Каждый день с ледяной водой

Иркутянка Анна Васильевна Земцова за последние пятнадцать лет не выпила ни одной таблетки, ни разу не лежала в больнице, а ведь ей — около шестидесяти, у нее внуки. Все ее лечение — два ведра холодной воды утром и столько же вечером. Встает босыми ногами на снег и выливает ледяную воду себе на голову. Но это не все! Она еще и не ест почти четверо суток в неделю. Грубо говоря, она ест и пьет только во вторник, четверг и воскресенье. "Иногда бывает, что я и в пятницу сорвусь, наемся, — сокрушается Анна Васильевна. — Я ведь такая же, как все. И лень бывает, и холода боюсь. Но как-то пересиливаю себя".

Лишние вещи — выбросить!
Обливаться водой мы (Анна Васильевна привела еще свою подругу Нину) пошли рано утром на берег Ангары.
— Ничего такого, что прилегает к телу, никаких колготок и бюстгальтера не надевай! — поучала меня накануне вечером Анна Васильевна. — Ты просто все это не сумеешь надеть. Представь, что ты вышла из реки мокрая, дует ветер и метет метель. Некогда разбираться с вещами, надо быстро на себя натянуть что-то теплое. На ногах — только валенки, толстое трико или брюки на ватине, футболочка и сверху шерстяная кофта. Одеться необходимо за считанные секунды.
Я постаралась одеться так, как меня учили. Колготки заменила мужниным трико. "Я тоже ношу трикошки сына своего. Хотя он грозится, что приедет и все повыбрасывает, чтобы я не донашивала его старые вещи", — делится по дороге Анна Васильевна. Сын у Анны Васильевны — крутой бизнесмен, и мама, естественно, живет в полном достатке. Но со своими простонародными привычками сладить не может (и не хочет!).
— Со стороны мы смотримся как две бичихи, — подыскав точное слово, смеются женщины.
Это так. Обе они в валенках (я пошла в сапогах, потому что у меня валенок нет), в осенних куртках и в трико. Так действительно ходят только бомжихи. Но моих спутниц это не пугает.
— Я вижу, ты в шапке ходишь, — пожурила меня Анна Васильевна. — Это плохая привычка. Голове тяжело. Раньше, например веке в девятнадцатом, шапки были нужны женщинам. Если ей в карете ехать сорок минут — как же без шапки? Замерзнешь. Ну а мы куда ездим? В маршрутке, в автобусе всегда тепло. Из маршрутки сразу заходишь в теплое помещение, в офис, зачем же шапку носить?..
Анна Васильевна шапок не признает. Пятнадцать лет ходит с непокрытой головой и летом, и зимой.
Научись правильно дышать!
— Встретили мы с подругой как-то по дороге бабушку с козой, она тут часто коз пасет, — говорит Анна Васильевна. — Бабушка на нас набросилась: "Что это вы полтора часа каждый день на глупости тратите?!" А я ей говорю: мы только час потратим на здоровье, зато остальное время дня не думаем о болезнях. А если бы мы этот час для себя пожалели, остальные двадцать три были бы уже не в радость. Что нужно больному человеку? Деньги? Слава? Власть? Любовь? Ему ничего не нужно. Только здоровье...
В сумраке утра (на часах — восемь утра!) мы спускаемся по обрыву к реке, покрытой заснеженным льдом. Я ожидала увидеть прорубь, но мои спутницы поспешили дальше по льду — там, у самой кромки, плескалась черная вода. Здесь!..
Они быстро разделись, встали босыми ногами на лед и, подняв лицо к небу, стали с шумом дышать.
— В правильном дыхании — весь смысл здоровья, — говорит Анна Васильевна.
Ровно через две минуты, оставив на снегу следы босых ног, Анна Васильевна шагнула в воду. Отойдя от кромки льда метра на три, она с головой погрузилась в воду. То же самое проделала Нина. Секунду вода покрывала их полностью. Я же погрузилась в воду сразу у кромки льда, никуда не отходя: ледяная вода тысячами острых иголок сразу сковала тело. Эта секунда под водой мне лично показалась вечностью. Перехватило дыхание, мозг отключился. Отжавшись от дна руками, я пулей вылетела на берег и стала лихорадочно натягивать на себя все, что попало под руку. Вот когда пригодились советы Анны Васильевны! Мои вещи не прилипали к мокрому телу, потому что были достаточно просторными и теплыми. Когда с одеванием было покончено, по телу мгновенно разлилось тепло.
Как говорит Анна Васильевна, при погружении в ледяную воду происходит мгновенное пробуждение центральной нервной системы. И она начинает работу по исцелению больных органов. То, чего годами не могут сделать врачи и лекарства, делает организм сам. Его нужно только разбудить.
Из официанток — в йоги
По дороге мы прощаемся с Ниной, и Анна Васильевна рассказывает о себе. Оказывается, самая главная мечта Анны Васильевны — сократить количество пищи. А ведь всю жизнь Анна Васильевна проработала официанткой в центральном ресторане Иркутска.
— Мы часто принимали правительственные делегации, — вспоминает Анна Васильевна. — Возили нас и на Байкал, и на турбазы — чтобы кухня была ресторанная.
Анна Васильевна ни в чем не нуждалась. Знакомые — вся партийная верхушка. При полупустых прилавках — всегда изобилие в холодильнике. Она не была обжорой — официанткам полагается быть стройными и красивыми, и она этому эталону соответствовала вполне. И когда приходила в ресторан в качестве посетительницы — от мужчин отбоя не было.
— Но где-то в тридцать лет я стала испытывать острые приступы аллергии. Начинался отек Квинке, схватывало гортань, и меня рвало черной кровью, — рассказывает Анна Васильевна. — Сделала аллергопробы, оказалось, что мне нельзя ничего: ни молока, ни яиц, ни рыбы, ни курицы, ни шоколада, ни чая, ни кофе, ни белого хлеба, ни апельсинов, ни облепихи, ни моркови, ни хурмы, ни бананов — вообще ничего из того, что я так любила! Я приходила на работу в ресторан, заглядывала на кухне в кастрюльки и горько плакала.
Девчонки жалели Аню, но помочь ничем не могли. Как и врачи. Подружка, с которой ночевали в одном номере гостиницы, когда обслуживали правительственные делегации, как-то утром сказала: "Аня, ты так страшно стонешь во сне!" У Ани начались сильные боли в области сердца, печени и т.д. Тогда она взялась за себя: голодала две недели по Брэггу (сосед книгу подарил), делала чистки по Семеновой, но коренного улучшения не наступило. Тогда она прочла в нескольких номерах журнала "Здоровье" о пользе обливания и правильном дыхании.
Научитесь любить
— Вы думаете, я железная и мне не холодно? — спрашивает Анна Васильевна. — Раньше, когда смотрела "Метель" по Пушкину, я куталась в две кофты. Меня морозило даже от звука (!) метели. Я из того же материала, что и все, — из той же кожи, с такой же красной и горячей кровью. И я боюсь холода!.. Но я очень хотела быть здоровой — и стала такой...
— Когда я утром выхожу на улицу, чтобы облиться, и меня вдруг начинает морозить, я вспоминаю вчерашний день: не обидела ли я кого-нибудь? Не оскорбила ли? — говорит Анна Васильевна. — Надо любить всех. И научиться прощать. Тогда к тебе вернется твое здоровье. Природа очень осторожно его возвращает: а вдруг ты, став здоровым, снова станешь копить злобу и обиды? Я это знаю по себе.

Метки:
baikalpress_id:  26 854