Чуклеме: национальный праздник собрал чувашей со всей Иркутской области

Потомки первых переселенцев проводят обряды, поют, танцуют и готовят собственное пиво
Заларинский умелец Леонид Захаров приехал на праздник вместе с сыном и внуком. Он представил свои работы из дерева, которые вызвали восхищение у всех гостей.
Заларинский умелец Леонид Захаров приехал на праздник вместе с сыном и внуком. Он представил свои работы из дерева, которые вызвали восхищение у всех гостей.

Каждую осень чуваши широко отмечают праздник Чуклеме. Сначала селяне следуют на поле, где заранее оставляют несжатыми несколько стеблей яровых. Там семьи вручную убирают остатки урожая, глава рода благодарит Бога и матушку землю  за богатый урожай и в качестве угощения преподносит сыр и чувашское пиво. Затем все дружно празднуют окончание полевых работ хороводами, играми, плясками и песнями.
Каждую осень чуваши широко отмечают праздник Чуклеме. Сначала селяне следуют на поле, где заранее оставляют несжатыми несколько стеблей яровых. Там семьи вручную убирают остатки урожая, глава рода благодарит Бога и матушку землю за богатый урожай и в качестве угощения преподносит сыр и чувашское пиво. Затем все дружно празднуют окончание полевых работ хороводами, играми, плясками и песнями.

Традиционный праздник, который отмечают все народы без исключения, — День урожая. В этот день на селе проходят концерты, проводятся игры, конкурсы, танцы. У представителей чувашской национальности этот праздник также в почете. С наступлением осени они проводят несколько старинных обрядов, связанных с полевыми работами. Как только уборка хлебов завершена, чуваши организуют осенний праздник Чуклеме, на котором они проводят поклонение верховному богу Туре, благодарят матушку землю за богатый урожай. В этом году чуваши решили разделить свою радость с жителями Иркутска. Они пригласили всех на праздник урожая, рассказали о традициях и обычаях своего народа, а также угостили всех желающих национальным напитком — пивом, секрет приготовления которого у каждой хозяйки свой.

Угощали сыром и пивом

«Знаете ли вы такой народ, у которого 100 тысяч слов, у которого 100 тысяч песен и 100 тысяч вышивок цветет?» — с этих слов начинает праздник Вероника Тимофеева, председатель организации «Национально-культурная автономия чувашей Иркутской области «Юлташ». Для участия в Чуклеме в областной центр приехали представители из Зиминского, Заларинского, Тайшетского районов. Именно туда во время Столыпинской реформы прибыли первые переселенцы из Чувашии. Кто-то, не выдержав суровых сибирских условий, вернулся на родину, однако немало семей остались в таежной глубинке, пустили здесь корни и начали писать новую историю рода.

Сегодня представителей чувашского народа легко найти в Новолетниках, Тагне, Перво­успенском... Несмотря на то что дети первых переселенцев давно обрусели, все они помнят историю своей семьи и участвуют в национальных праздниках. Не исключение и Чуклеме. В этом году в нем активное участие приняли молодежные коллективы. Подростки поют песни на родном языке, исполняют традиционные танцы.

— У чувашей широко бытуют разнообразные обряды, которые проводятся в самые значимые моменты жизни семьи, селения. Большое значение с древних времен чуваши уделяли возделыванию зерновых культур. С наступлением осени они поглощены заботами об уборке урожая, поэтому в эти месяцы проводятся лишь те обряды, которые связаны с полевыми работами. В сентябре проводятся обряды «Жертвенные колосья», моление по новому урожаю, благодарение. Чуваши кланяются природе, проводят праздники, — рассказывает Вероника Тимофеева.

По словам председателя культурного центра, предки убирали злаковые вручную, серпом, вязали снопы и клали их в битки. После уборки яровых на загоне оставляли несколько стеблей хлеба несжатыми. Вокруг них садились семьи, и глава произносил слова благодарности верховному богу Туре и матушке земле. В качестве угощения в землю зарывали кусочек сыра и лили немного пива. Жнецы просили, чтобы в следующем году снова был богатый урожай. Остатки яств они делили между собой и съедали.

Именно этот эпизод осеннего праздника чуваши продемонстрировали в Иркутске. Конечно, поля с зерновыми в областном центре не найти, поэтому пришлось импровизировать. На острове Юность были «посажены» злаковые, и вокруг них происходило все вышеуказанное действо. Под звуки баянов и чувашские песни участники праздника собрали урожай и накормили землю. Затем вместе с гостями устроили танцы, игры, хороводы.

«Потомки должны знать корни»

На Чукмеле собрались представители старшего поколения чувашского народа. Когда-то именно их предки основали в сибирской провинции несколько селений, а дети продолжают их дело. Среди постоянных участников всех национальных чувашских праздников и Елена Семенова. Второй год она является бессменным участником народного ансамбля «Йамра» в селе Новолетники Зиминского района. Его название переводится как «Ивушка». По словам Елены Петровны, в прошлом году Чукмеле проводили в Третьем Успенском (так называется один из поселков в Зиминском районе). Тогда все было организовано с широким размахом, на поле. В этот раз масштабы, конечно, поскромнее, однако главное — отдать дань природе, принести ей благодарность за труды. Так испокон веков делали ее предки, а теперь и она.

— Мой отец приехал в Сибирь после войны, а дедушка по материнской линии, Григорий Малинов, переехал во время Столыпинской реформы, в 1908 году. У него уже были взрослые дети. Сыновей он женил, помог построить дома. До революции все обжились, жили хорошо, дружно — все одной большой семьей. Вместе разрабатывали поля, сеяли, убирали. Имели домашний скот. Мама в семье была самая младшая. Ее баловали и родители, и братья. Она рассказывала, как вместе с остальными ребятишками каталась на жеребятах. В 30-х годах, когда началось раскулачивание, деду пришлось уехать. Ему не по нраву пришлась новая политика. Он забрал жену, дочь и уехал в Чувашию. А там тоже коллективизация шла. Он там пожил, выдал замуж маму за отца, и они вернулись снова сюда, в свой прежний дом. Вот так их судьба помотала туда-сюда.

Семья Елены Семеновой очень большая. Среди родственников у нее есть известные люди, например композитор Геннадий Маркиянов. Многие родственники и сейчас проживают в Чувашии.

— У моих родителей семеро детей, я средняя дочь. С рождения говорила только на родном языке, и это, конечно, благодаря отцу и матери. Все это сохранилось до школы. А потом началась учеба, педагоги преподавали на русском. Пришлось переучиваться. Так и выросла, вышла замуж за русского и переехала в поселок Осиповский. Там чувашей вообще не было, так что возможности для практики отсутствовали. И так прошло почти 50 лет. Наверное, судьбой было предопределено, что спустя столько времени меня пригласили поработать в ансамбль «Йамра». Меня, конечно, это предложение заинтересовало. Внешне я вылитая чувашка, хоть и позабыла свой родной язык. Многое пришлось восстанавливать, изучать, но кровь никуда не денешь. Даже спустя почти полвека знания стали возвращаться.

А вот дети Елены Петровны на чувашском не говорят. Все три сына уже взрослые, женатые люди. Примечательно, что младший из них взял в жены чувашечку. И их сын, внук Елены Семеновой, пообещал бабушке, что он обязательно выучит что-нибудь на родном языке.

— Жалко, конечно, что много упущено, потеряно, но тем не менее мы чтим своих предков. Дети, внуки спрашивают, где жили наши прародители, как они попали в Сибирь, как осваивали землю, и я рассказываю им все, что знаю сама. Потомки должны знать корни.

Семья врага народа

Еще одна участница ансамбля — Александра Кожевникова. Судьба ее семьи была очень непростой. Прадед Порфирий Иванов с супругой Вероникой приехал осваивать Новолетники в 1908 году. Жили скромно, вели свое хозяйство. Беда нагрянула в 30-х. Когда пришла весть о том, что начинается коллективизация и нужно вступать в колхоз, прадед отказался. За это он впал в немилость. В 1937 году его расстреляли в Пивоварихе как врага народа, а сына Аверкия сослали в Улан-Удэ, где след его потерялся.

Из семьи остались только супруга Аверкия, бабушка Александры Кожевниковой, с тремя детьми. В тот момент она ждала четвертого. Их выгнали из дома в феврале, а родственникам и всем жителям строго-настрого запретили брать семью врага народа на постой. Забрали всю утварь, одежду. Женщина и дети остались только в том, в чем были. Однако близкие не могли оставить обездоленных умирать на улице. Они пошли на хитрость. Каждый день кто-то из них топил баню и пускал туда на ночь мать с малолетними детьми.

Так они и скитались из дома в дом. Питались в основном очистками, поэтому постоянно голодали и болели. В результате четвертый малыш родился мертвым. Мама все же пошла работать в колхоз. Старшая ее дочь, Лиза, устроилась в няньки, Владимир, отец Александры, стал подпаском. Через какое-то время их все же пожалели и обеспечили жильем. Маленький домик был скорее как стайка для скота, но семье не из чего было выбирать. Пришлось довольствоваться и этим.

— Благодаря своему упорству и труду отец всегда был на хорошем счету у начальства. Он получил ордена, медали, ездил на ВДНХ. Почти всю жизнь проработал трактористом-комбайнером, механиком. Вместе с женой вырастил пятерых детей. К сожалению, супруга умерла рано, когда самому младшему исполнилось только полтора года. Поэтому отец поднял всех сам, дал образование, — рассказывает Александра.

Она вспоминает, что в детстве тетя Лиза говорила с ними только на чувашском зыке, а когда дети пошли в школу, перешла на русский.

— Нам было тогда тяжело. Учителя, к примеру, указывали на какой-нибудь предмет, называли его на русском, а мы — на чувашском. Никак не могли усвоить. Но еще хуже приходилось ребятам из Третьего Успенского. Начальную школу у себя они оканчивали на чувашском, а здесь им приходилось сразу переходить на русский. Сейчас у нас только старожилы говорят на родном языке.

Примечателен тот факт, что когда семье все же удалось реабилитировать имена своих предков, им вернули отчий дом, и сейчас Александра Кожевникова живет в избе прадеда. В этом году дому исполнилось 110 лет. Несмотря на свой преклонный возраст, он по-прежнему крепкий, только фундамент меняли. Сейчас ее семья рядом с ним возводит новый дом.

Первым делом строили бани

На праздник Чуклеме приехал и народный умелец, чуваш Леонид Захаров. Он проживает в деревне Тагне Заларинского района. Родители привезли его, месячного, в Сибирь в 1956 году. Отца привлекли перспективы. Им оплачивали дорогу, присваивали льготы, и плюс, как с улыбкой подмечает Леонид Иванович, легко дров можно было на зиму наготовить. Тогда с ними пол-эшелона ехали в эти края.

Первое время супруги проживали в Масляногорске, а затем перебрались в Тагну. Отец сам построил дом, трудился в совхозе бухгалтером-счетоводом, мама сначала работала продавцом, а когда один за другим стали рождаться дети, обеспечивала им уход и заботу. Всего в семье родилось восемь детей. Сейчас все они разлетелись по разным городам России: от Мурманска до Владивостока.

Успел поездить по городам и Леонид Захаров. Однако спустя годы он все же вернулся на малую родину. Всю жизнь проработал строителем, а сейчас у него дома есть своя столярная мастерская. Мастер — золотые руки не только может изготовить необходимые в хозяйстве вещи, а также вырезать из дерева различные миниатюры. Его работы выставляют на многих фестивалях, конкурсах. В прошлом году он стал дипломантом областного конкурса «И невозможное возможно».

— У меня есть изделия из липы, березы, сосны, но все же я предпочитают березу. Она дает однотонную поверхность, блеск, ее легче обрабатывать, меньше впитывает лака. Материалы заготавливаю сам. И здесь тоже есть нюансы. Например, все с той же березой. Сначала я ее сушу на чердаке три года, а затем использую в работе, — говорит Леонид Иванович. — То, что я мастерю, — это некий порыв души. В работе я нахожу покой и умиротворение. Трудишься, а голова отдыхает.

Большую часть изделий он раздает родным, друзьям, знакомым. По словам умельца, его талант передался ему от предков. Чуваши все хорошие строители. Перебравшись на новое место поселения, они строили большие добротные дома. Однако, как рассказывают местные старожилы, перед тем как возводить хоромы, они первым делом ставили бани. Для русских это было необычно.

— Отцу понравилось место на берегу. Именно там он построил дом. Огород у нас был в один гектар земли. Хозяйство, конечно, было свое. Всех детей надо было вырастить, выучить. Сейчас в Тагне проживает порядка 8—9 семей чувашей. Многие переехали в Иркутск. А мне здесь нравится. Помимо дерева, у меня есть еще одно хобби — люблю прясть. В молодости сделал себе прялку и вечерами начал прясть шерсть. Из готовой пряжи вязал детям свитера и даже дочкам колготы цветные. Сейчас все уже взрослые. Радуют нас внуками, — говорит Леонид Захаров.

Хмельные плантации

Во время отмечания осеннего праздника состоялся и фестиваль национального напитка — пива. Каждая хозяйка привезла с собой несколько сортов. Любой желающий мог отведать пива и выбрать его на свой вкус. Тонкости приготовления классического пива хорошо знает Антонина Журавлева. В свои 86 лет она его по-прежнему готовит.

— Приготовление пива — процесс очень длительный. Сначала готовятся квасники. Осенью, после уборки урожая, в равных долях варятся картофель, свекла, морковь. Перед этим овощи нужно тщательно промыть. Я обычно три чугуна ставила в русскую печь. После готовности вываливаю их вместе с бульоном в алюминиевый бачок и хорошо толку. Затем в эту же горячую массу сыпется ржаная мука крупного помола. Размешиваю все это и даю остыть. Из получившегося теста надо накатать булки, посадить на противень и поставить в русскую печку. Там они должны очень хорошо поджариться. Затем булки крошим на мелкие кусочки и снова сушим их в печи. На все это действо уходит примерно неделя. Квасники должны хорошо просушиться. После готовности я их фасую в тряпочные мешочки и убираю.

Также отдельно готовятся хмель и солод. Хмель чуваши специально выращивают на своих приусадебных участках. А в прежние времена в совхозе даже были целые плантации с хмелем. Каждая хозяйка готовила его по-своему. Напиток разливали в дубовые бочки, а также в бутылки, которые хранили в холодном погребе.

Антонина Журавлева родилась и выросла в Чувашии, там же окончила педагогическое училище, и по распределению в 1951 году ее направили в Иркутскую область, Зиминский район, село Новолетники. Первоклассники, которых взяла на обучение молодая учительница, по-русски говорить совсем не умели, поэтому она учила их на двух языках. Сейчас ее ученики, смеясь, вспоминают, как она им растолковала русские слова на чувашском.

— Сейчас, наоборот, чувашского слова не услышишь. Хоть родители и чуваши, а их дети, внуки уже ничего не знают и не говорят. Моя старшая дочь родилась в 1953 году, тогда еще все разговаривали на родном языке, и поэтому она свободно владела родной речью. Младшие дети, придя в школу, уже почти его не знали.

В 1971 году Антонина Николаевна организовала ансамбль «Йамра». Первые песни были из репертуара, который она сама помнила из детства. На родину она ездила во время отпусков: один раз в три года. До тех пор, пока были живы ее родители. Сейчас в Чувашии остаются двоюродные братья, сестры, племянники. С ними Антонина Журавлева общается по телефону.

— Дети мои тоже были на родине, знали бабушку и дедушку. К сожалению, родную речь они не знают, а вот я по-прежнему на ней читаю, пишу и пою.