Письма читателей "Пятницы"

Это нужно не мертвым...
От редакции. "Пятница" не раз публиковала материалы, так или иначе связанные с проблемами кладбищ. Это письмо обнажает сезонные проблемы Марковского кладбища.
Наступила весна, и таяние снега неизбежно. Что делать с могилами, которые топит и размывает талыми водами? Все решается просто, если есть хозяин. Можно просто привезти две-три (а то и больше) машины щебенки для отсыпки болота, оврага, склона — всего, что там течет. За чей счет? Без разницы. А хотя бы и за счет Иркутска, там находятся его бывшие налогоплательщики. Власти сумели сдать покойников в аренду на 15—20 лет, выручили за их места деньги, отсыпьте, пожалуйста, склоны, чтобы могилы не затопило.
Без подписи, Иркутск

Обложили нас со всех сторон
От редакции. Больше всех от экспериментов власти страдают пожилые люди. Именно у них нет никакой уверенности, стабильности. Кто-то смиренно стоит в очередях, кто-то протестует и озлобляется, кто-то ищет гармонию в семье. Автор этого письма с горечью констатирует факты.
Мы, старое поколение, не избалованы всякими поблажками и льготами, чего с нами только не делали. Облигации 3-процентного займа пропали. Деньги меняли, вклады замораживали, а мы все молчим, ходим, обиваем пороги в бывших своих организациях, денег на операции просим. Это очень унизительно, но судьбу не выбирают.
Но то, что делают с нами, стариками, сейчас, просто уму непостижимо: сбережения выдают частями — ладно, торчим в сберкассах по несколько часов — к очередям привычны. Так ведь теперь лезут еще прямо в карман, закон об обязательном гражданском страховании, лучшего ограбления не придумаешь, имея свою автомашину "Победа" 50 лет. Она для нас была беда и выручка. Теперь, для того чтобы свозить свою жену в больницу, пешком она не дойдет, и 20—25 раз съездить в садоводство за лето, я должен заплатить 1500 рублей. Машина послевоенная, расход бензина велик, тоже надо 1400 рублей. Это еще не все, живем в собственном доме, воду возим на тележке за километр, на зиму нужно 2—3 машины дров, по 2000 рублей за машину. Пока молодыми были, телефон меньше был нужен, теперь позарез необходим, подключиться-провести стоит 16 тысяч рублей.
Осенью, реализовав излишки с огорода на рынке, за место 60 рублей, за парковку машины 9 рублей, в час на сотню продашь и тут же ее отдашь поборникам. Где брать деньги на налоги пенсионерам, об этом власти не думают. Тянуть с детей — так у них свои проблемы, учить детей нужно, за институт 50 тыс. рублей, а у них их по двое. А сами — рядовые люди с высшим образованием, заработной платой 5—6 тыс. рублей.
Вот такие наши дела, обложены, как волки флажками.
Юцис Виталий, пенсионер, Иркутск

"Мы свои льготы заслужили"
От редакции. В начале 2005 года, когда все были просто ошарашены свалившейся монетизацией, в редакцию стали поступать письма с мнениями читателей "Пятницы". Мы опубликовали два письма анонимного автора из Иркутска о заслуженных и незаслуженных льготниках. Недавно мы получили письмо из Братска. Позиция братчан изложена четко и ясно, с яркими жизненными примерами.
Уважаемый автор писем "За что ветеранам труда льготы" и "Ветеранов труда по стажу упразднить", вы уж подписывайтесь своей фамилией. Народ должен знать своих "героев". Ваши принципы, мягко говоря, неэтичны. Я уважаю тружеников тыла, но я не брошу клич "отдайте мои льготы труженикам тыла". Почему вы за меня это решаете? А если бы у вас были льготы, вы бы подобный шаг сделали в пользу тружеников тыла? Если вы заслужили льготы и их вам не дали, добивайтесь более достойным путем.
Иркутск и Братск не два сапога пара. Мы пенсии и льготы зарабатывали в разных условиях. Вы — в мегаполисном благоустроенном городе, мы — на пустом таежном месте. Если бы вы в 1955—1957 годах приехали на строительство Братской ГЭС, вы бы много узнали. Узнали, что такое в 25—50-градусные морозы жить в палатках, перегородившись от другой семьи шторкой. Как продежурить ночь истопником в палатке, а утром в холодной будке ехать на работу. Я до сих пор помню эти будки с надписью "Люди". Спасибо, что не "скот".
Наш тогдашний главный инженер Гиндин, Герой Социалистического Труда, говорил: "Я не градостроитель. Я — гидростроитель". Обустройство людей чиновников не волновало. Им важнее было сдать досрочно с минимальными затратами самую величайшую в мире гидроэлектростанцию. И сдали досрочно, экономя на нас.
После сдачи БГЭС начали строить Братск. В 36 лет я получила однокомнатную секцию. В 42 года — двухкомнатную. А в 56 лет — 3-комнатную. А таких, как я, основная масса. Мы пережили и холод, и голод, и стесненные условия, и гигиенические неудобства, и мошку покормили вдоволь. Мы подарили стране город. Много сделали не только для своего города и всей страны, но и для вас, иркутян. И все это без правительственных наград. Это наши ребята через непроходимую тайгу, зимой замерзая, летом отмахиваясь от мошки, тянули линию ЛЭП-500 Братск — Иркутск. Знаете такую? Кстати, я тоже к ней причастна. Я варила опоры ЛЭП-500.
Уважаемый автор, имеете ли вы моральное право расставлять приоритеты при распределении льгот? И в вашей ли это компетенции? Займитесь делом своего уровня. Не провоцируйте народ на новые митинги, причем в такой переломный период, как монетизация льгот.
С уважением, Недвига Людмила Григорьевна и еще 29 ветеранов труда Братска

Кто травит собак?
От редакции. Летом прошлого года "Пятница" писала об отравлениях животных в районе улицы Волжской. И вот опять в нашей почте письмо с подобной историей. Автор письма провел расследование, выводы пугают своей простотой.
В тот день глава семьи, как обычно, отпустив Кери с поводка, пошел с ним прогуляться во дворе своего дома по улице Декабрьских Событий. Вернулись домой и сразу заметили, что собака еле стоит на ногах. В течение часа у нее начались судороги, рвота и пена изо рта. Хозяева сразу отнесли Кери в ветеринарную поликлинику, которая находится недалеко от дома. Немедленно проведенные врачом Ларисой Борисовной Щербаковой реанимационные мероприятия собаку не спасли. Домочадцы, в том числе и маленький сын Степа, очень тяжело пережили потерю, мальчик долго плакал, не спал две ночи.
Врач Иркутской городской станции по борьбе с болезнями животных Щербакова Лариса Борисовна сообщила, что это уже не первая собака, которая умерла с таким же диагнозом. Только за март в этой поликлинике умерло семь собак, и все они жили в районе улицы Декабрьских Событий. Я обратилась в спецавтохозяйство узнать, не травили ли они в этой местности бездомных собак. Начальник хозяйственной части Длинная Людмила Викторовна заявила, что эта организация уже очень долгое время подобным не занимается. То же самое мы услышали и в домоуправлении.
Ветеринары не знают, что это за яд, так как никто из пострадавших не обращался в лабораторию, это очень дорогой анализ. Врачи считают, что это целенаправленная акция вредительства, направленная против животных. Пожилые жители этого района рассказали, что некоторое время назад во дворе видели разбросанные котлеты. Видимо, они и явились причиной отравления животных. Ведь помимо семи домашних собак травились и бездомные собаки, кошки и птицы.
Проведя несложные исследования, я сделала вывод, что этим ядом вполне мог быть альфанафтилтиомочевин, в простонародье — крысид. Это новый вид яда. Его можно купить в любом хозяйственном магазине, порошок не имеет ни вкуса, ни запаха, и его можно смешать с любой едой. А купить подобные яды можно без проблем, продают всем желающим, бери — не хочу. Страшно даже развивать эту мысль дальше.
Тела тех животных, у которых нет хозяев и их некому похоронить, так и остаются лежать на улицах, детских площадках, во дворах и начинают разлагаться. Это совсем не улучшает эпидемиологическую обстановку города.
Хочется верить, что люди будут терпимее друг к другу и к братьям нашим меньшим, ведь мы в ответе за тех, кого приручили.
Колотыгина Надежда, Иркутск

Иллюзия счастья
От редакции. Автор этого письма — постоянная читательница "Пятницы". Мы всегда с нетерпением ждем от Л.З. писем с размышлениями и откровениями.
Когда мне бывает плохо, я вызываю в памяти такую картинку. Яркая солнечная полянка на небольшой горке в глубине леса. Воздух такой густой и нагретый, что кажется, что его можно раздвигать руками, слегка горчит от растопленной хвойной смолы. Трещат цикады. Такая нега, которая бывает только в июле. Мысли тяжелые и тягучие. Вообще не хочется ни о чем думать. Еще не знаешь, что будет дальше, еще живые и здоровые родители. Уже поступила в институт и определилась, чем буду заниматься в жизни. Просто я наслаждаюсь покоем и безмятежностью. И мне становится лучше, но с годами все труднее оживлять это воспоминание, оно стало окутано дымкой и слегка поблекли краски. Надо будет летом сходить в лес, но "в одну и ту же воду нельзя войти дважды". Это будет уже другое, новое. Но я попробую.
Л.З.

Загрузка...