Дело Екатерины Коверзневой: наказание за преступление

В понедельник Иркутский районный суд вынес приговор Екатерине Коверзневой, в июле прошлого года сбившей на внедорожнике семью из Железногорска (мать, отца, сына и бабушку).

Выжил в аварии только отец Евгений Баранов. Семь с половиной лет лишения свободы с отбыванием в колонии общего режима — таков вердикт судьи.

О назначенном судом наказании по делу о ДТП в Листвянке мы поговорили с Владимиром Алексеевым, управляющим партнером юридической компании Russian Lawyers Company, адвокатом потерпевших Оксаны Бароновой и Евгения Баранова.

— Владимир Сергеевич, а каково ваше личное отношение к делу Коверзневой?

— С одной стороны, мне по-человечески жаль ее: достаточно молодая женщина получила лишение свободы. Но с другой стороны, нужно понимать, что, перед тем как сесть за руль, она позволила себе выпить. И это привело к трагедии. В моей 12-летней адвокатской практике это было самое резонансное дело.

— Насколько это дело вошло в вашу жизнь? Близкие наверняка интересовались ходом судебного процесса?

— Да, конечно, всех интересовало, когда Коверзневой вынесут приговор. А мне было важно защитить интересы потерпевших. Бывали прецеденты, когда люди совершали ДТП, в том числе со смертельным исходом, и избегали реального срока. Передо мной стояла цель не допустить этого.

— Ожидали вы такого приговора?

— Для меня было важно, какой окажется конечная квалификация преступления — устоит ли в ходе процесса признак опьянения по вменяемой подсудимой статье. Что касается размера наказания, я считаю, что приговор взвешенный, выверенный и справедливый.

— Ходили слухи, что Коверзнева может подключить серьезные связи. Вы ждали каких-то подводных камней?

— Были разговоры, что подсудимая имеет влиятельных покровителей, и мы готовились к разным поворотам. Благодаря профессиональной работе прокуроров позиция Коверзневой, что выпила она после ДТП, не была принята судом. Хотя, надо сказать, такие случаи распространены в рамках административных дел.

— Многие боялись, что Коверзнева избежит реального срока, сравнивая ее случай с делом Анны Шавенковой, несколько лет назад сбившей двух сестер на тротуаре в центре Иркутска. Можно ли вообще сравнивать эти дела?

— Они абсолютно разные. Шавенкова в момент аварии была трезвой, хотя и не опытной в вождении, ее занесло на рельсах и вынесло на тротуар. Коверзнева была более дерзкой — не имела водительских прав (они были просрочены. — Прим. Авт.), находилась в состоянии опьянения.

— Что было самым трудным в деле?

— Был период, когда потерпевшие нервничали, поскольку время шло, а процесс все откладывали. Сложно было понять, когда будет поставлена точка. Переживания были и по поводу психиатрической экспертизы. До этого Коверзнева якобы наблюдалась у врача-психиатра, это стало основанием для назначения экспертизы. У нас были мысли, что все это спланировано, хотя Коверзнева не производила впечатления неадекватного человека.

— Что вы знаете о Екатерине Коверзневой как о человеке?

— Я знаю о ней только то, что есть в материалах уголовного дела. Она производит впечатление образованной, достаточно умной женщины. Конечно, она переживала из-за произошедшего и в то же время боролась за себя. Было видно ее понимание, что жизнь после аварии кардинально изменится.

— Есть ли у виновницы ДТП шансы на обжалование приговора?

— Она, конечно, подаст апелляционную жалобу. Учитывая, что вину Коверзнева признала частично, одним из основных доводов будет то, что признак опьянения нельзя считать доказанным. Наверняка закончит жалобу тем, что считает приговор незаслуженно строгим. Но я не сомневаюсь, что квалификация преступления останется без изменения. Что касается назначенного размера наказания, его изменение в меньшую сторону представляется мне маловероятным.

— Размер компенсации пострадавшим был удовлетворен судом частично. Будут ли они оспаривать решение?

— Мы настаивали на удовлетворении иска в полном объеме, сейчас с доверителями обсуждаем возможность обжалования этой части приговора. В принципе, 5 миллионов рублей тоже немало. Я обобщал практику о взысканиях, вытекавших из подобных преступлений; как правило, суммы гораздо меньше. Скорее всего, здесь сыграло роль то, что среди погибших — ребенок. Миллион, который Коверзнева уже передала потерпевшим, входит в назначенную сумму. Соответственно, она должна возместить еще 4.

Мы спросили иркутян: «А вы следили за ходом суда по делу Коверзневой? Было интересно, чем закончился процесс?»

Надежда:

— Интересно было узнать, какой приговор вынесли. Считаю, что семь с половиной лет — это мало. Она убила троих человек. По-моему, за это она должна отсидеть как минимум 15 лет и всю оставшуюся жизнь помогать родственникам погибших.

 

Андрей:

— Не то чтобы следил, но слышал о суде над Коверзневой. По-моему, больше пяти лет ей дали. Мне кажется, приговор вполне справедливый за ее преступление.

 

Надежда Николаевна:

— Конечно, следила. Хотелось бы, чтобы суд над такими был построже. А то совсем распоясались — считают, что им все можно. Поэтому приговор должен быть строгим, чтобы другим неповадно было садиться пьяными за руль.

 

Олег:

— Процессом не интересовался, но знаю, какой вынесли приговор. Коверзнева сбила людей не специально, думаю, приговор вынесли справедливый.

Материалы в тему: 

Госдума России обяжет педагогов одеваться сдержанно и скромно

Комитет Государственной Думы России по вопросам семьи, женщин и детей и комитет по вопросам образования приступили к написанию федерального кодекса школьной чести. Как сообщает 5 августа 2013 года газета «Известия», в кодексе обозначат правила поведения и нормы внешнего вида не только для учеников, ...
baikalpress_id:  95 506