Отец принял роды у дочери прямо в машине

"Доча, ложись, держись за стул!" — кричал Олесе ее отец Николай Засухин. А сам в это время думал: а что делать с пуповиной?

Две недели назад жительница поселка Мишелевка Олеся Засухина родила своего сына прямо в машине по дороге в усольский роддом. И роды принимал ее отец Николай Засухин, поскольку врача рядом не было. Об этом необыкновенном случае репортаж корреспондента "Пятницы".

Необычные условия
— Найти кого? А, Олесю, чьи роды батя принимал в машине прямо? — реакция мишелевских жителей мгновенна. — А вы вот так езжайте.
В деревянной части Мишелевки улочки очень узенькие, домов много, номеров на них нет. Но мы находим Олесю быстро, потому что проблем в подробных объяснениях не возникает. В родном селении Олеся Засухина и ее отец теперь необычайно популярные люди, хотя сам поселок не такой уж и маленький. Кого ни спроси, все знают и Олесю, и про ее экстремальные роды. А сорокавосьмилетнему Николаю Александровичу за всю жизнь, верно, не приходилось столько говорить на эту тему. Несмотря на то даже, что у него трое дочерей и теперь уже трое внуков.
В покосившемся домишке нас встретила одна Олеся, поскольку ее муж Виталий работает в Ангарске и по две недели не приезжает домой. Саша, тот самый мальчик, которого ей пришлось родить в машине по пути в Усолье, ее второй сын. Ему всего двадцать дней. Старший Коля тоже еще малыш, ему год и восемь месяцев. Мальчишки крепко спят, а Олеся вспоминает, как это было.
Хорошо, что была суббота
— Седьмого февраля я одна была дома, когда начались схватки. Виталий был на работе, мама живет в Белореченске, а отец в другом доме. Я до отца, когда все, как обычно, дохожу за пятнадцать минут, а в тот день мне понадобилось полчаса. К тому же мне надо было еще дойти до бабушки, отдать ей Колю, собрать свои вещи. Схватки у меня в шесть утра начались, но, пока я все сделала, к папе пришла только в половине восьмого. Скорую мне сказали на дом не вызывать, но я бы и не смогла, потому что телефон только у папы есть.
Хорошо, что это была суббота и у Николая Александровича был выходной день. Вообще, он работает в мостоотряде, строит и ремонтирует мосты. На работе мы его и застали.
— Она пришла, я смотрю, ей уже невмоготу, — рассказывает уже он сам. — Взял я ее сумку, пошли мы в больницу. У нее уже по дороге стали воды отходить, она приседать начала. Хорошо, думал я тогда, хоть идти недалеко до больницы — минут пять. В больнице же она вообще стала загибаться. Я еще хотел сказать врачам, чтобы роды прямо там принимали, а потом подумал, что кто-то из врачей все равно поедет сопроводить ее в усольский роддом.
В Мишелевке когда-то тоже был свой роддом. Причем хороший роддом, где оказывали квалифицированную помощь. Сюда даже из города приезжали рожать женщины, чьи родные живут в Мишелевке. Но потом посчитали, что необходимости держать здесь большой персонал нет, и роддом закрыли. Когда-то и больница здесь была на сто коек, а теперь их всего пятьдесят. Были здесь раньше и квалифицированные медсестры — их сократили.
Рожать-то негде
— А теперь случается, у нас рожают прямо в приемнике, — рассказывает врач-хирург мишелевской больницы Любовь Пушкарева. — А ведь это проходное место. Сюда приводят больных с ранами, с температурой, еще с чем-либо. Там же всем и оказывают помощь, а стерильности там, как в родильном зале, нет. И все рожают там, потому что рожать негде. Только в этом году у нас на учете стоит сорок беременных, а сопроводить их в Усолье не всегда хватает врачей.
Как утверждает Любовь Пушкарева, а также остальные врачи мишелевской больницы, проблема укомплектованности медперсоналом больницы оставляет желать лучшего. Врачей катастрофически не хватает.
— Уже после этого случая два раза приходилось отвозить больных в Усолье, — говорит Любовь Пушкарева. — Одну роженицу и больного мальчика. А когда мальчика привели и было решено его сопровождать, тут же пришел мужчина с гипертонией. Ему тоже нужна была срочная помощь. А что делать врачу, не разрываться же? Ну и отправили мальчика одного на машине скорой помощи, и тут же нам из Усолья звонят и ругаются: у вас только что такой случай был, а вы снова за свое?
А как иначе, стенают мишелевские врачи, если нет другого выхода? Если видишь, что человек сам доедет, оказываешь первую помощь — и в путь. В тот день, когда Олесе пришлось рожать, дежурила как раз Любовь Пушкарева.
"Она вам кто, жена?" — "Нет, дочь"
— Олеся Засухина пришла как раз в конце моего дежурства, — рассказывает она, — я ее осмотрела. Но я не гинеколог, а хирург, поэтому я осмотрела ее только сверху, а внутри не стала. Акушера-гинеколога у нас не было, она отпросилась и уехала за день до этого. Я посмотрела окружность живота, высота матки была нормальная, головка плода прижата. Я просто не рассчитывала на то, что будут такие срочные роды. По моим расчетам, она должна была доехать до Усолья. Я ее и отправила с отцом, потому что медсестры на скорую помощь у нас нет. Мне уже приходилось сопровождать своих больных до Усолья, и дело не в том, что мое дежурство закончилось. Если бы я могла предположить, что такое случится, я бы не посмотрела на свое свободное время и поехала бы. Но я решила, что она доедет.
— Когда подошла машина скорой помощи, — продолжает свой рассказа Олесин папа, — водитель принес носилки, мы быстренько Олесю на них положили, и я к врачам: давайте быстрей, поехали! А Пушкарева говорит: я не поеду, у меня дежурство закончилось.
Поехали без нее. Ехать до Усолья от Мишелевки на машине скорой помощи около часа. Больных быстрее не повезешь, да и машина не оборудована сигнальным маячком — не погонишь. До Сосновки, что находится километрах в двадцати от Мишелевки, Олеся еще стойко держалась.
— А за ней уже все — началось, — вспоминает Николай Александрович. — Я еще думал: может, заскочить в больницу в Белореченске. А потом решил, что можем дольше провозиться, а ну как успеем до роддома в Усолье? А Белореченск только проехали, Олеся и закричала: "Папа, я больше не могу, однако, он сейчас пойдет".
Доча, хватайся за стул!
Отец живот дочери пощупал, ребенок шевелится. Воды уже отошли, пришлось раздевать.
— Я ей говорю: доча, ложись, хватайся за стул. Я ей все снял, одеяльце под низ положил. Только за Белоречку заехали, до Московского тракта недалеко оставалось, ребенок и пошел. Я сперва испугался, что делать-то, не знаю! Все боялся, что он как-нибудь неправильно выходить начнет, боком или ножками. Смотрю — головка пошла, дальше все нормально. Я его и поймал. Пеленкой обмотал. А что делать с пуповиной? Олесю сперва до тракта сам держал: одел немного, тапочки дал, шубой укрыл — холодно же в машине. Потом она уже перед трактом зашевелилась, я ее приподнял и ребеночка ей дал. Прямо так, с пуповиной.
Минут через пятнадцать после того, как ребенок появился на свет, машина наконец-то подъехала к роддому. Водитель даже не понял, что женщина уже родила, выскочил из машины, начал суетиться. "Присмотреть за ней надо, — кричал, — а то вдруг родит!" Когда ему новоиспеченный дед ответил, что не надо уже рожать, все сделано, водитель только глаза выпучил — как так? Вышла медсестра и, узнав, что машина из Мишелевки, только и вздохнула: "Вечно они в Мишелевке дотягивают до последнего".
— Меня спросила, — говорит Николай Александрович, — она вам кто, жена? Дочь, говорю! Она улыбнулась: "Ребенок в отличном состоянии, а кто родился, сами знаете".
Любимый внук
Всю ночь Николай Засухин беспокоился, как там дочь с внуком. Утром позвонил в больницу, сказали, что все хорошо. Только у Олеси температура поднялась, так как не сразу ей квалифицированную помощь оказали, послед не сразу вышел. Впрочем, через четыре дня ее уже выписали, потому что у нее и ее младенца все было прекрасно.
— Нет, — говорит Олеся, — я никаких претензий к врачу Пушкаревой предъявлять не буду. Мне все равно к ним снова лечиться идти надо будет. Все же хорошо закончилось, какой ущерб-то возмещать? Если бы что-то случилось, конечно, тогда возможно. Но если бы что-то случилось, может, и меня бы уже не было. Я просто не понимаю такого отношения, но конфликтовать с врачами не хочу. Отец же мне сильно помог. Что бы я без него делала? До сумки, до одежды сама бы не дотянулась. Так бы родила на кушетку. А холодно было.
Ответственность?
— Если бы с ней не было папы? — задумывается Любовь Пушкарева. — Это был бы караул. Если бы папы не было, мы бы ее все равно отправили, но что бы со мной было — я не знаю. А если бы еще что с ней случилось? Но все хорошо, что хорошо кончается.
История на этом действительно, похоже, закончилась. К Пушкаревой после этого приезжала комиссия из райздрава, разбирались. Сделали ей внушение. О том, что ее ждет какое-то наказание, Любовь Пушкарева догадывается, но пока не знает точно — какое. Вообще, работает она в этой больнице тридцать два года, и проколов, говорит, еще не было.
— И вообще, с больными у меня не было скандалов, жалоб на меня никаких за все время не было. Ну вот такое случилось. А могло случиться с каждым.
Сложно сказать сейчас, кто виноват. Врач или отсутствие финансирования поселковых больниц. Главное — все хорошо закончилось. А маленький Саша у дедушки наверняка будет теперь самым любимым внуком. Вон ведь сколько нервов из-за него было потрачено!

Метки:
baikalpress_id:  6 629