На каяке за адреналином

Сейчас каяк, наверное, один из самых зрелищных и красивых видов экстремального водного спорта. Здесь остаешься в полном смысле слова один на один со стихией. И даже самые бывалые каякеры не могут сдержать свой восторг от того неимоверного кайфа, который получает спортсмен, преодолевая ревущие пороги и сумасшедшую, кипящую пену водопадов. Ловкость спортсмена против острых камней, тренировка против бешеного течения, инженерная мысль конструкторов каяка против необузданной природы. Это по-настоящему красиво. Это восхищает, это завораживает. Это — искусство настоящих мужчин.

Для того чтобы наши читатели побольше узнали об этом экзотическом пока виде спорта, мы встретились с опытным водником, инструктором, гидом-проводником Федерального агентства по физкультуре, спорту и туризму ангарчанином Владимиром Красильниковым.
Начало начал
В первый раз опыт сплава Владимир Красильников приобрел в 1980 году, когда учился в восьмом классе. Мальчишки сколотили скобами небольшой плот и попробовали сплавиться по Китою от нового моста. Плот развалился через сто метров, пацаны едва сумели выбраться на берег.
С тех пор команда стала колотить плоты. Первый серьезный сплав по Китою от Аршана до Октябрьского показал, что у команды не было необходимой подготовки — на коротком маршруте ребята тонули, теряли продукты и топили вещи. Все закончилось хорошо, но Красильникова это, как говорится, зацепило — понял, что надо учиться. Вскоре Владимир стал членом туристического клуба "Ермак". Занялся рафтингом, ходил по Утулику, Снежной, Харамурину. Самый сложный маршрут, в котором участвовал — маршрут шестой, высшей категории сложности, в верховьях Китоя. Набрался опыта и к концу 90-х отчетливо понял: нужно покупать каяк.
Торнадо
Как оказалось, выбор каяка — дело тонкое. Помог Интернет. Опытные спортсмены подсказали, что выбор зависит не только от цены и даже не от цели, для которой ты покупаешь каяк, но и от веса, от роста спортсмена и даже от размера ноги! Наконец, в 2002 году нужный каяк (Prijon Tornado, вес около двадцати килограммов, водоизмещение 340 литров) был найден в Москве. После того как Владимир стал его владельцем, ему пришлось учиться заново. На этот раз учить его было некому, каяк для Ангарска — новинка. Все пришлось постигать самостоятельно, по книгам Валентина Юрина. В этом случае мог бы пригодиться опыт хождения на байдарке, но, к сожалению, такого опыта у Владимира не было.
Неожиданной особенностью каяка оказалось то, что центр тяжести находился выше ватерлинии.
— На нем очень сложно плыть по спокойной воде, теоретически он должен, просто обязан постоянно переворачиваться. Помогает то, что ты как бы опираешься о воду веслом и за счет этого сохраняешь равновесие. Настоящая стихия каяка — это пена горных порогов и водопадов. Когда сидишь по пояс в пене, центр тяжести как бы понижается, и каяк приобретает устойчивость.
Между прочим, одной из причин, по которой, как считает Владимир, каякеров так мало — этот вид спорта предполагает сопровождение. То есть рядом со спортсменом всегда идет большой катамаран, на котором и везут еду, котелки, вещи и палатки со спальниками. Целью Красильникова стало развеять это предубеждение против каяка, доказать, что на каяке можно путешествовать.
В первый раз — в пятый класс
Первый поход, маршрут пятой категории сложности, состоялся через два месяца. Владимир на каяке и еще две четверки на катамаранах в августе спустились по Жом-Болоку (район Окинского плато), преодолели водопады, вышли к Оке в районе поселка Орлик и проследовали вниз по реке. Общее впечатление от каяка? Владимир улыбается. "Здорово! Хотя, по большому счету, половину пути я проделал на боку! Восхитительное ощущение — когда ты один, когда тебе никто не мешает. Это кайф!" Не обошлось, впрочем, и без экстрима — порог Бильярд на Жом-Болоке Владимир прошел "лежа", уцелел чудом.
— Этот порог опасен тем, что он мелкий, а скорость воды большая — встать почти невозможно. Русло реки в этом месте проходит по лаве, там нет обкатанных камней — кругом острая, как бритва, порода.
Владимир сразу понял, что каяк может быть полностью автономным судном. Вообще-то в одиночку согласно инструкциям ходить нельзя, но что значат инструкции, если хочется испытать себя? На Жом-Болоке Владимир старался весь груз везти с собой, укладывая его внутрь каяка — вперед и назад. Первый поход длился 17 дней — у группы было много радиальных маршрутов.
В одиночку
Первый одиночный переход совершил летом 2003 года: вся группа пошла через пик Топографов (Тува) на реку Бий-Хем, а Владимир один ушел вниз по реке Сенце до Оки. Этот поход оправдал все ожидания — каяк без проблем нес и седока, и груз на десять дней. Особо впечатлила скорость: на катамаране Сенцу удавалось проходить за три дня. На каяке это заняло всего двенадцать часов.
— Преимущества каяка перед катамараном очевидны, — рассказал Владимир. — Он удивительно маневренный. При сплаве на катамаране на сливе водопадов и порогов существует некий предел, точка отсчета, за которой уже невозможно остановиться и зачалиться — остается только идти вперед и надеяться на Господа Бога и на себя. Обратной дороги после этой точки нет, остановиться невозможно. На каяке же можно, табаня, зависнуть, словно колибри, почти везде — даже над водопадом. Зависнуть, посмотреть, если водопад или порог не понравился, можно причалить к берегу и обнести каяк по суше, если видишь, что пройдешь, — прыгаешь. Катамаран такого не позволяет.
Опасная вода
Река — не место для беспечных. Острые камни, "бочки", ледяная вода, неожиданный паводок — вот далеко не полный список опасностей. Еще сплавляясь на катамаранах, Владимир четко уяснил, что безопасность сплавщика находится только в его руках. Начеку нужно быть всегда. На сплаве при нем всегда с собой нож, герметично упакованные спички и небольшой НЗ — это поможет выжить даже в том случае, если потеряешь судно и все вещи.
Привычка брать с собой эти вещи уже спасала ему если не жизнь, то, по крайней мере, здоровье — как-то случилось ЧП: при оверкиле (перевороте катамарана) экипаж разбросало по берегам, и друзья не знали, где искать Владимира. Пока он ждал товарищей, сумел развести костер, обсушиться и даже перекусить. Конечно, потерять каяк намного сложнее, чем катамаран, — посадка каякера такова, что спортсмен ногами "держит" судно.
Встреча с медведем
Медведей на берегах рек сплавщики видят часто. Самую неожиданную встречу с косолапым Владимир называет забавной и смешной. Это какие же нервы нужно иметь, чтобы так отзываться о встрече со зверем, от одного рыка которого у меня, например, кровь в жилах застывает до температуры абсолютного нуля?
— Это было на Утулике. Решили зачалиться. Смотрим: поворот и камень стоит. За камнем всегда "улово" образуется, на котором катамаран должно развернуть и воткнуть носом в берег. В самый последний момент у меня возникло ощущение, что за камнем кто-то есть. Втыкает нас в берег, а на берегу медведь стоит. Здоровый такой: мы только рты пораскрывали. Медведь тоже опешил. Встал на задние лапы, оперся лапой о камень. Он смотрит на нас, мы на него. Я говорю напарнику: "Саня, табань". Опомнились, стали грести назад. Тут и медведь сообразил что-то и рванул от нас в гору. Мы даже и не знали, что медведи так быстро бегать умеют. Причалить мы осмелились только через полчаса.
Впереди — Тисса?
На самые сложные реки региона Владимир не торопится. Парадокс: у нас много сложных рек, а технику оттачивать негде. Не будешь ведь по сто раз забрасывать каяк на вертолете на одну и ту же реку, верно? До ближайшего порога от Ангарска — четыреста километров. Поэтому Владимир мечтает построить искусственный порог — play spot. Это довольно просто: из бетонных плит делается небольшой слив, и на этом искусственном пороге отрабатываются все элементы техники. Ему хотелось бы открыть школу каякеров, ведь в Ангарске для этого достаточно мест: тренироваться можно было бы на Теплом канале или перегородить Еловку. Интерес к этому виду спортивного туризма постоянно растет.
Этим летом к Владимиру присоединился его друг — спасатель Олег Моргунов. Каяк он хотел давно, помог случай. По Китою сплавлялись какие-то немецкие асы-прорайдеры от фирмы Nike. На специально предоставленных каяках немцы прошли Китой всего за 8 дней и расколотили каяки до трещин. Им было проще продать и оставить их здесь, чем тащить обратно в Европу. Так что теперь Владимир обзавелся единомышленником. Вдвоем они мечтают пройти по Тиссе.

  • На каяке сложно плыть по спокойной воде, теоретически он должен постоянно переворачиваться. Настоящая стихия каяка — это пена горных порогов и водопадов. Когда сидишь по пояс в пене, центр тяжести понижается, и каяк приобретает устойчивость.
  • Безопасность сплавщика находится только в его руках. Начеку нужно быть всегда. На сплаве при нем всегда с собой нож, герметично упакованные спички, и небольшой НЗ — это поможет выжить даже в том случае, если потеряешь судно и все вещи.

    Дорогое занятие
  • Байкал, наверное, одно из немногих мест в России, которое привлекает каякеров своими сложными, стремительными реками, местным колоритом и красотами природы. Сюда стремятся москвичи и питерцы, немцы и поляки. Но несмотря на это, местных каякеров в области очень мало — один каяк в Иркутске и три в Ангарске. Сами каякеры объясняют это прежде всего дороговизной — каяк в сборе стоит больше 1000 долларов. Если учесть, что для занятий необходимо постоянно тратиться на транспорт, которым нужно доставить каяк в точку отправления, а также то, что его можно расколоть на камнях, то сразу становится понятно, почему этот вид спортивного туризма пока не стал популярным.

    Чем лечатся сплавщики — холодно ведь!?
  • Многие горные реки вообще берут начало в ледниках, а значит, температура воды чуть выше нуля градусов. Выдержать такой холод даже в гидрокостюмах дано далеко не каждому.
    — Экспедиция обычно укомплектовывается врачом. В маршрут берется огромная аптечка — от антибиотиков и капель в нос до гипса и обезболивающих. Честное слово, я раньше даже и не знал, что существует столько названий лекарств! Кроме того, от простуды самое верное средство — спирт. На Западе это не приветствуют, хотя всем известно — в малых дозах спирт тонизирует. Пятьдесят граммов вечером помогают продержаться уставшему человеку — поставить палатку, приготовить еду, просушить вещи. Пятьдесят граммов днем — если очень холодно и идет дождь. Конечно, через какое-то время у человека происходит спад активности, но какое-то время продержаться можно.
Метки:
baikalpress_id:  26 843