Особенности национального футбола

Футбол как таковой не является центральной темой данной статьи. Просто действия нашей сборной команды как зеркало отражают своеобычность и замысловатую характерность национального, как теперь принято говорить, менталитета. Зрелище из трех матчей, которым порадовала наша dream team, еще раз убедило в давно известной формуле: народ, населяющий страну Россию, в состоянии сконцентрироваться и мобилизоваться исключительно в двух обстоятельствах. Первым является наличие смертельной угрозы для самого существования этого народа, вторым — состояние некой нирваны, в печатном варианте обозначаемое как "все по барабану" или, там, "до фонаря". Потому что наиболее дорогим для русского уха, очевидно, является слово "стабильность"; когда эта стабильность доводит страну до уровня сточной канавы, ее необходимо переименовать в "застой" и начать движение к новой "стабильности".

Угроза существованию
Присутствие данного условия для мобилизации народных масс неизменно определялось внешней агрессией. Причем эта агрессия должна была носить характер полной отмороженности. Только что минуло 22 июня — очередная годовщина немецкого нападения на СССР, так вот военно-политическая доктрина фашистской Германии полностью соответствовала условию, при котором концентрация усилий русского народа достигла, пожалуй, наивысшей точки за всю отечественную историю.
Адольф Шикльгрубер по прозвищу Гитлер допустил стратегическую ошибку в формировании идеологического фундамента для войны против России. Пусть даже советской. Как известно, основой его антироссийской риторики был постулат о тотальном уничтожении славянских народов и русского народа — в первую очередь. Это самое "в первую очередь" имеет чрезвычайное значение. Потому что славянский народ славянскому народу рознь. Это я говорю не в плане того, что кто-то лучше или хуже. Однако поляки, к примеру, никогда не покорялись Гитлеру и компании, их партизанщина, а особенно Варшавское восстание, может служить образцом национально-освободительного сопротивления. То же самое можно с уважением сказать о сербах. А вот другие западные славяне — чехи не сделали ни единого мало-мальски активного движения против немецкой агрессии, между тем армия Чехословакии к 1939 году была одной из сильнейших в Европе, а также наиболее технически оснащенной.
Кстати говоря, недавно была еще одна годовщина — 35 лет со дня начала оккупации Чехословакии советскими войсками. Так вот, в 1968-м чехи тоже, в общем и целом, не сопротивлялись, в отличие, скажем, от венгров, с которыми в 1957 году у Союза была маленькая, но настоящая война. Что характерно, венгерский народ давно уже списал все грехи советской власти в архив, в то время как чехи до сих пор считают необходимым, чтобы на очередной юбилей Пражской весны штук сто русских покончило жизнь самоубийством. В знак покаяния. Любите свободу — воюйте за нее.
Это как бы так, к слову. Что же касается 22 июня, то своими речами Адольф обеспечил свое же поражение еще до перехода советских границ. Посмотрите, что получилось — народ Советского Союза, находившийся под пятой, может быть, свирепейшего из тиранов, существовал в условиях суровой, часто кровавой, но стабильности. Третий рейх возжелал данную стабильность в собственных интересах нарушить, да еще и объявил всех русских прямыми кандидатами в покойники. Теперь кандидаты "хоть куда" от определенных партий снова повторяют: "Сталин был суров, но справедлив, и войну вот выиграл". Хрен он чего выиграл.
Все, что могло быть в той войне выиграно, было выиграно без него, а точнее, вопреки его руководящей и направляющей воле. Вопреки уничтожению советского генералитета, восходящего из цвета Российской армии, вопреки убогому военному мышлению, убогость которого он осознал лишь в конце мая 1941-го, вопреки тому, что до 22 июня не верил в нападение, и благодаря чему 50% регулярной армии было уничтожено и заперто в "котлах" в первые дни войны.
Единственное, что Сталин со товарищи придумал для победы, — это так называемые заградотряды. Спор об этих спецподразделениях, выставляемых "в непосредственном тылу неустойчивых дивизий", идет давно, и до сих пор не ясно, сколько "паникеров и дезертиров" было ими расстреляно. Существо дела не в этом, а в том, что не очень-то товарищ Сталин был уверен в "новой исторической общности — советском народе" в плане защиты социалистической Родины, коли ставил пулеметчиков позади обороняющихся соединений.
22 июня немецкий фашизм попытался нарушить тяжкую стабильность колхозного строя и соцуравниловки, и впоследствии, ценою миллионов жизней и жестоких лишений, "рядовой Иванов" сломал этому фашизму хребет. Именно он, а не "рядовой Райан" из свободной страны Америки, который 60 лет спустя нагло и цинично присвоил себе эту заслугу.
Параллель
Исторические параллели, безусловно, есть вещь не очень умная и совсем не благодарная. Однако все-таки к вопросу о неистребимой тяге к стабильности... В начале XIX века Наполеон Бонапарт шел в Россию с "лозунгами", прямо противоположными гитлеровским. Так, в частности, он обещал освободить русского крестьянина от рабской крепостной зависимости. И надо сказать, он действительно хотел это сделать и совершенно искренне недоумевал, отчего этот самый крестьянин — мужик диковатого вида — повернул свои вилы против освободителя.
Доля крепостного в России XIX века плотно изучалась советскими историками, с последними исследованиями на эту тему я, к сожалению, знаком плохо. Во всяком случае, в школе нас учили, что крепостные крестьяне находились на уровне ниже дворовой скотины. Допускаю, что это не совсем так, однако уровень угнетения был, несомненно, высок.
Дело в том, что непонятному освобождению, которое сулил не менее непонятный иноземец, русский крестьянин, очевидно, предпочел привычную "крепь". Предпочел он ее до такой степени, что "дубина народной войны..." и т.д. и т.п. В общем, как гениально рассказал обо всем этом деле граф Толстой, французу мало не показалось. Вдобавок ко всему русские Москву сдали, а войну не закончили. Это было уже не по правилам, а чтобы лучшую в мире французскую армию гоняли по лесам бородатые партизаны — так это вообще черт знает что такое. Дело, как известно, закончилось тем, что Наполеон, так и не поняв, в чем тут дело, и не желая дальше испытывать судьбу превратностями русского менталитета, из России бежал, а армию свою бросил.
Не вызывает сомнений, что спонтанными действиями российского крестьянства было обеспечено никак не менее 50% победы в 1812 году: когда все твои обозы в буквальном смысле съедаются гостями из дикого леса, особо-то не повоюешь.
Таким образом, во времена всех великих потрясений народ России исключительно по собственной воле, нимало не координируясь с решениями властей, неизменно выгонял за пределы своей неласковой Отчизны разнообразных оккупантов. И тех, кто хотел этот народ "освободить", и тех, кто собирался его под корень вырезать. Официальным мотивом подобного поведения из века и до сих пор считается "беззаветная любовь к Родине". Далее не расшифровывается, дескать, и без того понятно. Представляется достаточно очевидным, что огромный энтузиазм "народных масс" неизменно загорался единым факелом исключительно в тех случаях, когда кто-либо пришлый пытался нарушить устоявшееся статус кво. Раннее существовавший порядок вещей восстанавливался, недоразумение лишь в том, что порядок этот и до попытки его нарушения был крайне убогим, если не сказать — ублюдочным.
Все произошедшее в России после октября 1917 года лишь подтверждает все вышесказанное: немецкие политэкономия и научный коммунизм Карла Маркса относительно мирно прошагали по всей Европе и только у нас, превратившись в большевизм, уничтожили целую державу, и для чего? Только для того, чтобы вскоре здесь восстановилась абсолютная монархия в наихудшем ее виде — в образе сталинской тирании.
Феномен современной стабильности
Теперешняя стабильность выглядит странно. Удручающе неоднозначно она выглядит. Если попытаться коротко привести ее основные характеристики, получится какая-то чудовищная нелепость, которой и в природе-то вроде бы существовать немыслимо.
Начать следует с основ официальной идеологии, которые официально же никем не признаются. Она (идеология эта) сегодня зиждется на могилах двух "предков". Одна условная могила имеет адресом Красную площадь и называется "Мавзолей В.И.Ленина", вторая находится в Петропавловском соборе Санкт-Петербурга и является перезахоронением останков последнего государя Российской империи, убиенного вместе с домашними тем самым В.И.Лениным.
С этого начинаются разговоры о "загадочной русской душе" и о стране, "умом которую не понять" и не измерить ни аршином, ни веревкой, ни самым точным штангенциркулем. Я вовсе не хочу сказать, что Ленин был исключительно кровавым убийцей, а Николай Второй невинной овцой. Просто невозможно двигаться в каком-либо избранном направлении, когда глаза, находящиеся на одной физиономии, смотрят в противоположные стороны. Это, конечно, при условии, что движение производится лицом вперед, а не так, как издавна привыкло российское руководство.
На чем держится нынешняя стабильность в экономике страны? Она стоит на двух черепахах, ползущих в разные стороны. В одной стороне находится декларативное утверждение о нерушимости частной собственности, в другой — камера в Матросской Тишине, в которой сидит заложник. Глядя на этого заложника, все еще не посаженные должны производить своевременные откаты организации, имеющей право на захват заложников, — российским властям.
Что обеспечивает стабильность (как мне опостылело это слово) и незыблемость федерального устройства России как единого государства? Это, вероятно, с одной стороны, глупые и помпезные празднества на Красной площади, где ряженые демонстрируют верность колоний метрополии; с другой стороны, в глаза бросается следующий, например, факт: Москва забирает 65% всех налогов Иркутской области, а "возвращает" обратно — одну треть от этих самых процентов. Самое грустное (или смешное?), что мы с вами даже не знаем, кого столь щедро кормим. Правда, догадываемся.
Перспективы?
Про них мне ничего неизвестно. Главное, чтобы нас не постигло очередное иноземное нашествие. Потому что тогда мы соберемся, сконцентрируемся, отмобилизуемся и, раздолбав на этот раз половину земного шара (принимая во внимание мощь современного оружия), все равно восстановим нынешнее прелестное статус кво. Зато совершенно точно обыграем всех и в футбол. Это исторический факт: самым успешным выступлением россиян на международной арене был вояж московского "Динамо" на Британские острова. Мы тогда уделали англичан, шотландцев и всех прочих как Бог черепаху. А произошло это осенью 1945 года.

Загрузка...