Первая неделя без льгот

Как ездили бесплатно, так и будем ездить!

Лишенные льгот старики винят в своих бедах кондукторов. Обстановку в общественном транспорте в первые дни нового года можно назвать предельно взрывоопасной. Как известно, с 1 января проезд для всех категорий граждан, включая даже ветеранов и инвалидов, стал платным. Однако, несмотря на то что уже полгода назад было официально объявлено о монетизации льгот, иркутские пенсионеры оказались совершенно не готовыми к переходу на новые правила проезда.
За происходящей в троллейбусах борьбой между льготниками и кондукторами наблюдал корреспондент "Пятницы".

Под дурочку работаешь?
Понедельник. Третье января. 10 часов утра. Троллейбус N 5. В салоне человек пять. Все пожилые люди. Каждого вновь заходящего они встречают любопытными взглядами, в которых читается вопрос: заплатит или нет? На остановке "Баргузин" в салон поднимается бодрая пожилая дама в вязаном берете. Молоденькая кондукторша делает два шага навстречу.
— Оплатите, пожалуйста, проезд.
Пассажирка отработанным за долгие годы движением ловко извлекает удостоверение. Кондуктор несколько секунд стоит в изумлении, не в силах подобрать слова.
— Зачем вы мне это показываете? Разве вы не знаете, что с первого января льготный проезд отменен?
— Как отменен? — искренне удивляется женщина. — Впервые слышу. Ну извините, я же не знала, у меня и денег с собой нет.
Сидящая напротив старушка явно возмущена. Она-то заплатила за проезд, и ей теперь обидно.
— Как это вы не слышали? Вы что, на Северном полюсе живете? Все полгода об этом только и говорят, а вы, видите ли, не слышали. Ерунда какая-то. Никогда не поверю. Кондуктор, гоните ее отсюда! Нечего под дурочку работать!
Посрамленная дама выходит на следующей остановке. Старушка торжествующе улыбается. Что же, выходит, нет у пенсионеров никакой солидарности. Каждый сам за себя.
Попробуйте меня выгнать!
Доехав до Байкальского, мы пересаживаемся на троллейбус N 10. Вместе с нами заходит старик лет 70 в валенках и цигейковой шапке. Выглядит он очень агрессивно. Кондукторша даже не успевает подойти к нему, а он уже гневно кричит на весь троллейбус: "Я ветеран войны! Как ездил бесплатно, так и буду ездить. Только попробуйте меня выкинуть. Мы на войне кровь проливали, а вы на нас теперь наживаться хотите? Не выйдет!"
У кондукторши на глазах выступают слезы. Она бессильно разводит руками, мол, что тут поделаешь.
— Вот так целый день. Не буду же я выгонять его на мороз. Рука не поднимется.
Тамара, так зовут кондуктора, с грустью рассказывает, каких только оскорблений и матов она не наслушалась за эти два дня. Но все равно стариков ей жалко. Особенно бедно одетых.
— Смотришь, с какой болью они с этими шестью рублями расстаются, и сердце кровью обливается. Считаю, что единственный выход — снизить стоимость проезда. Хотя бы до пяти рублей. Тогда платить будут все.
— С ума можно сойти, — поддерживает ее пожилая пассажирка. — Откуда они такую цену взяли? Где это видано, чтобы проезд стоил столько же, как и хлеб. Да еще и без разницы: хоть две остановки, хоть десять — все равно шесть рублей.
— Это все делается для того, чтобы мы скорее вымерли, — делает вывод вторая старушка, — да разве этих выплат хватит на все? Нет, конечно. Вот не будет у меня денег заплатить за телефон — отключат. И все! Врача вызвать не смогу. Не хватит денег на билет — не поеду лишний раз в больницу. Если мы не сможем ездить в больницу, поликлинику, аптеку, так и помрем быстрее. А что, я не права?
"Вот пойду к Якубовскому и потребую!"
Пересаживаемся на "единицу". И здесь сразу вспыхивает социальный конфликт. Представительный пожилой мужчина в дорогой дубленке и норковой шапке негодует по поводу просьбы заплатить за проезд.
— Я инвалид!
Кондуктор устало объясняет про монетизацию льгот.
— Ничего не слышал, ничего не знаю, — возмущается пассажир. — А что, есть закон, постановление? Кондуктор показывает на объявление, приклеенное к кабине водителя: "Уважаемые пассажиры, с первого января льготный проезд для всех категорий граждан отменен".
Мужчина нехотя расплачивается... Расплачивается, но не сдается. Он громко, на весь троллейбус, начинает ругать правительство, олигархов и Ирину Хакамаду в особенности, пытаясь вовлечь в дискуссию остальных пассажиров.
— Безобразие, меня никто не предупредил, никто не сказал. Никаких денег на это мне не дали. Выплата всего 550 рублей. Курам на смех! Мне и лекарства нужны, и телефон, и санаторно-курортное лечение. Кто мне это возместит? Вот я пойду сейчас к Якубовскому и потребую: пусть мне дадут или льготный билет, или компенсацию, тогда я буду платить. А нет — буду жаловаться в прокуратуру, правительству, Путину.
Все происходящее наводит на мысль, что в один день и даже месяц приучить застарелых льготников покупать билеты будет очень трудно, даже невозможно. Многие пенсионеры, причем даже обеспеченные, прямо заявляют, что костьми лягут, а платить не будут. Причем дело даже не в отсутствии денег. Дело в том, что бесплатный проезд воспринимается ими как нечто само собой разумеющееся и неотъемлемое.
"Подавись ты своим билетом!"
В диспетчерской во время пересменки кондукторы бурно обмениваются впечатлениями о первых двух днях работы в новом году.
— Одна бабуля такая заходит в дорогой шубе, шапке, — рассказывает Наталья Ивановна, — расплатилась, я ей билет протягиваю, а она: "Подавись ты этим билетом, сука!". И ведь спокойно объясняешь, мол, уважаемые пассажиры, так, мол, и так... А они матерятся в ответ. Как будто это мы виноваты, что их льгот лишили. А один дед даже палкой замахивался. Ударить хотел.
— И военные туда же, — делится Людмила, — курсанты заплатили безропотно, а офицер с ними ехал, обругал меня как последнюю тварь. Дескать, не буду платить и все.
— За два дня у меня несколько человек проехали не заплатив, — вспоминает Яна, — за одну старушку какие-то молодые люди расплатились. Вообще чувствуешь себя неуютно перед стариками. Вот вчера дед зашел, совсем слепой. Протягивает деньги. Противно было брать. Честное слово. Неужели не могли хотя бы слепых оставить в покое...
Стариков, конечно, жалко, а кто пожалеет кондукторов? По сути, их заставили объясняться перед людьми за все эти реформы. Получается, что они стали стрелочниками, козлами отпущения, на которых население вымещает всю злость и негодование по поводу отмены льгот.
— Я все понимаю, — говорит Людмила, — живут они бедно. Но ведь и мы за свою работу получаем гроши. Почему же я должна возить кого-то бесплатно? Я сама пенсионерка, так же нищенствую, так почему я должна работать себе в убыток? Пусть они идут митинговать в другое место.
Кстати, как оказалось, теперь и работники депо должны будут оплачивать свой собственный проезд. То есть подходит кондуктор к кондуктору в троллейбусе и говорит: "Давай плати". Кондукторы, мягко говоря, расценивают такое нововведение как откровенную дурость.
— Ну как я буду требовать деньги за проезд у того же диспетчера? Она же потом мне пакость устроит...
Однако не все так плохо. Одним из положительных итогов первых дней работы в новом году кондукторы отмечают резко возросшую выручку.
— Раньше у меня в выходные от силы две пачки продавалось, а сейчас восемь! А в будние дни, наверное, и все десять выйдет.
Приучать будем постепенно
Светлана Пригожаева, начальник цеха по сбору доходов троллейбусного депо, а проще говоря, начальник всех кондукторов, объясняет, что сейчас для них наступил очень тяжелый этап. Сама монетизация была не подготовлена. Перед многими людьми встали неразрешимые вопросы. И коль скоро внятных разъяснений не могут дать мужи, облеченные властью, то как должны себя вести простые кондукторы?
— А то, с чем им приходится сталкиваться, в том числе и с оскорблениями и отказами заплатить, будет как-то анализироваться? Ведь иначе будет хаос. Один откажется заплатить, остальные, видя это, тоже.
— Да, — соглашается Светлана Пригожаева, — безусловно, вся информация будет тщательно анализироваться. Сейчас в первую очередь нужно решить проблему с УВД. Вот сегодня, например, кондуктор сообщила об инциденте. Милиционер устроил скандал. И это не первый случай. Они говорят, что едут по делам службы, а на работе им никто ничего не заплатил.
Получается, что обиженными оказались не только пенсионеры, но и целые ведомства: милиция, прокуратура, судейские работники. Но троллейбусное депо не может брать на себя затраты на их проезд. Любая льгота должна быть оплачена либо руководством города, либо учреждением.
— А будут ли и дальше продаваться проездные билеты?
— Обязательно. Наше руководство в связи с этой неразберихой решило продолжить реализацию проездных билетов, в том числе и льготных, в январе месяце. Причем как однодневных, так и на месяц. Мы понимаем наших горожан, понимаем, что им трудно. В дальнейшем система проездных сохраниться, но они должны будут продаваться за полную стоимость. Думаю, что дневные карточки тоже останутся. Для нас это дополнительная возможность привлечь к себе пассажиров.
За шесть или за пять?
В связи с этим возникает новый вопрос: захотят ли люди ехать в троллейбусе за шесть рублей? Ведь если нет льгот, то не выгоднее ли ездить на коммерческом пятирублевом автобусе?
— У нас есть конкуренты, — подтверждает Светлана Владимировна, — мы можем существовать, предложив пассажирам что-то отличное от конкурентов. Например, можем снизить стоимость проезда. Для любого нормального человека предпочтительнее то, что стоит дешевле. В принципе это обсуждается, но давать какие-то векселя на будущее я не имею право. Лично я за то, чтобы мы не были дороже коммерческого транспорта.
— Как вы думаете, сколько продлится переходный период? Как долго кондукторы будут вынуждены сталкиваться с озлобленностью и агрессией льготников?
— Это зависит не от нас, а от позиции, которую проявят городские власти. От того, какие они будут давать разъяснения в прессе, и от работы социальных служб. Я верю, что в большинстве своем наш народ законопослушный. Ну, один раз он схитрит, другой раз поскандалит. А потом скажет себе: а и правда, чего это я выступаю?
Эти выплаты просто смешные!
Виктор Чипизубов, председатель Иркутской областной общественной организации воинов-интернационалистов и участников боевых действий:
— Эти выплаты смешные. Ну что такое 650 рублей? Это ничто! Вместо 1100 рублей, которые положены по закону участникам боевых действий, в 2005 году на руки мы будем получать именно 650 рублей. Четыреста пятьдесят рублей, болеешь ты или не болеешь, вычитают ежемесячно в соцпакет — в пользу государства.
Хорошо бы был накопительный фонд какой-то! Допустим, я вот в декабре не болею, а в мае мне стало плохо —- и я бы смог накопленную за несколько месяцев сумму истратить на лекарства. Вот нам была положена путевка в санаторий. Допустим, я скопил за три месяца свои выплаты, чтобы съездить подлечиться. Кто мне продаст путевку за 1800? Сейчас путевки стоят в десять раз дороже! Значит, и в санаторий я поехать не смогу!
Нас обирают как липку!
Петр Федорович Московских, председатель Иркутского областного совета ветеранов войны, труда, Вооруженных сил и правоохранительных органов:
— Ну, что теперь после драки кулаками махать? Законы приняты. И федеральный, и областной. Я выступил до голосования перед депутатами Законодательного собрания, объяснил ситуацию. Отменили льготы на проезд в общественном и пригородном транспорте. Что делать пенсионеру? Продавать дачу! На троллейбусе я доезжаю до железнодорожной или автобусной станции — это двенадцать рублей туда и обратно, да на автобусе к даче — тридцать рублей. Пятьдесят рублей на одну поездку уходит. А денежные компенсации? У ветерана труда — 175 рублей, у труженика тыла — 230. Куда поедешь?.. К моему выступлению прислушались. Этот вопрос удалось решить! Областной бюджет выделил 65 миллионов рублей на то, чтобы сделать в этом году для всех категорий пенсионеров бесплатным проезд на пригородном транспорте с мая по октябрь. Но я ведь тоже понимаю, чего это стоит! Нас же обирают как липку федеральные власти!..

Метки:
baikalpress_id:  26 894