Дача трех генералов

История усадьбы Сукачева пополнилась новыми фактами

Как неожиданно и причудливо иногда переплетаются прошлое и настоящее! Интернет помог Музею-усадьбе В.Сукачева в Иркутске ликвидировать белые пятна в истории начала XX века. На электронную почту музея пришло письмо из Чехии, в котором господин Йинджих Скацел сообщил: он внук чешского легионера, жившего в 1919 году в усадьбе. Автор письма прислал несколько фотографий, подтверждающих его слова. Между заведующей усадьбой Сукачева Натальей Гончаренко и господином Скацелом завязалась переписка. 

— Все, что касается истории усадьбы, очень важно и для нас, и для Иркутска, — считает Наталья Валерьевна. — Есть еще белые пятна, потому что источников информации и упоминаний о них не так уже и много. Мы знаем историю строительства усадьбы и того периода, когда Владимир Платонович Сукачев здесь жил с семьей, есть фотографии тех лет. Но многие подробности того, что происходило после отъезда Сукачевых из Иркутска в Петербург в 1898 году, нам не известны. Усадьба оставалась их собственностью, находилась под присмотром доверенных лиц. Но вот была ли она законсервирована, или в ней продолжали жить люди — мы не знали точно. Это был сложный период революции и Гражданской войны. Существует акт о передаче усадьбы со всем имуществом от Надежды Владимировны Сукачевой новой власти, но это уже сентябрь 1920 года. В акте перечисляются строения: флигели, конюшня, а также очень необычный список предметов — например, шары бильярдные поломанные, лампа разбитая, словом, испорченные и сломанные вещи. Раньше мы могли лишь строить догадки, почему это происходило так, и предполагали, что здесь поживились мародеры. И вот теперь появился человек, чей дед жил в усадьбе в 1919 году, и этот человек знает о неизвестном нам периоде достаточно много.

Первое письмо от Йинджиха Скацела пришло 23 апреля, и с тех пор мы переписываемся каждый день и узнаем все больше и больше интересного.

Йинджих Скацел рассказал, что его назвали в честь деда — чешского легионера. В 1919 году дед жил в Иркутске, и ему очень нравились и город, и дом, и он часто рассказывал детям и внукам о том, как ему здесь было хорошо. Усадьбу тогда называли дачей трех генералов. В большом, главном, доме усадьбы жили семьи двух российских генералов — Эллерц-Усова и Михаила Никитина. Эллерц-Усов воевал на фронте на стороне Белой армии, оставил здесь жену и тещу. А Никитин — временно назначенный на должность начальника штаба Восточно-Сибирского (впоследствии Иркутского) военного округа и 4-го Восточно-Сибирского армейского корпуса в войсках Временного сибирского правительства — к тому времени умер от тифа, и в доме жили его жена и две дочки. И вот в этот же большой дом на постой определили чешского генерала Сырового и двух его адъютантов, одним из которых и был Йинджих Скацел.

В одном из двух маленьких домов жили бедняки, в другом — служащие железной дороги.

— На фотографиях, присланных из Чехии, изображены две девочки в белых платьях, видно, что не крестьянки, — рассказывает Наталья Гончаренко. — Йинджих рассказал, что это и есть дочери генерала Никитина. Судя по фотографиям, сделанным и зимой, и летом, прожили они здесь не менее года.

В Иркутске чешский легионер вел дневник, в который записывал все, что с ним происходило в городе, а по возвращении на родину написал и издал книгу, которая называется «С генералом Сыровым по Сибири». Дневник сохранился до сих пор, как и фотографии тех лет. Все это стало семейными реликвиями, и теперь наш современник, полный тезка чешского воина, делится информацией с Музеем-усадьбой Сукачева.

Йинджих Скацел рассказывал внуку о боях в декабре 1919 года, в честь которых в Иркутске названы улица (Декабрьских Событий) и площадь (Декабристов). Бои шли вокруг усадьбы, стреляли и по окнам в домах. Чтобы сохранить картины, чехи сняли их со стен. Но шальная пуля пробила любимую картину Скацела, которую тот называл «Девушка с растрепанными волосами»: это «Нищая» Ильи Репина.

— Было известно, что «Нищую» реставрировали, но о том, что дыра в полотне была именно от пули, мы узнали только из переписки, — поделилась Наталья Валерьевна. — Понимаете, это вроде мелкие факты, но именно из них и воссоздается история. Сенсацией для нас стала фотография, на которой видно, что одна из беседок в усадьбе — на дальнем гроте ажурная, кованая. До сих пор историки были уверены, что здесь все элементы только из дерева.

Сотрудникам музея удалось найти и общий вид грота — на картинке учителя и самодеятельного художника Ивана Михайловича Любимова. Он нарисовал его карандашом в далекие 20-е годы прошлого века. На картинке надпись: «Грот, Сукачевская роща, улица Ланинская, 44. Бесполезная барская забава».

На днях Йинджих Скацел-младший написал, что приготовил для музея-усадьбы подарок: он разыскал в антикварном магазине и купил книгу, написанную его дедом. Для своих русских друзей он перевел несколько кусков текста.

Вот один из них:

«В то время большие аллеи пересекали сад. Одной из них, скрытой, не пропускавшей солнышка, во время Первой мировой войны солдаты — парни около 20 лет, дали название Аллеи любви. Именно вечером было здесь весело. Девушки из окрестностей здесь танцевали между белыми березами, как нимфы».

— Йинджих Скацел сообщил нам много интересных фактов, и теперь мы будем проверять их на соответствие реалиям, — пояснила Наталья Гончаренко. — Господин Скацел мечтает сам приехать в Иркутск, это было бы здорово. Теперь мы ждем фотографий из семейного архива в хорошем качестве и планируем выставку.

Переписка с Чехией продолжается. Благодаря ей иркутяне смогут узнать много нового об истории своего города.

Иллюстрации: 

Йинджих Скацел на фоне главного дома усадьбы
Йинджих Скацел на фоне главного дома усадьбы
Дочь генерала Никитина
Дочь генерала Никитина
Генерал Сыровый в своем кабинете в Иркутске
Генерал Сыровый в своем кабинете в Иркутске
Сукачевская роща. Генерал Сыровый с адьютантом Скацелом
Сукачевская роща. Генерал Сыровый с адьютантом Скацелом
baikalpress_id:  105 037