Мы наш, публичный, дом построим..?

Иркутские венерологи за здоровых жриц любви

Своей позицией в отношении работниц коммерческого секса с нами поделилась Нина Андреевна Долженицина, главный венеролог Иркутской области.
— Я ни в коем случае не осуждаю женщин, которые работают в сфер секс-услуг. Во всем мире, во всех государствах существует индустрия секса — разве мы должны быть исключением? К тому же востребованность этого бизнеса велика, он выбран жизнью, — философствует Нина Андреевна.
— В ваш центр обращаются проститутки?
— А как их угадаешь? У нас сейчас все исключительно анонимно, и о социальном статусе никто не спрашивает. А раньше, конечно, бывало. Например, так называемая мамка, содержащая притон, отправляла девочек проверяться по 5—6 человек. Сейчас такого нет.
— Почему?
— Потому что сейчас подобные заведения вышли на качественно новый уровень. Профессионалки тщательно следят за собой, это как техника безопасности при работе со взрывоопасными материалами. Если такая вдруг заподозрит, что заболела, то без всяких напоминаний обратится за помощью. А вот среди любительниц степень инфицированности гораздо выше. Это, конечно, наша боль. Ведь задача врачей — не осуждать проституток, а защищать общество.
Раньше, чтобы хоть как-то привлечь в наши стены девушек по вызову, мы устраивали скидки для групп, заводили годовой абонемент, лечение по которому было дешевле. Но сейчас такие услуги изжили себя. Редко кто из таких желает прилюдно разоблачаться.
— Вы думаете, много мужчин прибегает к услугам платного секса?
— Практически все! Мы знаем об этом из анкет, которые заполняют наши клиенты. Среди них и женатые мужчины, и молодые парни, которые приобретают первый опыт именно с проститутками. Вообще, жизненных вариантов очень много. Одно остается неизменным — проституция востребована, а потому было бы лучше, если б она была легализована.
Другой врач, Виталий Можаенко, сексопатолог, полагает, что ему проще было бы лечить своих пациентов, будь у нас в городе организованный публичный дом.
— С одной стороны, проституция — это явление аморальное, но всем известно, что она никогда не исчезнет. А вот если бы все было легально, то государство еще и прибыль бы имело, и, я думаю, не малую.
А вообще, я, как врач, за то, чтобы в городе появился публичный дом, где были бы соблюдены все санитарные нормы и работницы периодически проходили кожвенконтроль.
Почему я в этом заинтересован? Приведу вам один пример: приходит ко мне молодой парень, у него еще и опыта-то никакого сексуального не было, а он уже с комплексами — "А вдруг не получится?". Я провожу с ним беседу, вроде он все понял, но апробировать результат мы не можем. Потому что не с кем. Вот тут публичный дом оказался бы как раз кстати: там бы работали опытные, знающие, понимающие и мудрые женщины.
Думаю, что если бы появился публичный дом, то отпало бы сразу несколько проблем, а именно: милиционерам не нужно было бы больше никого ловить, нуждающимся в сексуальном контакте не пришлось бы подыскивать апартаменты для встречи и решать другие организационные вопросы, и отпал бы страх заразиться.

Метки:
baikalpress_id:  43 862