Сердечные люди

Сейчас очень активно распространяется мнение, что россияне гибнут в основном потому, что слишком много пьют и друг в друга стреляют. Неправда это. Больше всего люди умирают от сердечно-сосудистых заболеваний. По статистике, в структуре общей смертности населения в Иркутской области сердечно-сосудистые заболевания составляют 46,5%. За последние пять лет уровень смертности вырос на 29,5%. Каждые 25 минут от сердечно-сосудистых заболеваний в регионе умирает один человек.

Между тем еще тридцать лет назад в областной больнице был создан уникальный кардиохирургический центр, при должном непрерывном развитии которого сегодня мы имели бы совершенно другую картину. Но усилия создателей не были оценены, а многие возможности оказались упущенными. В последние годы, однако, наметился прогресс. Областная администрация начала вкладывать в развитие центра деньги, и продолжение программы реконструкции заложено в областной бюджет с 2004 года. О том, в каком состоянии находится региональная кардиохирургия сегодня, рассказывает корреспондент "Пятницы".
Шел, упал и уже не очнулся
Знакомство с кардиохирургическим центром началось с беседы с главным детским кардиологом Иркутской области, научным консультантом центра, профессором Людмилой Брегель, которая непосредственно участвовала в разработке программы реконструкции и приложила немало усилий, чтобы программа начала воплощаться в жизнь.
— У нас по старинке кардиологических больных продолжают лечить таблетками и капельницами — а такой подход к лечению давно устарел, к тому же сейчас таблетки настолько хорошие, что ими можно и нужно лечиться дома, а в стационарах в мире на сегодня применяются гораздо более сложные методы лечения. Информированность населения в этом плане и состояние кардиологии в целом находятся на уровне середины прошлого века.
Люди подолгу не обращают внимания на опасные симптомы. Подумаешь, сердце прихватило. У некоторых больных до первого сердечного приступа вообще может не быть никаких симптомов. В результате человек шел, упал и все. Выясняется — инфаркт. К сожалению, такие внезапные смерти — это в первую очередь наша российская специфика.
{После первого сердечного приступа у 13% мужчин и 9% женщин в будущем возможна внезапная сердечная смерть. Однако при своевременном и адекватном лечении таких больных 88% могут вернуться к работе и долго и плодотворно трудиться.}
— Посмотрите, — продолжает Людмила Брегель, — кто на последнем месте по уровню смертности от ССЗ — Япония. Потому что они вкладывают в здравоохранение намного больше денег. Во всем мире кардиология и кардиохирургия являются наиболее развитыми и высокотехнологичными разделами медицины. Большинство россиян даже не представляют, каких возможностей современного лечения они лишены. Так, у нас считается, что кардиохирургическая операция делается тогда, когда человек уже находится при смерти. А во всем цивилизованном мире операции назначаются, когда люди еще нормально себя чувствуют, но болезнь сердца прогрессирует незаметно для них.
Помимо операций на открытом сердце на Западе успешно применяют мини-инвазивные технологии, например внутрисосудистую коронарную ангиопластику (в сосуд вводят баллонный катетер, и в участке сужения коронарной артерии начинают ее раздувать), а также имплантации современнейших интракоронарных стентов (это спиралька, которая постоянно поддерживает в раскрытом состоянии сосуд, и не нужно делать шунтирование). Наши врачи тоже могут делать эти манипуляции, но для этого нужно дооснастить центр необходимым оборудованием.
На энтузиазме далеко не уедешь
Вспоминает Владимир Медведев, кардиохирург: "Центр был основан более 30 лет назад выдающимся ученым и организатором Всеволодом Ивановичем Астафьевым. Это был настоящий подвижник, он создал целую хирургическую школу в Иркутской области. Практически все, кто сейчас работает в кардиохирургии, в гнойной хирургии, в экстренной в областной больнице, являются его учениками. Он уже тогда смотрел в далекую перспективу. Но судьба Всеволода Ивановича сложилась трагично — его отстранили от руководства кардиохирургическим центром, и он был вынужден уехать из Иркутска. В результате количество мест в кардиохирургии сократили до 50. Конечно, ни в коей мере это не отвечает реальным потребностям населения области.
Долгое время центр держался благодаря героическим усилиям врачей еще той, астафьевской, генерации, которые буквально творили чудеса в условиях, в которых вряд ли бы смогли работать западные хирурги, на аппаратуре тридцатилетней давности. Видимо, неспроста российские кардиохирурги считаются наиболее талантливыми.
{Факт: по уровню расходов на здравоохранение Россия находится в конце второй сотни среди всех стран мира. При этом, по данным ВОЗ, по уровню младенческой смертности мы в пятом десятке. Чем это достигается? Только лишь благодаря людям, работающим в медицине. Условия, в которых они работают, действительно производит грустное впечатление. Обшарпанные стены, разбитые полы... }
"Больница так выглядеть не должна, — говорит Людмила Брегель. — К медицине у нас отношение, как к парикмахерской, но от парикмахерской, равно как от комфорта ресторанов и магазинов, жизнь напрямую не зависит, а от уровня развития больниц зависит непосредственно".
Однако в этих обшарпанных стенах делаются те же операции, что и в ведущих мировых клиниках, однако число их гораздо меньше, чем нужно населению нашей области. Все шесть кардиохирургов центра имеют высшую категорию по сердечно-сосудистой хирургии и стаж работы от 15 до 30 лет. Практически нет таких задач, которые бы они не смогли решить. Посетовать стоит только лишь на то, что их талант, способности и золотые руки пока не дают полной отдачи, поскольку недостает техники, штатов, площадей.
Дети не должны умирать
В реанимации я увидела трехлетнего мальчика. Оказалось — из детского дома. Невыносимо больно было видеть это маленькое тельце, накрытое казенным одеяльцем. Ребенок и так обделен судьбой, да еще такой страшный недуг. Однако Медведев обнадежил: "Жить будет!"
О детской кардиохирургии разговор особый.
— Счастье, что наш центр существует, — говорит Людмила Брегель, — в большинстве регионов России ситуация намного хуже — у них таких центров нет. В области ежегодно рождается 25—30 тысяч детей, из них не менее 300 с врожденными пороками сердца. Без операции 80% из них умирают в возрасте до 3 лет, а у оставшихся продолжительность жизни менее 20—30 лет, и всю жизнь с рождения они являются тяжелыми инвалидами.
И таких детей, которым срочно нужна операция, огромное количество. Чтобы спасти им жизнь, сегодня их либо оперируют в Иркутске, либо везут в другие регионы. Но малое дитя трудно довести даже до Новосибирска — нередко ему необходима постоянная вентиляция легких. И практически все такие дети погибают до или после операции, даже если на искусственной вентиляции их удается довезти в иногороднюю клинику.
Между тем при своевременном выполнении операций большинство детей выздоравливают полностью, имеют нормальную трудоспособность и продолжительность жизни. Если в течение хотя бы 5 лет оперировать 200 детей в год с врожденными пороками сердца, то минимум 100 из них выздоровеют абсолютно, без всякого остаточного дефекта.
— Конечно, — продолжает Людмила Брегель, — наши кардиохирурги оперируют отдельных младенцев двух и трех дней от роду. Но для того, чтобы оперировать всех нуждающихся в этом детей первого года жизни, должны быть созданы условия. И мы сейчас этим активно занимаемся.
— Как это будет выглядеть на практике?
— В настоящее время в областном перинатальном центре создается отдельный блок патологии новорожденных. Там будут лечиться дети, в том числе с заболеваниями сердца. Для операции их будут перемещать оттуда. Также мы отлично понимаем, что детей нельзя разлучать с родителями. Какая мать оставит свое дитя одного в отделении? Поэтому планируем реконструировать палаты.
Полчаса между жизнью и смертью
Владимир Медведев показывает фотографии, на которых запечатлены основные этапы одной из самых сложных операций по вживлению искусственного клапана сердца. (Кстати, в Москве ее стоимость составляет более 6 тысяч долларов. В Иркутске же такую операцию делают бесплатно).
Обращаю внимание на необычные очки, которыми пользуются хирурги во время операции.
— Они дают увеличение в два с половиной раза — поясняет Владимир Медведев, — мелочь, кажется, но она позволяет сделать операцию более качественно. Стоят эти очки 1500 долларов, и, разумеется, в больнице такие траты не предусмотрены. Меня, к примеру, поддержал один бывший крупный руководитель. В настоящее время это оснащение также будет производиться за счет программы.
Профессия хирурга вообще вызывает к себе особое почтение, даже благоговейный трепет. Кардиохирурги — это элита, высший класс в хирургии. Их техники хватит, чтобы сделать любую операцию. Это признается всеми. Ведь не каждый сможет взять скальпель и творить чудеса, восстанавливая работу сердца. Здесь нужен особый талант и, конечно, огромное желание посвятить этому себя целиком. Потому что по-другому просто ничего не получится.
Кардиохирурги зарабатывают всего около 2000 долларов в год (для сравнения, средний американский кардиохирург при такой же нагрузке получает как минимум 300 тысяч долларов в год). Поэтому сейчас наметился дефицит кадров. Многие молодые талантливые ребята уезжают на Запад. В той же Москве Лужков всем врачам платит еще одну зарплату. Соответственно, и жить там легче.
— Случается, — рассказывает Медведев, — что рабочий день хирурга заканчивается не в четыре часа дня, как положено, а в 12 часов ночи и даже под утро. Бывают очень тяжелые случаи, усталость накапливается...
Но хирургу нельзя уставать. Его ошибка может оказаться роковой. Поэтому у каждого врача есть свой метод снять напряжение. Например, доктор Владимир Подкаменный — большой любитель горного велосипеда, катается по скалам вместе с сыном. Владимир Медведев когда-то очень сильно увлекался теннисом, участвовал в соревнованиях, даже тренером работал. Сейчас играет для себя. Другой хирург — Владимир Носков — на радость остальным коллегам и пациентам разводит рыбок. В каждом кабинете стоят аквариумы. А руководитель центра Юрий Желтовский признался, что увлекается хоккеем и рыбалкой. Зимой ездит на подледный лов, а летом разбивает палатку на Байкале и проводит там весь отпуск.
Картина получилась бы благостной, если бы не одно "но". Другие радости в качестве отдыха даже на отечественных курортах нашим хирургам просто недоступны. Что уж там говорить, если один из докторов с грустью признался, что бюджет его семьи практически целиком держится на хрупких плечах жены, которая занимается частным бизнесом.
Будущее выглядит не так мрачно
В заключение Юрий Желтовский рассказал любопытную историю, как несколько лет назад одна крупная западная инвестиционная компания намеревалась открыть свой филиал в Иркутске. Примечательно, что в первую очередь бизнесмены заинтересовались состоянием местной кардиохирургии. "Когда я спросил, зачем им это надо, они ответили, что вдруг приедет босс, и они должны знать, какую неотложную помощь могут здесь оказать на тот случай, если с ним случится сердечный приступ. И в результате эта компания обосновалась в Новосибирске, там условия лучше..."
{Кардиохирургия является основным показателем развития медицины в регионе.}
— Но ни одна страна мира не в состоянии обеспечить кардиохирургию только за счет государства, — продолжает Юрий Всеволодович, — для этого имеются дополнительные источники финансирования (благотворительные фонды, меценаты). У нас этого нет. Богатые сограждане едут лечиться за границу, хотя, видимо, недостаточно осознают, что лечение и наблюдение должны быть постоянными, а при внезапном сердечном приступе никто, никого и никуда уже не довезет.
Тем не менее сдвиги в положительную сторону происходят. Четыре года назад благодаря тому, что власти и депутаты обратили внимание на проблемы центра, удалось начать оснащение кардиореанимации по последнему слову техники, что позволило увеличить количество и качество операций. В результате по хирургии врожденных пороков сердца у детей наша область вышла на второе место после Новосибирска среди азиатской части России.
В 2004 году на реконструкцию кардиохирургического центра в Иркутске из областного бюджета выделено 7 миллионов рублей, а до 2008 года всего предусмотрено 105 миллионов. Конечно, это лишь часть от требующейся на переоснащение общей суммы в 5 миллионов долларов.
При медленных темпах финансирования хирурги даже через восемь лет не подойдут к заключительному этапу реконструкции областного кардиохирургического центра. Но они рады и этой малости. Ведь каждое вложение, пускай даже таких небольших денег, позволит спасти дополнительно еще чьи-то жизни.

Метки:
baikalpress_id:  6 567