Под Иркутском уничтожают коноплю

— Вот она, родимая, — произносит главный агроном Иркутской станции защиты растений, сворачивая на конопляное поле. Правда, приехали мы сюда не затем, чтобы ее собирать и делать из нее "молочко", "масло", "кашу" или "ириски", а чтобы уничтожать. Впервые за всю историю сельского хозяйства Иркутской области.

Уничтожить коноплю за три года

Любителям покурить балдежной травки прекрасно известны поля под Карлуком и Марково. Они сплошь заросли коноплей, после того как их перестали обрабатывать и засевать. Дурманящий сорняк каждый год цветет буйным цветом, и из-за него у иркутских наркоманов полна голова кайфа. Для администраций поселков и сотрудников Иркутского РОВД это головная боль. Каждый год им приходится гонять охотников за бесплатным кайфом и ограждать собственных жителей от опасного соблазна.

И вот наконец власть имущие решили коноплю изжить. Для этого нынешним летом выделено аж 600 тысяч рублей (хотя этого, конечно, мало) для обработки гербицидными препаратами полей под Марково и Карлуком. Программа рассчитана на трехлетний период. В этом году предполагается "продезинфицировать" 8000 гектаров.

Как так получилось

Весной мы рассказывали читателям "Пятницы" о карлукской конопляной пашне. Все местные жители знают об огромном количестве травы, что растет прямо у дома, и давно привыкли к тому, что соседи курят ее, как табак. Городские наркоманы регулярно совершают налеты на местные поля, а за ними следом идут сыщики из отдела по борьбе с незаконным оборотом наркотиков.

Как рассказала заместитель главы администрации Карлука Вера Седых, коноплей всегда баловались и свои, и городские еще в 70-х годах. Только тогда ее было куда меньше. А после развала предприятия поля забросили, и тогда ничто не смогло остановить это природное буйство. Природа активно помогала. И люди тоже. Почва несколько лет уже не обрабатывается, не пашется, конопля не уничтожается и растет.

Экипаж отдела по борьбе с незаконным оборотом наркотиков раз в неделю регулярно отлавливает на полях желающих пособирать дурманящее средство. Пойманных доставляют в администрацию села, где ими занимается местный участковый. В Карлуке это женщина. Здесь составляется протокол и передается в суд.

С начала года в суд Иркутского района поступило уже больше 50 таких дел. Обычно в таких случаях назначают небольшой условный срок. Таким наказанием, конечно, не испугаешь. Для многих пойти сорвать конопли и покурить не кажется преступлением. Природа сама помогает людям так думать. А власть, в свою очередь, помогает природе своим бездействием.

Уничтожать поля было некому и не на что

Суды после рассмотрения очередного дела отписывают в администрацию Карлукского округа частные постановления о ликвидации конопляных полей. Но поля, долгое время бывшие бесхозными, после ликвидации сельского предприятия были переданы в ведение администрации Иркутского района. Карлуку они больше не принадлежали. Уничтожать коноплю стало некому и не на что.

Раз-два в неделю, в том числе и зимой, милиция наезжает на поля Карлука, чтобы поохотиться на городских добытчиков травы. У них всегда одна машина, в которую они берут карлукского участкового и едут собирать свой урожай — человеческий. Кабинет участкового в такие дни набивается до отказа.

Наркоманы, как правило, закатывают настоящие истерики, притворяются умалишенными, ничего не понимающими. Участковый буквально стонет от их дикого количества. Да и от самой ловли тоже. Ведь они машину с милицией не дожидаются — делают ноги.

Часто ситуация доходит до высшей степени комичности. Летом иркутские наркоманы, чтобы не тащить коноплю в город охапками, раздеваются догола и принимаются оголтело носиться по полю, потея и собирая на себя конопляную пыльцу. Потом дома им остается только счистить ее с себя ножичком и использовать. Правда, конопля на поле достигает более двух метров в высоту, поэтому, чтобы допрыгнуть до цветков, надо постараться.

Первый опыт

— Дикорастущая конопля растет как сорняк, — говорит главный агроном Иркутской станции защиты растений Владимир Верницкий, — легко и быстро. Сегодня мы совершим третий выезд на поле для обработки конопли гербицидом. Гербициды бывают разного типа — одни уничтожают все, другие щадят злаки. На тех полях, где мы ее изживаем, больше ничего нет. Самое сложное — проехать там. Поля давно не паханы, все в ямах, наша машина, распыляющая препарат, регулярно проваливается, а у водителей голова кругом идет от туч конопляной пыльцы.

— Раньше они с этим не сталкивались?

— Конечно, это впервые. Водители облачаются в форму и респираторы, чтобы не надышаться пыльцы. Проблема усложняется тем, что конопля сейчас очень высокая, и ребята ничего не видят. Одному приходится залезать в кузов машины и оттуда командовать.

Агрономы не знают, когда созревает конопля

На поле работает специально оборудованный уазик. В его кузове установлена большая цистерна с недвусмысленными костями и черепом на корпусе. Водители собирают опрыскиватель — длинный кран с форсунками, из которых польется гербицид. При этом не обходится без русской смекалки — проволоки, натянутой специально, чтобы пригибать коноплю, иначе она будет торчать выше форсунок.

Первые два дня вместе с бригадой опрыскивателей приезжали сотрудники Госнаркоконтроля. На всякий случай — прикрыть коллег от возможных защитников, которые могут под дурью "запретить" агрономам распылять гербицид. Сегодня, в пятницу, их нет. Да и поле пустое.

— Возможно, конопля сейчас незрелая, — говорит Владимир Верницкий, — мы в ней не специалисты, это надо у наркоманов спрашивать.

— Кажется, мы поздновато приехали. Она слишком высокая.

— Да, пораньше бы надо. Низкую было бы удобнее. А сейчас водители замучаются с ней. Позавчера мучились, сейчас вот снова.

Несколько часов машина с ядом ползала по полю. Временами за высоченными зарослями ее не было видно. Мелькала только фирменная кепка водителя Виктора, который регулярно наклонялся к кабине и подсказывал, куда ехать. На поле видно, что после первой обработки кое-где машина оставила зеленые островки неуничтоженной конопли — не смогла проехать. Тем не менее это нужно сделать — Госнарконтроль будет проверять работу и не примет ее, если что-нибудь останется. К сожалению, воспользоваться услугами дельтапланеристов агрономы не смогли — те ломят слишком высокие цены за перелет и опрыскивание. Поэтому людям приходится дышать пыльцой конопли, а если неудачно подует ветер — испарениями гербицида.

— Однако ребята поработали хорошо, — подытоживает Владимир Верницкий, — несмотря на прошедший после первой обработки дождь, конопля загнулась. Наша задача — уничтожить ее всю. Для этого точно рассчитан запас гербицида.

Уже смеркалось, когда я уехал с поля. А машина с гербицидом все еще упорно ползала по нему, заливая любимое зелье хиппи ядом. Насколько это важное дело — судить политикам. И наркоманам. Многие до сих пор считают, что в конопле нет ничего страшного: мол, не вызывает привыкания и не такая сильная, как героин или кокаин. Утверждают, что уничтожение таких "безопасных" наркотиков — больше политика, чем охрана здоровья. Во всяком случае, после обработки полей у иркутских торговцев героином уже не будет конкурента в лице щедрой природы.

Метки:
baikalpress_id:  3 422