Легко ли жить в памятнике?

В центре Иркутска что ни дом — то памятник архитектуры. И огромному количеству этих памятников больше ста лет. Ими гордится город, ими любуются иностранцы. Их рисуют художники, наконец. А каково тем, кто в них живет?

Улица с говорящим названием

Дом номер тридцать по улице Грязнова — памятник государственного значения, это бывший доходный дом крестьянки Домашевой, построенный аж в 1905 году.

Здесь живут обычные люди: не бичи, не пьяницы, не безработные. Коренные иркутяне, которые с утра до вечера работают, зарабатывая на кусок хлеба для своих семей. Дом, в котором они живут, признан памятником культуры, как и вся улица Грязнова. А улица тем не менее оправдывает свое название целиком и полностью.

— Вот эту стену у нас называют стеной плача, — говорят жильцы. — Потому что мы из-за нее плачем весь год.

Стена сложена из песчаника и из кирпичей. Когда-то такими стенами были отгорожены все деревянные дома в центре города. Иркутск горел и не один раз сгорал почти дотла. Поэтому в целях пожарной безопасности стали возводить каменные стены-перегородки. В случае пожара на такую стену навешивали все ковры и одеяла, которые только были, и поливали их водой, чтобы огонь не перекинулся с горящего дома. Вот такая стена и отгораживает дом по улице Грязнова от соседнего строения. А в соседнем дворе у этой стены устроены помойка и общественный туалет. Когда он переполнен, мутная зловонная жижа просачивается через кирпичную стену и течет в соседний двор.

— Мы даже не надеемся на то, что нам проведут воду и сделают нормальный туалет, как в благоустроенных домах, — говорит житель этого дома, заслуженный работник культуры России Борис Константинович, всю свою жизнь проработавший в драмтеатре имени Охлопкова. — Хотя бы крышу перекрыли. Ведь ее не ремонтировали вот уже тридцать лет!

Все дело в крыше?

Крышу на этом доме в последний раз перекрывали в пятидесятых годах. Тогда на заводах делали особый мелковолновый шифер, сейчас ничего подобного уже не выпускают. Поэтому просто подлатать крышу на злополучном доме не получится, надо ее полностью менять. Тем более что она давным-давно потрескалась, прогнила и протекает.

— Вот видите, какой у меня потолок, — показывает серые разводы над телевизором и около штор Борис Константинович. — Боюсь, что, если это тронуть, все обвалится на голову.

А в коридоре бедный Борис Константинович ставит алюминиевые кастрюльки — собирать дождевую воду.

Текущая крыша, туалет на улице, вечная помойка во дворе, запах кошек на деревянной лестнице — все это делает жизнь в деревянном доме просто невыносимой. Как самую большую реликвию Борис Константинович хранит фотографию, где он снят вместе с директором театра имени Охлопкова Анатолием Стрельцовым и с бывшим уже губернатором Борисом Говориным. Наверняка в театре, который почтил своего уважаемого работника званием "Заслуженный работник культуры", не знают, как живется на пенсии Борису Константиновичу.

Иностранцы дорого оценивают рисунки старого Иркутска

Но самыми большими патриотами своего жилища являются супруги Яшкины. У Алексея и Оксаны двое маленьких детей и маленькая квартирка под самой крышей дома номер тридцать. Когда-то крестьянка Домышева сделала к дому пристрой, чтобы увеличить площадь, сдаваемую внаем. Ровно через сто лет этот пристрой от дома отвалился, потому что дом осел. И квартира Яшкиных в любое наводнение может отчалить от двухэтажного особняка и пойти в самостоятельное плавание, правда уже без одной стены.

Яшкины — оптимисты, они твердо верят в то, что их дом когда-нибудь отремонтируют. А пока художники рисуют свой дом на многочисленных гравюрах и живописных этюдах.

— Наш дом, как и другие иркутские деревяшки, — это самое настоящее чудо, мы живем на золоте, — говорит Алексей Яшкин. — Мы мечтаем открыть здесь художественный салон. Иностранцы, между прочим, покупают рисунки старого Иркутска за доллары.

Это визитная карточка города, но денег нет

Пресс-секретарь Центра сохранения историко-культурного наследия Иркутской области Ирина Горбунова:

— В бюджете города такой статьи расходов — на сохранение историко-культурного наследия — нет. Она, может быть, появится в 2006 году, потому что с будущего года вступит в силу закон, обязывающий городскую администрацию сохранять памятники. Все деньги, которые поступают на ремонт памятников в Иркутске, идут либо из областного бюджета, либо из бюджета федерального. Но это крохи.

Центр сохранения историко-культурного наследия не производит ремонт и не расселяет людей из аварийных домов, хотя к нам часто обращаются люди с такими просьбами. Наши сотрудники проводят большую работу по созданию досье на каждый архитектурный памятник, находящийся на территории Иркутской области. В прошлом году благодаря этой работе на реставрацию памятников в нашей области было выделено из федерального бюджета пятнадцать миллионов рублей. В Иркутске на эти деньги были восстановлены только учреждения культуры.

Вы спросите у иностранцев, что им больше нравится в Иркутске: новостройки или деревянные дома в центре города. И вам ответят однозначно: конечно, деревянная архитектура. Это визитная карточка нашего города, это его самая большая ценность. Но состояние этих домов действительно ужасающее.

Метки:
baikalpress_id:  27 835