Единственная из Иркутской области

Иркутская журналистка Ника Песчинская утром в четверг, 25 августа, вернулась с Олимпиады в Рио-де-Жанейро. Получить право работать на Играх — само по себе дело нелегкое, но, кроме этого, нужно еще найти деньги на поездку!

Как это вообще стало возможно, что журналист из региона, довольно отдаленного, сумел пробиться на главные спортивные Игры планеты? Что для этого нужно и какой ценой далась поездка?

Рио-де-Жанейро: цены и эмоции

— Ника, с возвращением в Иркутск! Расскажи, что нужно, чтобы попасть на Олимпиаду? Очень захотеть?

— Я много лет об этом мечтала, но жила в убеждении, что вот судьба такая: одни ездят на Олимпиады, а мы смотрим по телевизору — ничего страшного. Надо понять, что это возможно. Что это для всех. А не только для избранных. Как-то не приходила в голову простая мысль: поезда ходят, самолеты летают, можно взять и приехать. Все переменилось после форума региональной прессы, который проводило РИА «Новости» в Сочи в преддверии Олимпиады-2014. Благодаря общению там я поняла главное — на Олимпиадах работают такие же люди, как мы. Это смешно, но до этого мне казалось, что все это… не для нас.

— Для работы на Олимпийских играх нужна аккредитация. Как ты ее получила?

— Вообще, аккредитацию получают не люди, а издания. Они отправляют заявку в Олимпийский комитет России, где указывают, сколько людей они хотели бы аккредитовать. Если ее одобрят, то уже само издание решает, кого отправить. Трибуны для прессы не резиновые, на каждую страну выделяют определенное количество мест. Например, на Олимпиаде в Рио квота для России — для пишущей прессы — составила немногим более 60 человек. И, конечно, в основном квота распределяется между столичными СМИ. Но и у региональных есть шанс, как нам рассказали. Все зависит от рейтингов, тиражей, уровня. При этом ОКР дает возможность получить еще и именные аккредитации. Вот такую и дали мне, как призеру конкурса «Газпром — энергия побед», за второе место. Признаюсь: я сразу же хотела отказаться. Слишком далеко эта Бразилия, слишком много нервов ждало меня с поиском спонсоров, а время бы поджимало и нервировало… В общем, я не хотела этих нервов. Но спасибо людям, которые мне говорили — не спеши отказываться, жди, пока сроки позволяют. И все в итоге получилось.

— Читатели «Пятницы» уже знают, что ты собирала на эту командировку буквально с миру по нитке. И как же шел поиск спонсоров?

— Я что только не делала. Звонила всем знакомым, у которых могут быть знакомые, которые могли бы помочь… Все бесполезно. Но постоянное общение со спортсменами сделало свое дело: начинаешь понимать, что такое цель, приоритеты, мотивация. Если цель — поехать на Олимпиаду, то очень многое делаешь как бы просто так, ничего при этом не зарабатывая. Я много времени тратила на написание и рассылку разных писем, на переговоры, звонки. Везде шли отказы. Казалось, что все это пустой труд и шансов никаких. Но буквально за несколько дней до Олимпиады мне помогли предприятие «Сервико», Фонд Щапова, Фонд Тена. И я поняла: все предыдущее было рудой, которую необходимо перелопатить, чтобы выкопать бриллиант.

— Ника, расскажешь читателям, сколько стоила командировка на Олимпиаду?

— Билет Иркутск — Москва — Сан-Пауло — Москва — Иркутск я покупала заранее, в феврале. Это стоило 125 тысяч рублей. Спасибо знающим журналистам, которые посоветовали брать билет не до Рио, а до Сан-Пауло. Автобус Сан-Пауло — Рио-де-Жанейро стоит 2 тысячи рублей в одну сторону. А самолет сразу до Рио — дороже на 37 тысяч! Есть разница? Тут важно не стесняться спрашивать бывалых коллег. С жильем я дотянула до последнего. Сборную России держали в неизвестности: едет она или нет? Но когда сказали — едет, то все гостиницы были заняты. И тут один журналист написал в «Фейсбук», что ищет компаньона вместе снимать квартиру. Квартира рядом с метро обошлась нам по 35 тысяч рублей на каждого — с 4 по 22 августа. Опять же нужно спрашивать и искать. Если не ориентируешься в этих сайтах поиска жилья — нужно искать тех, кто ориентируется. Волонтер Анжела из Братска, которая сейчас живет в США, нашла прекрасный хостел за 20 долларов в сутки с завтраком и бассейном. Она тоже искала компанию, но я ее призыв как-то пропустила.

— А еда? В дни Олимпиады это же все безумно дорого…

— Дорого в самом олимпийском парке и на объектах. Какой-нибудь сухой гамбургер или сандвич — рублей 400. Многие брали местный фастфуд в городе вроде наших пирожков или самсы — очень вкусно, пять-шесть реалов за штуку, то есть рублей 100—120. Но очень быстро мы нашли в городе отличные кафе, где настоящая бразильская еда — мясо, фасоль, овощи, жареные бананы, креветки и другое — продается на вес. За 200—300 рублей — большая тарелка всего. Все это можно брать с собой и спокойно есть в пресс-центре. В этом плане в Рио была полная демократия.

— Проезд на общественном транспорте стоит дорого?

— Если говорить о журналистах, то всем аккредитованным даются карточки на весь городской транспорт — метро, автобусы. Мы вообще ничего не тратили. В кассе карта на один день стоит 25 реалов. Вообще в плане транспорта мне все очень понравилось — не было никаких сбоев. Автобусы, что по олимпийскому парку, что на объекты и в город, там ходили один за другим, без давки и ожидания.

— А насколько сложна сама работа? Ведь это уровень совсем не тот, что местный…

— Если честно, раньше я думала, что хорошая информация на Олимпиаде — как товар, который расхватывают самые передовые СМИ. А мне достанется разве что цвет шнурков какого-нибудь чемпиона. Но там все в равных условиях. Если любишь спорт и не задаешь глупых вопросов, то никто не смотрит, откуда ты. Люди отвечают подробно, добросовестно. Но… на Олимпиаде спортсмены часто находятся в особом состоянии духа. И кто-то охотно идет на контакт, как наш пловец Алексей Брянский. Он встретился с нами до старта, рассказал, как живут в Олимпийской деревне. А кто-то категорически против общения.

— Какие еще сложности на Олимпиаде?

— Первые дни уходят на адаптацию. То тебя не туда направили волонтеры, а пока ты искал нужный объект, соревнования закончились. То водитель не туда увез, или сел телефон, или пропал Интернет. Это злит невероятно. Как сказала одна дама из ОКР: «Ну, ничего, скоро все наладится, придет в норму… А там и Олимпиада закончится!» Так всегда и бывает. Только ты выучишь транспортную схему и освоишься — как пора уезжать.

Конечно, главная проблема Олимпиады — хочется успеть сразу и все. Поэтому надо вначале наметить какие-то точки, которые нельзя пропустить. Для меня такими точками стали выступления олимпийцев Иркутской области. А дальше — по желанию. И, конечно, желаний всегда гораздо больше, чем возможностей. Безумно жалко, что не удалось посмотреть какие-то экзотические для Иркутска виды. Но то, что удалось, гораздо важнее. Победы наших фехтовальщиц и теннисисток, дзюдоистов и боксеров — это непередаваемые эмоции. Просто посмотреть — это совсем не то. Посмотреть можно и дома по телевизору. Самое главное — общение. Когда вся Россия ликует — ты в это время разговариваешь с чемпионом. Трудно сделать выбор, когда старты совпадают. У меня был выбор — смотреть групповые упражнения в художественной гимнастике, где россиянки много лет не выигрывали ничего, кроме золота, или же матч сборной России по волейболу? Наши волейболисты, на тот момент действующие олимпийские чемпионы, проиграли бразильцам в полуфинале, им предстоял матч с США за бронзу. Я выбрала волейбол. Навсегда останется в памяти этот матч, который россияне проиграли на последних секундах, и глаза капитана сборной России Сергея Тетюхина, который после матча объявил, что уходит. Я понимала, что присутствую при историческом событии. Вот что такое Олимпиада и зачем на нее ехать.

  • Наши олимпийцы — молодцы!

Сегодня мы спросили у иркутян: «А вы знаете, как для России закончилась Олимпиада? Вы следили за медальным зачетом?»

Дарья:

— После того как начались проблемы с допуском наших спортсменов, за Олимпиадой не следила. Считаю, что нас устранили как самых сильных соперников. Хотя пару раз попадала на прямые включения и поболела за наших пловчих и борцов. Знаю, что мы на 4-м месте в общем зачете.

Василий:

— Олимпиаду смотрел и очень болел за борцов, пловцов, шпажистов и фехтовальщиков. С интересом наблюдал за велосипедными гонками. Четвертое место в медальном зачете — это тоже неплохой результат для нашей команды, особенно в условиях того давления, которое на них оказывал МОК.

Алина:

— Конечно, знаю! Мы на четвертом месте в медальном зачете. Смотрела трансляции соревнований по синхронному плаванию, гимнастику, прыжки в воду, волейбол, гандбол, борьбу, легкую атлетику и велосипедистов, и, конечно, открытие Олимпиады.

Татьяна Николаевна:

— Да, следила внимательно. В неофициальном медальном зачете РФ заняла 4-е место. 19 золотых медалей — это, конечно, хорошо, но их могло быть гораздо больше, если бы не отстранение наших легкоатлетов от Олимпиады. Очень обидно.

Татьяна:

— Мы заняли 4-е место в общем медальном зачете. Я старалась не пропускать трансляции Олимпиады и, конечно, следила за успехами наших спортсменов. Особенно меня покорило выступление российских синхронисток.