С пакетом по жизни

Пакет в руке означает человечность и добрый нрав. Девушки, которые носят маленькую сумочку на плече и пакет с конспектами в руке, выйдут замуж, безусловно, скорее, чем те, кто все кладет в одну огромную торбу. Когда мою квартиру ремонтировали два симпатичных белоруса без регистрации, которых то и дело останавливали жадные милиционеры, я посоветовала каждому всегда носить с собой потертый пакет с батоном. Поборы немедленно прекратились. Пакет в руке успокаивает; другое дело — пакет, от руки оторвавшийся, бесхозный, забытый под лавкой. Он теперь внушает тревогу — как, впрочем, и человек без пакета.

Модные штуки
Некоторые из нас еще помнят, как в семидесятые годы его неправильно, но упорно называли целлофановым пакетом. Нарядное слово "целлофан" казалось подходящим для упаковки вообще, а то обстоятельство, что в целлофан обычно заворачивают цветы, намекало, что внутри, видимо, что-то прелестное (хотя на самом деле внутри болталось полкило свеклы).
Пластик символизировал прогресс и западность, а также социальную контрацепцию, делающую вас непроницаемым для роковых выделений той же свеклы или, хуже, свиного фарша. Авоськи вымерли. Пакеты с фирменным логотипом (пустые) получали от родственников из-за границы, они считались модным аксессуаром, их берегли и дарили девушкам.
Потом появились кооперативные пакеты "Мальборо" с облезающей краской, потом легальные, с оригинальным слоганом "С Новым годом!", потом опять поддельные, только лучше, и, как ни странно, они по-прежнему являются частью нашего пейзажа.
Три четверти пассажиров (и особенно пассажирок) общественного транспорта держат на коленях пакеты — потертые или новые. В длинном списке под названием "Вы слишком давно живете в России, если...", предназначенном для американцев, есть и позиция "...вы всегда носите с собой пластиковый пакет".
Вещь бесконечного использования
У нас реализуется то, о чем вот уже лет двадцать умоляют человечество экологи: многократная эксплуатация неразлагающегося предмета. Каждый год эти ужасные куски пластика губят сто тысяч животных, включая бестолковых индийских коров, которые жуют их вместо цветов. В Бангладеш они официально запрещены, так как стали причиной наводнений, забив дренажную систему. В некоторых странах пакеты уже небесплатны и облагаются фактически экологическим налогом в 10 евроцентов. Пакет пытаются превратить в товар, тогда как его уже привыкли воспринимать как бесплатную услугу.
Обратим, кстати, внимание на принятый у нас термин "пакет". Некоторые предпочитают выражение "пластиковый мешок", но это не то же самое. Белый куль из супермаркета, похожий на растянувшуюся майку (во всем мире эта модель доминирует, но у нас она появилась сравнительно недавно), воспринимается как нечто бесформенное, как чистая, пассивная полость. Некоторые мужчины видят в нем что-то женское и носить его не желают. Но далеко его носить и не надо — от ближайшего магазина до дома. Свеклу нет никакой необходимости везти через весь город.
Вам пакет
Пакет — плоский и аккуратный, как документ, — совсем иное дело. Само название настраивает на интеллигентный лад. Носитель пакета — важный посланник, звено в коммуникации: пакет должен быть доставлен по назначению и лишь потом вскрыт. Неся пакет, вы выступаете курьером своего собственного груза. Это профессионально и по-мужски. Вот пакеты-то у нас и продают, продают по отдельности, что, кстати, уникальная практика (за границей получить пакет, ничего не купив, так же нелегально, как воспользоваться туалетом в ресторане, не заказав ничего).
Пакет должен был бы однозначно ассоциироваться с покупкой, но у нас это не так: два процесса разведены. Мы покупаем бутылку водки и суем ее в дамский ридикюль (чтобы не разбилась), а в пакете несем... Что же, в самом деле, лежит в этих бесконечных пакетах?
Гулливер во время одного из своих путешествий набрел на страну Бальнибарби, где были полностью упразднены слова (ведь для того, чтобы говорить, надо открывать рот, а это вредно для здоровья), а для удобства было предложено носить с собой узлы с разными вещами, чтобы их доставать и показывать в случае нужды что-нибудь назвать. Ведь всякое слово есть лишь обозначение предмета, так не проще ли показать сам предмет?
Мир сейчас идет к чему-то противоположному: в путешествие можно вообще не брать с собой ничего, а в нужный момент просто назвать вещь (и достать кредитную карточку). Но в наших пакетах, я подозреваю, лежат бальнибарбийские предметы — не товары, не слова. Их волокут издалека, чтобы показать, или подарить, или примерить, или вместе съесть. Чтобы поговорить, чтобы вступить в отношения.

Метки:
Загрузка...