Стоимость жизни оценили в 100 рублей

Еженедельник "Пятница" уже не раз поднимал тему врачебных ошибок. Не так давно мы рассказали читателям про пенсионерку Лидию Остапчук, которая ведет многолетнюю борьбу с врачами медсанчасти авиазавода, загубившими ее сына ("Бесконечное уголовное дело против врачей", N 1 еженедельника "Пятница"). На этой неделе в редакции еженедельника "Пятница" раздался звонок. Иркутянин Юрий Воронков горячо отреагировал на эту публикацию. Как выяснилось, Юрий Иванович тоже потерял своего ребенка из-за халатности врачей. Его дочь умерла в стенах той же больницы. И сегодня его внучка Алена каждый месяц получает от медиков 100 рублей за то, что те стали причастны к смерти матери. Эта трагическая история в очередной раз показала, как сложно наказать врачей за их ошибки, даже если их вина практически доказана.

Врачи все списали на Новый год
Десять лет назад жила в Иркутске II молодая семья Труниных — мама, папа и их маленькая дочка. Новый 1994 год стал для них роковым. В стенах больницы умерла мама — 22-летняя Валентина.
Утром 1 января 1994 года у Вали очень сильно заболел живот. В обед муж Александр вызвал скорую помощь и в час дня ее привезли в больницу авиазавода.
— Они не стали сильно копаться в причинах недомогания Вали, — рассказывает Юрий Иванович. — Списали все на последствия празднования Нового года.
Три дня врачи не могли поставить точный диагноз, а тем временем Вале становилось все хуже и хуже. 4 января медики оценили состояние Вали как тяжелое и приняли решение провести диагностику с помощью лапароскопии. Медики вынесли заключение: спаечная кишечная непроходимость, нужна операция. После исследования Вале стало хуже. Позже эксперты признают, что врач, проводя лапароскопию, проткнул стенку кишечника.
Валю прооперировали, но к концу операции артериальное давление резко снизилось. 5 января в час ночи в крайне тяжелом состоянии ее перевели из операционной в палату интенсивной терапии. У молодой женщины развился ДВС-синдром (диссеминированная внутрисосудистая свертываемость крови). Электрокардиограмма показала тахикардию и ишемию миокарда. Начался перитонит — содержимое кишечника вместе с гноем поступало в брюшную полость.
Несколько месяцев спустя врачи больницы авиазавода признались:
— Перед операцией анестезиолог уходил за плазмой, отсутствовал 30 минут... Это наша неорганизованность, но перед операцией не была оценена тяжесть состояния больной.
6 января Валю в бессознательном состоянии перевезли в отделение общей реанимации областной больницы. Через пять минут после того, как больную переложили с носилок на кровать, у нее развился отек легких. 8 января девушке стало еще хуже.
Выписка из осмотра профессором Григорьевым и заведующим отделением Бочаровым в 10 часов утра 8 января: "...кома... реакции зрачков на свет нет... черты лица заострены..."
В шесть вечера Валя умерла.
Эксперты признали вину врачей
Экспертная комиссия в мае 1994 года установила, что в кишечной непроходимости Валентины можно было удостовериться на основании рентгена брюшной полости. А вместо этого врачи назначили лапароскопию. Тяжелое состояние Вали Труниной еще более усложнилось из-за протыкания кишки во время лапароскопии.
Валентина умерла от интоксикации на почве перитонита. Сердечная недостаточность была вызвана тем, что врачи неправильно использовали специальный раствор во время операции. А во время транспортировки в ОКБ сделали необоснованный перевод Валентины на самостоятельное дыхание. Да и вообще транспортировка ей была противопоказана.
А тем временем в больнице шла война
Отец погибшей пациентки обратился в прокуратуру. Он решил разобраться в обстоятельствах гибели своей дочери и обошел всех специалистов, к которым смог попасть.
— Главный хирург города Соколов говорил мне, что за больницей авиазавода тянется длинный кровавый след, — говорит отец Вали Юрий Воронков. — А в облздравотделе врача больницы Опанасюка, который проткнул кишечник моей дочери, хотели лишить права заниматься врачебной деятельностью. Но позже Опанасюк умер сам, причем в страшных мучениях.
В тот период в стенах авиазаводской больницы шла нешуточная война. Работники медсанчасти в результате своих внутренних конфликтов разделились на два лагеря. Чтобы скомпрометировать врагов, врачи шли на любые меры. Даже подбрасывали под дверь квартиры Юрия Ивановича служебные медицинские документы по делу его дочери Валентины Труниной.
Выдержка из заключения ассоциации хирургов Иркутской области 1994 года:
"Моральная обстановка в хирургических подразделениях больницы авиазавода далека от нормальной. Коллектив разбился на противостоящие группировки, которые главной своей целью считают сбор компрометирующей информации друг на друга. Создается впечатление, что этот вид деятельности вышел здесь на первое место... Прискорбным является то обстоятельство, что в конфронтацию вовлечено и руководство больницы... Нестабильность психического климата является основным фактором, способствующим появлению профессиональных ошибок и, как следствие, в итоге обоснованных жалоб больных".
Факты подтверждены — ждите исхода
Обращался Юрий Воронков и в областную администрацию. В феврале 1995 года председатель областного комитета здравоохранения ответил на запрос заместителя губернатора Иркутской области: "Факт смерти Труниной В.Ю. разбирался городским отделом здравоохранения... Рекомендовано в течение февраля провести переаккредитацию хирургической службы медсанчасти авиазавода, которая не была проведена своевременно из-за отсутствия заключения Центра Госсанэпиднадзора".
Юрий Иванович писал жалобу главному хирургу области Чикотееву. 4 июля пришел ответ: "Факты, изложенные в вашей жалобе, подтверждены. Учитывая, что дело находится в прокуратуре, возможно, по решению суда будут приняты дополнительные меры наказания".
Но в декабре 1994 года прокуратура прекратила уголовное дело за отсутствием в действиях врачей состава преступления.
100 рублей — цена человеческой жизни
Тогда Юрий Иванович подал в суд на медсанчасть ИАПО. В декабре областной суд вынес решение — взыскать с медсанчасти в пользу мужа Валентины 3 745 697 рублей (напомним, что это было до деноминации — минимальный размер оплаты труда тогда составлял 34 400 рублей).
А в пользу дочери Валентины суд постановил взыскивать с медсанчасти ежемесячно по 63 191 рублю до тех пор, пока дочь не закончит учебное заведение, то есть до 23 лет. Предполагалось взыскиваемую сумму увеличивать пропорционально повышению минимального размера оплаты труда.
Сейчас в результате всех перерасчетов дочь Валентины получает от медсанчасти оскорбительную сумму — 105 рублей 10 копеек. По законодательству, это справедливая выплата. Но справедлива ли она по человеческим нормам? Неужели ежемесячные сто рублей — это цена человеческой жизни?
— Полный абсурд, — говорит Юрий Воронков. — Это что получается, значит, я могу зарубить человека на улице топором, а потом буду просто выплачивать каждый месяц его детям по сто рублей?
На все его письма из бухгалтерии медсанчасти приходит один и тот же ответ: "Выплата по судебному решению рассчитывается исходя из базовой суммы минимального размера оплаты труда, которая сегодня составляет 100 рублей". А Юрий Иванович не гонится за деньгами. Его волнует не денежный вопрос. Просто горько и обидно, что люди в белых халатах, причастные к смерти человека, наказаны так мягко.

Комментарии

Нажмите "Отправить". В раcкрывшейся форме введите свое имя, нажмите "Войти". Вы представились сайту. Можете представиться через свои аккаунты в соцсетях. После этого пишите комментарий и снова жмите "Отправить" .

Система комментирования SigComments