Едва не задушил сына

Судебные приставы — бойцы группы быстрого реагирования — спасли ребенка, ставшего заложником непростых отношений между бывшими супругами

Информация об отце, пытавшемся задушить собственного сына на глазах у матери, чтобы не отдавать ей ребенка, облетела практически все местные СМИ. Мальчика спасли судебные приставы — они обезвредили разбушевавшегося мужчину и передали малыша маме. 

С героями этой истории, бойцами ГБР Геннадием Шадчиным и Александром Овсянкиным, встретился журналист «Копейки».

Геннадий Шадчин и Александр Овсянкин — судебные приставы по обеспечению установленного порядка деятельности судов специализированного отдела оперативного дежурства (ГБР) УФССП России по Иркутской области. Группа быстрого реагирования обеспечивает силовую поддержку на случай непредвиденных ситуаций.

Обычно график исполнительных действий, при которых нужна помощь бойцов ГБР, формируется за три дня. Но бывает, что их присутствие требуется немедленно, такой случай произошел в декабре.

Исполнительный лист пришел во время обеденного перерыва, силовая поддержка требовалась немедленно: предстояло сопровождать судебного пристава на передачу ребенка от отца матери по решению Иркутского районного суда. Отец в течение полугода прятал сына от бывшей жены, не давал  с ним видеться и даже общаться по телефону.

Начальник отдела Сергей Сухоруков назначил троих подчиненных — Геннадия Шадчина, Александра Овсянкина и Виталия Хлуднева, и провел с бойцами инструктаж.

— На инструктаже обычно рассказывают, куда мы едем, по какому решению суда, что за человек — должник, может ли проявить агрессию, имеется ли у него оружие, — рассказывает Александр Овсянкин. — Конечно, мы всегда готовы к нештатной ситуации, но в этот раз нас предупредили, что на имя должника зарегистрировано оружие.

Коттедж фигуранта находится в загородном поселке Марковского муниципального образования. Заходить на территорию частной собственности, в том числе в жилье, судебные приставы имеют право по решению суда.

Мама ребенка со своей сестрой приехали на место первыми.

— Когда мы только приехали на место, то сразу поняли: что-то не так, — вспоминает Геннадий Шадчин. — Выйдя из машины, услышали женские крики: «Помогите! Убивают!» Пристав-исполнитель дал команду: «Вперед!» Калитка  была открыта, мы забежали во двор. Там происходила борьба: отец держал мальчика двумя руками в районе шеи, прижав к себе, мама пыталась перетянуть  к себе, ее сестра кричала.

Мужчина, увидев судебных приставов,  повел себя агрессивно: «Вы кто такие?» Бойцы попросили: «Ребенка отпустите, пожалуйста!» Но в ответ услышали  брань.

— Мы подскочили к мужчине с двух сторон и начали одновременно отжимать его руки от шеи ребенка, — рассказывает Геннадий. — Упрямый отец, сопротивляясь, наклонился, пытаясь закрыть собой сына, и в этот момент сильно пережал ему горло. Мальчик вскрикнул. Тогда нам пришлось применить приемы рукопашного боя, и, когда малыша освободили, мама подхватила сына на руки.

Разъяренный мужчина продолжил сопротивляться, выкрикивая непечатные  угрозы в адрес жены и приставов, пообещав в ближайшее время расправиться со всеми.

— Понимаете, поведение у должника неадекватное, пришлось заломить ему руки за спину и надеть наручники, — говорит Александр. —  Когда мужчина успокоился, наручники  сняли.

Геннадий Шадчин служит в специализированном отделе оперативного дежурства (ГБР) УФССП России по Иркутской области 16 лет, Александр Овсянкин — 4 года. И у обоих это первый раз, когда пришлось применить силу.

— Мы же в форме, бронежилетах, у нас шевроны службы — видно, что люди при исполнении. Обычно этого хватает людям, чтобы не бушевать, — делится Александр.

В любом случае, даже если должник и бушует, у него мало шансов что-то доказать силой. В группе быстрого реагирования служат  крепкие, физически развитые мужчины. Александр Овсянников — мастер спорта России по панкратиону, единственный в Иркутской области обладатель зеленого берета, отличительного знака службы судебных приставов, аналога крапового берета у СОБРа. Получить его непросто. Александр ездил за ним в Мордовию в 2014 году. Претенденты на ношение зеленого берета со всей России, всего около 100 человек, должны доказать, что они этого достойны.

— До финала доходят человек 8—10, — говорит Александр. — Бег, стрельба, полоса препятствий, бои... 

Оказать силовую поддержку судебные приставы готовы в любое время дня и ночи.

Геннадий Шадчин вспоминает случай, произошедший в 2009 году, когда после пожара в клубе «Хромая лошадь» в Перми началась тотальная проверка всех увеселительных заведений по стране. В Иркутске тогда закрыли кафе в Ново-Ленино. 30 декабря приставы съездили туда на исполнительные действия, а 31-го в десятом часу вечера Геннадия вызвали на работу.

— Вечером я был на пути к праздничному столу, и мне позвонил командир: «Собирайся, за тобой едет машина!» — говорит Геннадий. — Оказалось, что, несмотря на запрет, кафе открыли и люди пришли праздновать. Свою работу мы закончили без пяти двенадцать. Вышли на улицу, встретили Новый год, посмотрели салют, разъехались по домам.

Возвращаясь к недавнему случаю, Геннадий Шадчин признается, что не понимает, как можно делать ребенка разменной монетой при ссоре супругов.

— Мы же в цивилизованном мире живем, — говорит он. — Люди всегда могут договориться по-хорошему, они просто обязаны сделать так, когда речь идет о собственном сыне.

 Геннадий Шадчин (слева) и Александр Овсянкин (справа)
Геннадий Шадчин (слева) и Александр Овсянкин (справа)
Загрузка...