Черемховец подал в суд на Россию

Жители города его понимают и поддерживают

Черемховец Виктор Вырупаев подал в Страсбургский суд на Российскую Федерацию. С детства он жил в условиях, опасных для жизни. Но если большинство черемховцев привыкли терпеть, то Виктор Андриянович решил сделать то, о чем многие любят лишь говорить: бороться за свои человеческие права. Главное для Вырупаева — доказать свою принципиальную правоту перед городскими властями, которые считают его "врагом народа".

— Я считаю, что государство нарушает мои права на жизнь и здоровье, — говорит Виктор Вырупаев. — Живу я в сырости, что вредно для здоровья. Крыша дома протекает, его фундамент уходит под землю, печка дымит. И так несколько десятилетий! Мусор возле нашего дома не вывозится в течение двадцати лет! На все мои просьбы, обращения, требования власти отвечают невразумительными отписками. Потому я узнал адрес Страсбургского суда и подал в суд на Россию. Хотел я подать на конкретных чиновников, но мне объяснили, что в суде по правам человека принимают заявления только от граждан против своих государств. Пришлось идти против всей России.

У Вырупаева есть несколько писем из Страсбурга. Судя по ним, рассмотрение этого дела должно состояться в ближайшее время. Виктор Вырупаев и его соседи по разваливающемуся дому надеются, что публичный процесс привлечет внимание общественности и их вечный жилищный вопрос будет решен: мусор вывезут, крышу починят, печь наладят.

  • Из 6 тысяч жалоб россиян, ежегодно поступающих в Европейский суд, к рассмотрению принимается приблизительно одна из тысячи. Но, пожалуй, самым крупным российским делом для Европейского суда за последние несколько лет станет дело Михаила Ходорковского.

Страсбург — не панацея

Россия вступила в Совет Европы в 1994 году и, соответственно, приняла правила Европейской конвенции о правах человека. Граждане России не сразу оценили преимущество обращений в международную судейскую инстанцию.

Сначала прошла буря исков к действиям федеральных сил в Чечне, потом на некоторое время число подающих иски сократилось примерно до 2 тысяч человек в год. Однако в 2002 году ЕСПЧ вынес два знаковых решения в пользу чернобыльского пенсионера Анатолия Бурдова и бывшего заключенного из Магадана Валерия Калашникова, и Страсбург определенно вошел в моду.

Только за январь 2003-го к рассмотрению было принято 12 жалоб, из них 6 — из Чечни. Среди крупных адвокатов это стало своеобразным хорошим тоном — если ты отвергнут российской Фемидой, то непременно обращайся в Страсбург, где обязательно восстановят справедливость. Между тем обращение в ЕСПЧ — не панацея. Из 6 тысяч жалоб россиян, ежегодно поступающих в Европейский суд, к рассмотрению принимается приблизительно одна из тысячи. Пожалуй, самым крупным делом, которому предстоит рассматриваться в Европейском суде за последние несколько лет, станет дело Михаила Ходорковского. Сложно сказать, какое решение примет суд и как будут действовать российские представители закона, если ЕСПЧ признает обвинения против Ходорковского несостоятельными. Однако даже если Ходорковского оправдают, он не станет первым российским олигархом, победившим государство в Евросуде, — год назад пальму первенства захватил Владимир Гусинский, который отсудил у России 88 тыс. евро в качестве компенсации за арест в 2000 году.

Вместо пола — дверь, сорванная с петель

Проблема ветхого жилья в Черемхово решается с большим трудом, если не сказать, что не решается вовсе. Наверное, лучшее решение — снести все и построить новые дома, но это — из области фантастики. В Черемхово нет ни работы, ни денег, а люди вот еще остались.

На улице Трудовые Резервы дела обстоят не лучше, чем на Селянской, где живет Виктор Вырупаев. В семье Евгения Бабаева трое детей — все школьники. Даже в летний прохладный день дышать в квартире нечем: в воздухе висит пыль, сыро и пахнет затхлостью.

— Цветы в нашем доме не распускаются, сразу умирают, — говорит четвероклассница Алена. — В туалет страшно ходить, там крысы бегают.

Бабаевы показывают, как выживают в таких условиях. Возле детской кроватки забаррикадирована огромная дыра, через которую можно наблюдать, что происходит на улице. В дыру напиханы тряпки, прикрыта она дощечкой. И такой "способ прикрытия" по всей квартире. Весь дом как будто связан нитками. В коридорах полов нет в принципе — люди ходят по дверям, сорванным с петель.

— Надоело жаловаться: все бесполезно, — говорит Евгений Бабаев. — Тут еще и наркоманы шастают по второму этажу, разбирают дом по доскам. Я за дверью держу топор, так надежней.

Как гимнасты, поднимаемся на второй этаж: если промахнешься мимо надежной ступеньки, то полетишь вниз. Как видно, в разрушенных комнатах черемховская молодежь устраивает гулянки. Под ногами валяются шприцы, кругом пустые пластиковые бутылки от дешевого пива.

— Жителей нашего дома замучили блохи, — жалуется Татьяна Аркадьевна Евсина. — Я переехала из одной комнаты в другую — спасалась от крыс. Кругом была настоящая крысиная свадьба! Теперь новая напасть — блохи. Вот держу постоянно рядом с собой дихлофос.

"Нам бы хоть щенков спасти"

Казалось, что жить хуже, чем на улице Трудовые Резервы, нельзя. Но возле черемховского вокзала мы увидели семью, которая и вовсе живет на улице. На болоте возле свалки пятеро членов семьи Поповых спят в картонных коробках. Говорят, что их выгнали из квартиры за неуплату. Мужики пьют, женщины на костре варят картошку. Посередине лагеря — почетное место: здесь спят щенки. Собака Поповых Жучка ощенилась и злобно защищает своих детей от непрошеных посетителей. Люди как могут их охраняют, жалеют щенят, подкармливают. Именно здесь понимаешь, что, если не будешь отстаивать свое законное и многократно провозглашенное право на жизнь, окажешься на свалке. И еще будешь рад, если найдешь помойку поближе. Ведь разница между жилищными условиями Жучки и ее хозяев небольшая, а жизнь, можно сказать, одинаковая — собачья.

"Чудовищные" дети все так же попрошайничают

Именно на улице Трудовые Резервы живут давние знакомые нашего еженедельника — семья Ирины Шериной, которую читатели "Пятницы" помнят по прошлогодней публикации "Многодетное чудовище". Напомним эту историю: мать девяти детей жила за счет помощи государства (в размере 12 тысяч), но не тратила на детей ни копейки, только на саму себя.

— Ирину Шерину лишили родительских прав, — рассказывает Елена Иванова, инспектор ОДН Черемховского ГОВД. — В настоящее время четверо ее детей находятся в детском приюте в Шелехове. Старший учится в Иркутске в лицее. А трое младших все так же находятся с матерью. Возможно, в скором времени их также определят в детские дома.

Черемховцы рассказывают, что в последнее время младшие дети Шериной попрошайничают на улице или поют в электричках. Сама Ирина была вынуждена переехать из прежней квартиры в двухэтажный барак по улице Трудовые Резервы. Здания по этой улице находятся в аварийном состоянии. Здесь селятся те, кому уже нечего терять, — хуже жилья не найдешь даже в Черемхово.



Метки:
baikalpress_id:  3 583