Учебные тревоги

Всем известно, что сейчас проходят совместные российско-китайские военные учения. Про эти маневры много пишут, рассказывают и показывают по телевидению. По большей части внимание публики заостряется на том, насколько выросла боевая выучка отечественных Вооруженных сил: и стратегической ракетой с подлодки в Камчатку попали, и новая крылатая Х-555 влепила точнехонько куда следовало, и российские морпехи вполне успешно высаживаются на берег, отчаянно взаимодействуя с китайскими. И это все замечательно, иначе на кой вообще нужна армия, если она вовсе не тренируется? Возникает, правда, несколько вопросов, странно было бы, если бы они вообще не возникали... Учебные тревоги, впрочем, происходят не только на просторах ненастоящих военных ристалищ. На замысловатых ландшафтах российской политики тоже не без этого. Однако сначала — вопросы по милитаристским играм.

С какой целью?

Действительно, если более-менее внимательно вникнуть в сценарий совместных маневров, становится совершенно очевидным, что в очередной раз происходит репетиция крупномасштабного военного конфликта с привлечением таких видов оружия, которые ничтоже сумняшеся способны превратить достаточно большую часть планеты в место, не пригодное для проживания даже микроорганизмов. Стратегические ракеты с подводной лодки "Екатеринбург", крылатые ракеты, эсминцы, фрегаты, противолодочные корабли... Все настолько серьезно, что непременно хочется погордиться степенью боеготовности родимых Вооруженных сил, включая стратегическую авиацию и военно-морской флот. Нет, я повторяю, раз они существуют, то пускай, разумеется, повышают свое мастерство, а не ржавеют возле пирсов и в ангарах. Это все правильно.

Просто мне сложно представить,

Мы, стало быть, демонстрируем всему миру, что есть еще порох, ежели кто сомневается. Летаем, плаваем (вернее, ходим) и стреляем. Все довольны. Вопрос, собственно, не в этом. Вопрос в том, какое отношение все эти дела имеют к борьбе с терроризмом, как международным, так и доморощенным. Я ведь почему спрашиваю. Потому что куча разных военных и невоенных чиновников сто раз уже заявила: маневры, дескать, имеют прямую антитеррористическую направленность и являются ответом на реальные вызовы и угрозы.

каким манером мог бы быть использован ракетный крейсер "Петр Великий", например, при ликвидации угрозы захвата одной из российских школ. Даже во Владивостоке, не говоря уже о Рязани или Казани. Если не каркать и оставить школы в покое, то все равно интересно, как с помощью подводных лодок и стратегических бомбардировщиков извести бесчисленные банды в чеченских горах.

Разве кто-то говорит, что учения не имеют смысла? Да побойтесь Бога, господа военные начальники, учитесь себе на здоровье и нам на пользу. За каким чертом только вы нам голову морочите со своим антитерроризмом?

С такой целью

Неужели нельзя сказать прямо и по существу, с каким таким дальним прицелом улетают в небо громадные деньги налогоплательщиков? Вполне можно сказать, и все поймут, и никто не обидится. А сказать следовало бы совсем простые вещи. Например, по вполне справедливому замечанию Виктора Моллета из Washington Times: "Трудно представить себе менее приятное для Вашингтона событие, чем совместная демонстрация силы бывшей и будущей сверхдержав, которые забыли о своих разногласиях и нашли обоюдный интерес в противостоянии США — единственной сверхдержаве сегодняшнего дня".

Тут, правда, следовало бы добавить, что 22 августа также начались ежегодные учения армий США и Южной Кореи, и это вряд ли может являться приятным событием для Москвы и Пекина. Штаты и Южная Корея в очередной раз отрабатывают отражение гипотетической атаки со стороны Кореи Северной. Ну а мы чем богаты, тем и рады: с терроризмом вот боремся и осваиваем миротворческие подвиги. Совместно с китайцами. И в этом смысле очень сложно сказать, у кого союзник будет покруче, у нас или у американцев.

Правда, тот же Моллет пишет: "С чисто военной точки зрения у США нет серьезных поводов для беспокойства. Их технологии впереди на годы. Совместные учения с Кореей — крупнейшие в мире в области компьютеризированного командования и контроля". Компьютеризация — это, конечно, хорошо, спору нет. Вот только выход компьютеров из строя во время реальных боевых действий — дело настолько обычное, что стало уже попросту общим местом. Между прочим, именно по этой причине на русских танках Т-95, например, вся система управления продублирована для действий вручную... Это, кстати говоря, единственный в мире прецедент. Но дело-то ведь совершенно не в этом. А в том дело, что ни черта, по большому счету, не меняется.

Как стояли мы со Штатами по разные стороны демаркационной линии в 70-е годы века двадцатого, так и стоим до сегодняшнего дня. Только на ином "более высоком" уровне. Совместно с китайцами. Такое впечатление, что вся проблема в том, кто кого сильнее напугает: они нас своими компьютерами или мы их точным попаданием в Камчатку. Зато вместе боремся с международным терроризмом.

К слову сказать, первыми проталкивать новые военные заказы под антитеррористическую бодягу придумали именно американцы. Года три, что ли, назад они всобачили в какой-то отсек своей стандартной подлодки штук восемь дополнительных коек и сказали, что подобные лодки теперь являются антитеррористическими. Дескать, на этих койках будет располагаться специальный отряд по быстрому реагированию на происки супостатов из "Аль-Каеды". Ну, разумеется, настроили много новых лодок под эту марку.

Еще аспекты

Противостояние сверхдержав, бывших, будущих и сегодняшних — это уж пусть называют как им угодно, очевидно, не единственное условие для проведения российско-китайских учений. Хотя, возможно, оно и является определяющим. Тут ведь вот еще какое дело: китайский технопарк в смысле современных вооружений в значительной степени устарел. Проще говоря, оставляет желать лучшего оснащенность китайской армии системами и машинами, годящимися для убийства людей в наше просвещенное время. А денежных средств в твердой валюте (между прочим, американской) у Поднебесной вполне достаточно. Могут себе позволить. На твердую валюту очень выгодно и удобно приобретать русские машины.

К примеру, те же стратегические бомберы, с которых так удачно запускаются те же новые крылатые ракеты, что и было с блеском продемонстрировано в ходе совместных маневров. Терроризм тут, разумеется, ни с какого боку не пристегнешь, а вот подумать об освоении неба над островом Тайвань очень даже возможно. Кто сказал, что Китай отказался от мысли присоединить этот остров посредством военной силы? Никто не говорил, потому что никто и не отказывался от данной мысли... Таким образом, учения предоставляют неплохую возможность неплохо подзаработать российской военной промышленности. Китайский рынок, сами понимаете.

Неочевидный аспект

Участие в военных маневрах президента России вносит некую загадочность во все это мероприятие. То есть на самом деле загадочности никакой, вроде бы, и нету — Верховный главнокомандующий произвел запуск крылатой ракеты со стратегического бомбардировщика, проверил боеготовность вверенных ему подразделений. Однако совершенно незавуалированная PR-акция, призванная продемонстрировать активность и мощь действующего российского президента, живо напомнила гражданам раскрутку образа Владимира Путина в 2000 году. Таким вот парадоксальным образом можно перепрыгнуть с темы совместных военных учений на "проблему-2008", то есть обратиться к вопросу о возможности и целесообразности избрания Путина президентом России на третий срок.

Надо сказать, что треск на эту тему идет постоянно и, вероятно, будет идти до того самого 2008-го. Просто видение Владимира Путина в летном шлеме на борту самолета вызвало всплеск нового ажиотажного спроса на материалы по проблеме. Самое веселое, что муссирование этого туманного вопроса выгодно буквально всем слоям и прослойкам современного политического бомонда: властителям краев и областей, чтобы лишний раз подчеркнуть свою потрясающую лояльность; так называемой оппозиции, чтобы лишний раз чего-нибудь вякнуть об ужасах тоталитаризма и авторитаризма; наконец, кремлевской администрации, чтобы вообще никому не было понятно, будет у Путина преемник или будет у него третий срок...

Учебные тревоги, таким манером, переходят из области чисто военной в сферы более приближенные к политическим реалиям. Политические реалии, желаем мы этого или нет, определяют и будут продолжать определять особенности нашего внутрироссийского существования. А разговор начали с военных учений... Такие вот они военные маневры: чемодан с двойным, тройным (кто больше?) днищем.

Метки:
baikalpress_id:  27 850