30 лет за баранкой такси

Таксисты и извозчики существовали во все времена. Их работа всегда была связана с риском и неизбежным словом "план". Сейчас уже невозможно представить себе времена, когда таксисту не нужна была собственная машина и "крыша" для спокойной работы. Вячеслав Тихонов отработал таксистом в Иркутском таксопарке тридцать лет — с 1956 по 1986 год. Сейчас ему 70 лет. Из-за болезни ног он практически никуда не выходит из дома. Вспоминая годы, проведенные за баранкой, говорит, что это были совсем другие времена: другие машины, другие правила, другие заработки...

Такси до Бозоя заказывали?
До 1956 года как такового таксопарка в Иркутске не существовало. Был только парк маршрутных такси Слюдтрансснаба, одного из иркутских предприятий. Там долгое время шоферил молодой Вячеслав. А после армии ему предложили работу во вновь формирующемся таксопарке. К тому моменту парк как раз получил три десятка новых "Побед". Видимо, считалось, что для Иркутска этого количества машин хватит.
— В таксопарке мне вместо "Победы" всучили ГАЗ-51 и предложили переоборудовать его в грузотакси: натянуть тент, поставить лавочки. Таких машин было три. Стояли эти грузотакси на рынке. Тогда не было и намека на нынешнее роскошное здание рынка: весь вид городской торговой площади формировали рубленные из досок прилавки и торгующие бабки. Там находилась наша автостанция. Мы стояли и ждали, когда подойдут люди и попросят куда-нибудь отвезти. Естественно, мы не возили по одному-два человека, набивали весь кузов и везли людей вместе с грузом. Маршрутов было много: простирались они от Листвянки до Бозоя. Люди оплачивали в кассе билеты и ехали. Совсем как сейчас, только условия были гораздо хуже, сами понимаете.
Иркутян развозили 300 "Волг"
Через несколько лет грузотакси сменили более-менее цивилизованные автобусы, а в таксопарк наконец стали поступать новенькие, ставшие такими популярными "Волги" ГАЗ-21. Население Иркутска было ненамного меньше, чем сейчас, однако парк такси за несколько лет обзавелся внушительным количеством машин — около шестисот штук. Естественно, одни "Волги".
— Сейчас работа таксиста считается очень трудной, — продолжает Вячеслав Сергеевич, — но и тогда было не проще. Смены у таксистов были разные — от девяти часов до двенадцати. Радиостанций у нас не было, поэтому мы постоянно наматывали лишние километры, чтобы отметиться у диспетчера. Если сменщик приезжал со смены на сломанной машине, приходилось лезть под нее. Иногда под машиной лежали по восемь-девять часов, а потом еще и ехали отрабатывать свои двенадцать часов.
У таксистов, как у любых профи, ездить на старой машине было непрестижно. Новые машины давали только лучшим. Поэтому "необстрелянным" приходилось чинить старые машины, и колесить на них по городу. Несмотря на триста человек техников (всего в парке работало тысяча восемьсот человек), все починить сами они не успевали. Самым изощренным методом наказания провинившегося таксиста (например, пойманного за левым заработком) считалось пересадить его с хорошей машины на плохую. Но главной проблемой и темой для обсуждений был план. Как сейчас у кондукторов автобусов. Все разговоры были только об этом. Каждый мечтал побыстрее собрать этот злосчастный план и приработать левых денег.
От вокзала до аэропорта за рубль
Когда не было телефонных заказов, таксисты, если помните, включали зеленый огонек и колесили по улицам. Иногда можно было попробовать не включать счетчик и заработать себе в карман, но риск нарваться на контролеров был очень велик. Они ходили по городу валом, проверяя рейсовые автобусы и таксистов.
Километр долгое время стоил десять копеек, еще десять копеек таксисты брали за сам факт посадки в машину. Таким образом, от вокзала до аэропорта мы довозили клиента за рубль с небольшим. Значит, расстояние там всего чуть более девяти километров. Но каждый день приходилось с кем-нибудь ругаться — несмотря на показания счетчика, всем казалось, что их обманывают. Люди жаловались, что счетчики работают неправильно или крутятся слишком быстро.
Бессовестный инвалид
Любой из шестисот иркутских таксистов сталкивался с разного рода приключениями и неприятностями. О многих приключениях, с которыми "повезло" Славе Тихонову, он даже постеснялся рассказывать. Видимо, что-то сугубо интимное или очень страшное.
— Да всего не вспомнишь. Мне не раз приходилось насильно вытаскивать из машины пьяных дебоширов. Не раз заезжали мне в глаз или еще куда. Но самые мерзкие клиенты — это те, кто не хотел платить деньги. Тогда таких тоже было достаточно. Повезло мне как-то подхватить пассажиров до Ангарска. И там очень кстати нашелся пассажир обратно. Я обрадовался. Довез его до центра, набило пять с чем-то рублей. А он мне фигу сует и говорит: "А хрен я тебе заплачу!" Ну что ты будешь делать! Я тут же развернулся и повез его в вытрезвитель. Там милиционеры выскочили посмотреть, зачем такси приехало. Я им все объяснил, они этого мужика тряханули: штаны в одну сторону — протез в другую. Я еще поразился: инвалид, а такой бессовестный. Но деньги мне отдали.
За спиной таксиста разворовывалось народное хозяйство
— С криминальным миром у нас никаких проблем не было. Тогда ведь не было никаких воротил, самыми крутыми воротилами были заведующие складами. Такси было государственной структурой, поэтому никому никакие деньги за "крыши" отстегивать было не надо. Правда, мы хорошо знали торгашей и дельцов, которые всегда предпочитали вызывать определенного таксиста, знали его фамилию, номер машины. Они частенько обсуждали вслух за нашими спинами свои дела, передавали деньги, зная, что мы не проболтаемся. Но делалось все это только в машине конкретного проверенного водителя.
Например, я частенько возил одного торгового работника, венгра по происхождению, Матвея Матвеевича, его все так звали. Он встречался в моей машине с другим торгашом, Юрой, здоровяком, каких мало сыщешь. Конечно, разговоры их были несколько завуалированы, но надо быть дураком, чтобы не понять, что речь шла о списании якобы пришедших в негодность товаров, об отмывании энной суммы денег и так далее.
Перестройка возвела над таксистами крышу
— Потом, с приходом перестройки, моменты "крышевания" стали иметь место. Ко мне тоже подходили, предлагали отстегивать им денежки. Но я как-то ответил: "Ладно, давайте. Только вы мне поставляйте пассажиров, а я вам буду с прибыли отстегивать, все по-честному". Больше я их не видел.
— Может быть, бандитов тогда было и меньше, но при мне погибло как минимум трое из наших ребят. Может быть, я просто не всех вспомнил. Например, Ганю Верхозина убили в Рабочем ради выручки. Потом лет через пять погиб молодой красивый парень, забыл как зовут. Он после армии два года успел поработать, повез какую-то бичевскую пару по Александровскому тракту. Они попросили его остановиться и убили. Машину не взяли, просто обокрали. А потом погиб мой товарищ, фронтовик Толя Кузнецов. Человек прошел всю войну, чтобы погибнуть на гражданке за рулем! Его нашли в реке. Всех этих убийц поймали, кстати, не в пример нынешней раскрываемости преступлений.
Машина и жена — вещи совместимые
— Благодаря машине я познакомился со своей женой. Меня часто путали с моим коллегой по парку Толей. А моя будущая супруга его знала. И как-то сижу я в машине, жду работу, подошла ко мне дама с собачкой, поздоровалась, перепутала, как и прочие, с Толей. А я разговор поддержал. Через пару месяцев меня отправили на курорт, и так получилось, что туда же поехала и она. Захожу в столовую, а там Галя, моя будущая супруга. Ну, я подошел, нахально поцеловал руку, шуры-муры, и вот мы уже двадцать пять лет вместе. Скоро серебряная свадьба...

Метки:
baikalpress_id:  27 101