин, став губернатором, забудет основы учения и воспитания, данные ему железной дорогой. В этом смысле нам с руководителем области, наверное, повезло. Несколько тревожит другое. Железнодорожное ведомство было и остается закрытым и полувоенным институтом со специфичными, почти армейскими методами управления. Удастся ли Александру Тишанину гармонично совместить два типа управленческой стилистики — железнодорожной и гражданской, покажет время.

— Как обычно ведут себя технократы, пришедшие во власть?

— Как ни странно, именно у технократов, пришедших во власть, способность к компромиссу, толерантность (терпимость, терпеливость. — Авт.), умение договариваться значительно выше, чем у других игроков иркутского политического поля — профессиональных политбойцов. Проиграв в середине 90-х годов борьбу за собственность младшим научным сотрудникам, фарцовщикам и бандитам, технократическая элита постепенно реваншируется в политической области. Обществом оказался востребованным слой носителей
инженерно-технического знания, которое помогает достаточно эффективно решать не только управленческие задачи на производстве, но и в политической, и в общехозяйственной сферах.

— Не могли бы вы охарактеризовать технократическую элиту в лексике обывателя? Что это за люди, что в них хорошего, а что плохого?

— Это люди со своими человеческими слабостями, достоинствами и недостатками. У многих есть трогательные хобби, открывающие этих людей с необычной стороны. Помните Юрия Ножикова в начале 90-х за рулем служебной "Нивы"? Может, здесь и был элемент политического пиара. Но скорее нет, чем да. А Игорь Гринберг отлично играет на аккордеоне, за что получил ласковое прозвище "мужичок с гармошкой". Понятие "элита" имеет много смыслов, в том числе и ироничный, закавыченный. Ну вот тусовщица Ксюша Собчак или Ходорковский, обчистивший страну на миллиарды рублей, — это тоже элита? Все же большая часть так называемых красных директоров и их лучшие ученики сегодня — это и есть настоящая элита, без кавычек.

  • В начале экономических реформ в России возникло понятие "красные директора" — старое руководство крупных предприятий всеми силами сопротивлялось переменам.
  • Малообеспеченные россияне чаще других выделяют в качестве признаков принадлежности к элите богатство, а высокообеспеченные — влияние на политику страны и морально-нравственный авторитет.
  • Главным источником формирования современной российской элиты считается элита советская. Второй канал попадания в элиту — близость к президентам Ельцину и Путину. Третий источник образуют функциональные группы уже постсоветского периода — криминальные, работники науки и культуры.
  • Две трети россиян убеждены, что происхождение и личные связи — основной ключ к попаданию в элиту. 33% считают, что более важны для этого личные качества — талант, предприимчивость.

Всероссийский опрос ВЦИОМ проведен 6—7 августа 2005 года. Опрошено: 1591 человек в 153 населенных пунктах в 46 областях, краях и республиках России.

Загрузка...