Такая вот в стране порнуха

Моя подруга Ира сделала карьеру в порно. Ира не актриса и не порнодива, она, как и я, трудится в средствах массовой информации. Только Ира не иркутский журналист, она верстальщик* в Санкт-Петербурге. Раньше она верстала нормальную черно-белую газету, а месяц назад ее повысили и перевели в глянцевое порноиздание. Теперь ее муж жалуется на то, что с Ирой невозможно ни о чем разговаривать, — она настолько поглощена работой, что постоянно рассказывает ему, каких шикарных девок и в каких позах она поставила.

Порно для бедных

С Ирой всегда было интересно, а теперь в компаниях все внимание обращено только к ней. Когда она с невинным выражением лица произносит: "А я теперь работаю в порноиздании..." — мужчины смотрят на нее с любопытством и дружеским участием. Такое ощущение, что Ирка теперь свой парень, с которым не грех обменяться адресочком порносайта и обсудить наиболее приглянувшихся красоток с силиконовыми грудями. Точно так же Иркино заявление о смене профиля работы действует на женскую аудиторию. Первым делом девчонки обычно спрашивают: "Ну и как тебе?" Ира вошла в роль настолько, что с равнодушным видом отвечает: "Ну, как? Поначалу было трудно, потому что я все время возбуждалась, а теперь привыкла".

Детская непосредственность

Профессиональные интересы Иры зашли в такие дебри порноиндустрии, что она, нимало не смущаясь, спрашивает в секс-шопах разные издания и листает их с видом знатока. Иногда вслух рассуждает о том, плохо или хорошо обработаны фотографии. Однажды я застала ее и нашего общего знакомого за диспутом на тему, насколько возбуждающе действуют на мужчин некоторые части женского тела. Ира внимательно слушала собеседника, оспаривающего привлекательность некоторых мест, и кивала, а когда он закончил, резюмировала: "Я тоже так думаю, надо будет сказать фоторедактору".

Дома и на работе

Ира разговаривает о "своих" моделях с мужем. Первую неделю он был воодушевлен, а потом как-то сник. Потому что понял, что область его плотских интересов несколько расходится с профессиональными Иркиными. На работе Ира теперь примерно так разговаривает с редактором: "Дима, тебе оргия понравилась?" Дима отвечает Ире: "Да, только там голая... была, а ты ее прикрыла. Верни назад, пусть будет". Ира снова спрашивает: "А лесбиянок видел в баре?" Дима отвечает: "Да, это просто шедевр, я полдня от восторга визжал!"

Все потому, что люди, которые делают подобные издания, тоже могут относиться к работе творчески и получать от нее удовольствие. Впрочем, как и читатели, которые ждут выхода очередного номера с нетерпением. Можете смеяться, но Ирка утверждает, что к ним письма приходят мешками, причем многие с фотографиями.

"Фотки разные, — рассказывает Ирка. — Бывают нормальные такие мужики, на дачном участке, чуть не с лопатой в руках, а в письме пишут, что ищут активного партнера. Или несколько голых толстых стареющих теток на диване на фоне каких-то затрапезных штор в типовой квартире. Пишут, что ждут в своем Тьмутараканске партнеров для группового секса. Еще присылают фотографии половых органов в полный рост, а совсем извращенцы шлют изображения полового акта".

На плохой бумаге не смотрится

Ира не любит брать в руки готовый журнал. Для нее процесс создания порноиздания существует только на рабочем компьютере — там настоящий цвет. То, что уходит в типографию, совсем не похоже на то, что из нее возвращается. Ира переживает, когда просит результаты своего труда в киоске: "Черт! Зачем они столько адженты налили! Ну ведь была нормальная, шикарная девка!" — громко возмущается она и не замечает, что в этот момент продавщица с интересом поглядывает на знатока порнухи из окошечка.

После этого эпизода мы пьем кофе, и Ирка грустно резюмирует, что в нашей стране даже нормального порножурнала сделать нельзя. Потому что красивые девушки с пышными телами на серой бумаге и с плохой цветокоррекцией могут порадовать разве что подростка из Урюпинска. Поэтому ждут этот журнал и пишут им письма бедные люди, которым не секс нужен.

"А что?" — спрашиваю я. "Всем любви хочется", — отвечает она.

Двойная мораль отчественной порноиндустрии

Ангелина, еще одна моя подруга-журналистка, почти год трудится в похожем издании. Она называет себя порномагнатом и иногда говорит: "Вот мы с Ларри Флинтом**". У Ангелины другая работа — она главный редактор глянцевого журнала, в котором практически нет текстов. Зато есть все предложения порноиндустрии Москвы и Санкт-Петербурга. Бумага красивая, и цвет совсем не тот, что у Иркиного издания. Печатают журнал в Финляндии и продают запечатанным в целлофановый пакет. Стоит он на 20 рублей дороже порножурнала для бедных. Хотя его-то как раз порнографическим ну никак не назовешь. Здесь нет половых органов, все целомудренно — хорошие фотографии обнаженных красивых девушек. И номера телефонов.

Сначала Ангелина радовалась — зарплата хорошая, мозгой шевелить не нужно, из текстов — анекдоты и тесты из Интернета. В общем, работа не бей лежачего. Но уже через месяц подруга затосковала. "Знаешь, я теперь на улице красивую девушку когда вижу, думаю: неужели она такая же, как те, что рекламируют себя в моем журнале? — говорит она мне. — Или в лифте на работу поднимаюсь, а рядом красотка такая стоит, так я даже пальцы скрещиваю: неужели к нам, рекламу давать?"

Стыдно за работу

Внешне все невинно — журнал, где собраны объявления с фотографиями девушек, желающих познакомиться и удовлетворить любителей группового, орального, анального и прочего секса. Есть даже родственники — мамы с дочками. На фото они улыбаются. Есть, правда, лица, которые размыты или закрыты черными плашками. "Это значит, что у них родители живут в этом городе", — объяснил мне знакомый фотограф, который, как оказалось, частенько халтурит, снимая девиц по заказу. Сначала он смущался и не хотел говорить со мной на эту тему, но, когда я сказала ему, что в моем окружении в порноизданиях работает несколько человек, расслабился.

В редакции, где работает Ангелина, нет увлеченных работой. Здесь все поставлено на поток — хорошие, настоящие фотографии, не стянутые из Интернета, настоящие номера телефонов и настоящие адреса. Единственное ненастоящее — имена девушек и главного редактора. "Зачем мне это нужно? — объясняет Ангелина. — Я и в трудовую запись вносить не хочу. Посижу еще годик и пойду куда-нибудь работать, а то мозг высыхает".

Для бедных и побогаче

Пожалуй, самое интересное происходит, когда Ангелина встречается с Ирой в общей компании. Они подмигивают друг другу и не сговариваясь лезут в сумки — там у одной из них обязательно лежит какой-нибудь журнал из их сферы. Слушать их забавно. "А как у вас согласование с комиссией происходит?" "А кто у вас фотки обрабатывает?" "А вы чем ... прикрываете — бананами или кошачьими лапками?" Потом мы вместе с ними хохочем над письмом жителя какой-то деревни в Нижегородской области, которое начинается словами: "Я необычный человек, я трансвестит..."

Они работают в разных изданиях: одно для бедных, другое — как часть полноценной и развитой порноиндустрии, но поговорить об этом всегда интересно и весело. Стыдно только за то, что для комиссии, куда подобные СМИ приносят готовую продукцию, верстают другие версии журналов, поприличнее. Они ненастоящие и существуют в одном, демонстрационном варианте — в них вместо голых девок ставят фотографии девушек "в шубах", откровенные тексты становятся эротическими. И милиционер из комиссии ставит штамп, допускающий журнал к продаже. В киосках же, в открытом доступе, продается тот самый неприличный тираж. И для милиционера это не секрет, а лишние 200 баксов ежемесячно. Такая вот у нас в стране порнуха, граждане!

*Верстальщик — сотрудник печатного издания, создающий при помощи компьютерных программ журнальную или газетную страницу из текстов, картинок, фотографий и т.д.

**Американский издатель Ларри Флинт — личность скандальная. Настолько, насколько были в свое время скандальны Хью Хефнер ("Плейбой" ) и Боб Гуччионе ("Пентхаус"). Он пришел со своим журналом Hustler на рынок эротических изданий поздно и тем не менее почти сразу попал в тройку великих. Не только потому, что его журнал первым напечатал фотографии обнаженной Жаклин Кеннеди-Онассис, но и потому, что он срывал простыни и прочие покрывала с неприглядных фактов жизни современной Америки. Флинт выиграл жесткий судебный процесс против своего журнала, создав прецедент — в свободной стране можно отстаивать свободу любого слова. Всемирно известным как личность он, конечно, стал после того, как Милош Форман снял выдающийся по политическому и человеческому звучанию фильм "Народ против Ларри Флинта".

Метки:
baikalpress_id:  27 680
Загрузка...