"У вас батюшка повесился?"

Среди жителей Иркутской области ходят слухи о том, что в поселке Тельма, Усольского района, повесился настоятель прихода

Церковь для многих — это самое умиротворяющее место: запах ладана, горящие свечи, образа святых, негромкое пение. Батюшка в храме — самый надежный человек, к нему можно обратиться за советом, за помощью. Но мало кто знает, что в церковных кругах, как и во многих других слоях общества, существует своя конкуренция. Об этом говорит случай, который произошел в поселке Тельма. "У вас что, батюшка повесился?" — такой вопрос в первую очередь задают родственники и знакомые, приезжающие к жителям поселка Тельма из разных городов области. Сами же селяне упорно отвергают правдивость этих слухов. О том, что же произошло в Тельме и откуда пошла молва о том, что служитель церкви совершил такой грех, узнавал наш корреспондент.

Тельминская святыня
Тельминская Казанская церковь одна из самых старинных в области, она существует с 1816 года. В былые времена церковь не знала конкуренции. Со всех сел сюда стекались верующие, чтобы отслужить молебен. Небольшой белый храм с зелеными куполами всегда воспринимался жителями как светлое, святое место. Проезжающие мимо непременно перекрещиваются и кидают монеты.
Опрос на паперти
Естественно, как и у каждого другого храма, у Казанской церкви со времен ее основания собираются нищие... Они всегда знают все местные новости, поэтому, приехав в Тельму, в первую очередь мы обратились с расспросами к ним, тем более что искать их не нужно — только подходишь к воротам храма, они мгновенно возникают вокруг тебя.
— Тетенька, подайте копеечку...
Рассовываем пацанам мелочь.
— Спасибо.
— Пацаны, вы здесь часто бываете? Новости местные знаете?
Мальчишки (Ваня 14 и Андрей 9 лет) уверенно кивают головами и рассказывают историю со всеми подробностями: батюшка повесился, недавно похоронили. Звучит дико и противоестественно: как такое может быть, чтобы служитель Бога совершил такое жуткое грехопадение? Воображение быстро рисует картину: батюшка — мужчина, не совладал с естественными желаниями, а потом, обезумев от содеянного, покарал себя.
— А кто-нибудь из взрослых есть?
— Там, у дороги, бабушка, у нее спросите.
"Господь с вами!"
— Да что вы такое говорите! Никто у нас не повесился! Я только вчера отца Владимира видела, а вы говорите — повесился! Чушь! Если бы что-нибудь случилось, уж мы-то бы точно знали! — сердится старушка.
От нее же мы узнали, что слух этот ходит уже очень давно — то ли год, то ли два. В этом-то и странность. Будь это обычная деревенская сплетня, то разговоры бы утихли через неделю, ну максимум через месяц, за неимением оснований — вот он, батюшка, ходит на службу, ездит в магазин. Но видимо, источник информации далеко не бабка-сплетница, так как слухи не утихают уже очень давно и распространяются на весьма большой территории. А это значит, что кому-то очень нужно, чтобы народ поверил, что тельминский отец Владимир — грешник и сана не достоин.
Мы обратились к прохожим, к продавцам магазина, к покупателям, заглянули в местную больницу — все возмущенно отвечают, что это не правда, но вопросу не удивляются — не раз и не два уже приходилось отрицать подобные слухи. Многие прихожане из соседних деревень даже отказались ездить в Тельму на службы — "церковь не чистая, оскверненная".
Заходить в храм с такими вопросами как-то неудобно, но журналистский долг велит. В церкви тихо, просторно, светло и пусто. Лишь одна послушница у лотка с иконами и свечами, и опять тот же ответ — все в порядке, все, слава Богу, живы.
— Только батюшки сейчас нет, он в отпуске. Приезжайте через месяц.
И опять подозрения! Опять сомнения. А где же батюшка?
Отец Владимир на слухи плюет
Отец Владимир, в миру Владимир Алексеевич Худяков, работает в храме, по словам селян, лет пять-шесть. У него двое детей — сын и дочь, жена. Кроме того, Худяковы взяли на воспитание двух сестер 15 и 17 лет. Родители девушек — пьющие люди. Чтобы расставить все точки над i, конечно же, необходимо увидеть собственными глазами, что отец Владимир жив.
На калитке звонка нет, зато огромная собака не позволяет не то что войти в ограду, даже близко к ней подойти: из-под двери торчит ее оскалившаяся пасть и раздается взбешенный лай.
Святой отец с не большим желанием, но все же согласился с нами побеседовать. Отец Владимир сначала отнесся к нам так, будто мы настроены против него, но позже громкость разговора снизилась, хотя ничего конкретного мы так и не услышали. Он никого не обвинил, ничего не рассказал, но из диалога можно сделать выводы.
— Отец Владимир, вы ведь знаете, о чем говорят в народе...
— А вам что именно интересно?
— Нам хочется знать правду — либо опровергнуть слухи, либо...
— Зачем? Мне это неинтересно. Жизнь — это борьба. Борьба идет. Вопрос только в том, кто победит. Я даже говорить об этом не хочу.
— А как вы относитесь к этим разговорам?
— Мне безразлично.
— Не может быть.
— Может. Это вы простой человек, у вас другая реакция, а мне безразлично — я священник. Вы живете в обществе, вам важно ваше в нем положение, а у меня другие взгляды, понимаете?
— Но у вас ведь наверняка есть мысли насчет того, кто сеет такие слухи.
— Вы хотите, чтоб я назвал фамилии? Не буду я этого делать!
— Я правильно понимаю, что это работа конкурентов? (Последнее время в Усольском районе один за другим появляются храмы — в Усолье, в Сосновке и других местах.)
— Я знаю кто этим занимается, но мне это не интересно! У меня интерес к борьбе, я их все равно пересилю.
— А чего они хотят? Чтобы вы ушли с поста? Должность ваша кому-то нужна? Ведь есть же у них какая-то цель?
— Вы ее уже назвали. Чем и кому я не угодил — меня не волнует. Я буду действовать так, как научился, как считаю нужным.
Отец Владимир много говорил о моральном облике села, о Священном Писании, о нравах.
— Они думают, что они меня этим достанут! Но меня невозможно этим достать! Я человек другого покроя. Я настоятель церкви, и никто другой, кроме меня, не имеет права здесь что-либо решать. А раньше любая бабка, любая пьяница, любой проворовавшийся бухгалтер могли делать что захотят. А теперь никто не имеет права голоса, кроме священника... Другими словами, я у них церковь отнял!
Нельзя так жить, как здесь живут! Своим примером я хочу исправить их. У меня две девочки живут, я взял их от алкоголиков, девочек со справками. Вы понимаете, что своим образом жизни я даю пример! Беру сирот из самых опустившихся семей! Они поймут свои ошибки позже, обязательно поймут и придут ко мне! Двое покинули приход, а придут двадцать, вот увидите! Пройдет время, и я останусь на высоте. Только сейчас нужно выдержать, вытерпеть.
"Они" против святого отца
Кого имел в виду отец Владимир под словом "они" в течение всего разговора, поймет каждый, а кто-то, может, даже примет на свой счет. Однако точно то, что отец Владимир жив и настроен на долгую жизнь и на борьбу с недругами.
К церкви можно относиться по-разному, но то, что среди духовенства так же, как и во всех остальных сферах жизни, есть конкуренция, борьба за власть и прочее, простым прихожанам это очень неприятно и странно.

Загрузка...