Что же будет на месте рынка «Шанхай»?

Информация о том, что группа разработчиков во главе с директором центра урбанистики Томского госуниверситета Алексеем Козьминым представила мэру Иркутска концепцию развития территории рынка «Шанхай», не прошла незамеченной для редакции «СМ Номер один».

Напомним, что еще не так давно Алексей Козьмин жил в Иркутске, не без успеха баллотировался на должность городского градоначальника, являлся депутатом Законодательного собрания региона. Потом, в связи с очередной сменой областного руководства, он покинул регион, работал в Кирове, Москве, Томске. Узнав об его участии в реконструкции «Шанхая», мы связались с экспертом и попросили его рассказать об этом проекте. Алексей Козьмин согласился, правда с некоторыми оговорками.

— Поймите, раньше времени я не могу раскрывать подробности, — сказал он. — Территория эта сложная, много собственников. Сейчас со всеми ведутся переговоры. С некоторыми собственниками мы уже встречались по несколько раз, и говорить о конкретных решениях мы пока не можем. Далеко не все согласовано, и сейчас существует большой риск просто ввести людей в заблуждение. На данный момент мы можем только говорить об общей концепции развития территории.

— Хорошо, давайте поговорим в таком ключе. И какой сейчас видится эта концепция?

— Главная задача — сделать эту площадку единой территорией. Не местом, где много земельных участков, отгороженных друг от друга заборами, и где каждый строит то, что хочет: кто — жилье, кто — гостиницу, кто — торговый центр, — а единым пространством с пешеходными проходами, бульварами, большим количеством зелени. Общественное пространство, соединенное между собой, сейчас коммерчески более выгодно, чем обособленная застройка старого типа. Капитализация такой территории повышается, и доход каждого объекта недвижимости тоже повышается. Потому что люди идут не конкретно в ТЦ «Шанхай», а гуляют и посещают многие объекты.

— По сути, вы рассказываете принцип работы 130-го квартала?

— Да, пример 130-го квартала показал, что такое возможно и что это работает. Собственники, которые вложились в объекты 130-го квартала на начальном этапе, сегодня получают достаточно высокие доходы — гораздо выше, чем планировали. И это, конечно, помогает разговаривать с собственниками земельных участков в районе «Шанхая».

— Площадка, над которой вы сейчас работаете, будет существовать автономно, без привязки к каким-то другим городским объектам, или все-таки планируется некая общая идея?

— Конечно, у проекта есть общая идея. Это воссоздание торговой оси Иркутска, которая сформировалась еще в XIX веке и продолжила свое формирование после перестройки. Она тянется от сквера Кирова, ТЦ «Меркурий», через улицу Пролетарскую, площадь у цирка, торговый центр «Сезон», потом переходит в улицу Урицкого, площадь Торгового комплекса, уходит по Партизанской и Байкальской до ТЦ «Иркутский». Этот маршрут планируется сделать пешеходным. Мы сами ходили по нему, опробовали, так сказать, на себе. Вся прогулка в неспешном режиме занимает час-полтора. Это если долго не зависать в магазинах. Есть идея замкнуть это кольцо на набережной, сделать такой пешеходный и велосипедный круг, изменить, трансформировать центр Иркутска. Не сразу, конечно, а постепенно. Это проект как минимум на пять лет. Он позволит изменить центр города — из провинциального торгового с обликом начала девяностых годов он превратится в современный, а в некоторых частях и в ультрасовременный. Вот наша мегазадача, которую, между тем, я считаю вполне реальной.

— При таком раскладе собственники «шанхайских» участков должны стать единомышленниками.

— С одной стороны, собственники не слишком довольны, что прекратили использовать свои земли как торговые площадки. С другой — большинство из них прекрасно понимали, что такое использование земли в центре города когда-то закончится. У них были какие-то свои проекты застройки территории, созданные еще в 2009—2011 годах. Поэтому многие собственники просто рады, что с ними наконец-то начали разговаривать. Мы, безусловно, изучаем их проекты. В чем-то соглашаемся, где-то просим что-либо поменять… В общем, идет рабочий процесс, и все постепенно выстраивается в контексте этого единого пространства.

— Вот вы говорите о пешеходных зонах. А как же транспорт? Куда он денется? Ведь сейчас транспортная проблема одна из наиболее важных в Иркутске…

— Я, безусловно, знаю об этих проблемах, однако все равно считаю, что центр города должен стать более пешеходным. Город должен использовать практику введения муниципальных парковок и частных платных парковок. Это, во-первых, упорядочивает использование городского пространства, а во-вторых, частично пересаживает людей с личного транспорта на общественный. Это объективная тенденция. Сейчас во всем мире пришли к тому, что расширение дорог, строительство развязок не решит проблему пробок, потому что транспорта становится все больше, особенно по центрам городов. Единственный способ, который работает, — это развитие общественного транспорта, удобные пересадочные узлы, до которых человек может доехать на машине, а далее пересесть на общественный транспорт или пройти пешком в пределах одного километра.

— То есть вы реально считаете, что любой отдельно взятый иркутский бизнесмен захочет приехать на работу на троллейбусе или прийти пешком? Извините, но с трудом верится…

— Когда два года назад в Москве ввели ограничения на проезд через центр города, открыв при этом муниципальные парковки, у меня многие друзья-москвичи очень негативно к этому относились. «Что, — говорили они, — нам теперь на метро ездить?» А теперь, когда прошло время, отношение стало совсем другое. Некоторые действительно пересели на общественный транспорт. А большинство по-прежнему ездит на машинах. Но теперь по центру Москвы можно передвигаться — исчезли парковки в четыре ряда, стали чистые полосы, везде повесили камеры. Понятно, что нужно время для изменения как собственно городской среды, так и сознания людей. Но это неизбежно. Все города идут по этому пути. Вот я сейчас участвую в создании нового генерального плана Красноярска. Там тоже остро стоит транспортный вопрос. Специалисты посчитали, что помимо расширения дорог в Красноярске необходимо строительство транспортных развязок. И чтобы все сделать по уму, нужно в ближайшие десять лет построить 56 новых двухуровневых развязок.

Мы переложили это на деньги, и при условии, что каждая развязка стоит порядка трех миллиардов рублей, получилось почти 180 миллиардов. Такая сумма неподъемна даже для Красноярска. Очевидно, что это не будет реализовано. В то же время если вложить значительно меньшую сумму в развитие общественного транспорта, то нужный результат будет достигнут. Поймите, необходимо не просто заставить людей сесть на автобусы. Необходимо поменять сам подход к общественному транспорту. Человек должен ездить на автобусе с достоинством, чтобы это ему было приятно. И понятно, что этим автобусом должна быть не вонючая корейская маршрутка 90-х годов выпуска, а современная машина с комфортными посадочными местами, нормальным салоном, нормальным водителем, которая движется по расписанию.

— Применительно к развитию транспортной схемы Иркутска, а потом к проекту реконструкции территории бывшего «Шанхая» в городе говорили о строительстве тоннеля под Иерусалимской горой. Насколько серьезно можно относиться к таким проектам?

— У нас в техническом задании было много вопросов, связанных с транспортной проблемой. И один из вариантов, который прорабатывался для решения этой проблемы, — это строительство тоннеля под Иерусалимской горой. Этот проект создавался для того, чтобы не расширять улицу Софьи Перовской. Пока предварительно мы приходим к такому решению, что на перспективу 10—15 лет в подобном тоннеле нет необходимости.

— Почему?

— На данный момент транспортная проблема более или менее решается организационными решениями по равномерному использованию всех улиц. В нашей группе работают московские эксперты. Мы с ними ездили по центру Иркутска — и в часы пик, и в более свободное время. Главное наблюдение: здесь очень неравномерная загрузка улиц, немагистральные улицы практически не загружены. Даже в часы пик, зная сетку дорог, можно найти маршрут объезда, который обязательно будет свободен. Это означает, что организационными решениями можно очень многое изменить. Что касается общественного транспорта, то нужно снижать количество маршрутов на некоторых улицах или перераспределять их. Нет необходимости такого скопления общественного транспорта на улицах Байкальской, Дзержинского, Ленина. Мы замеряли: на Байкальской в час пик проходит более 200 автобусов. В Иркутске пробки создает общественный транспорт. Во всем мире пробки появляются из-за частного транспорта, а в Иркутске из-за общественного! Это уникальный случай, который стал возможен из-за крайне неэффективной маршрутной сети. Причем некоторые решения по изменению ситуации лежат на поверхности.

— Какие, например?

— Например, в районе Центрального рынка сложился пересадочный узел. Еще в советское время все автобусы шли на Центральный рынок, и там люди пересаживались на другой транспорт, который шел в другие районы города. Сейчас в Иркутске совершенно другое распределение рабочих мест, занятости транзитных потоков, а этот узел остался. Он уже не соответствует нынешнему времени. Но как он там исторически сформировался, так по инерции и продолжает существовать. Большинству людей, которые автоматически едут на Центральный рынок, вовсе не нужен этот Центральный рынок. Но они едут туда, потому что так выстроены маршруты. Нужно создать несколько удобных пересадочных узлов в городе, чтобы люди могли передвигаться без обязательного посещения центра.

— Не могу не задать один вопрос более общего плана. Долгое время мы говорили, в том числе и в наших с вами интервью пяти-шестилетней давности, о заметном отставании Иркутска от Красноярска, Новосибирска, Томска. Сейчас на эту болезненную тему стали как-то меньше говорить. В Иркутске просто смирились с этим или ситуация как-то поменялась?

— Ситуация действительно меняется. В Иркутске начали проходить очень интересные вещи, появилась какая-то движуха. Взять, например, 130-й квартал. Я знаю, что в самом Иркутске к нему неоднозначное отношение, а вот за его пределами квартал воспринимают как один из самых успешных примеров трансформации городской среды. На всех конференциях, семинарах, где я бываю, в других городах, не иркутянами даже, этот пример приводится как положительный, по кварталу пишут диссертации. Это с одной стороны. С другой — часть сибирских городов немного затормозила в развитии: Томск, например, или Новосибирск. Особенно это касается Новосибирска. Здесь вообще, мне кажется, все очень грустно. Из-за постоянной нестабильности, смены власти город развивается слабо, очень сильно проигрывает Екатеринбургу, хотя стартовые позиции у них были очень близки.

— Власть вообще склонна противиться прогрессу — вам не кажется?

— Я ощутил это на собственном опыте. Вы, наверное, помните, когда я работал в Иркутске в Фонде регионального развития, мы проводили самые разные мероприятия, посвященные стратегии развития региона. И каждый раз зазвать на любое из этих мероприятий представителя власти было крайне тяжело.

Власть не любит тех, кто занимается развитием. Потому что эти люди предлагают что-то делать, двигаться, менять, а у нее, у власти, другая задача — обеспечить функционирование системы. Я помню, как Владимир Викторович Якубовский в свое время говорил: «Ну что вам все время нужно? С теплом проблем нет, с водой проблем нет, все работает, город не замораживается, транспорт ходит, больницы работают. Чего не хватает?» Это тоже позиция, но для шага вперед ее, на мой взгляд, недостаточно. Известный российский эксперт Сергей Градировский, который не так давно проводил в Иркутске семинары, говорил, что для того, чтобы заниматься развитием, нужны три вещи. Первая — это длинная воля. То есть человек, взявшийся за развитие той или иной территории, должен в течение 10—15 лет работать на одну цель. Потому что развитие быстрым не бывает. Вторая — сложное мышление. То есть человек должен видеть не только свои узкие функциональные обязанности, но и философски подходить к любому вопросу, сравнивать, анализировать, иметь свой принцип. И третья — это хорошее здоровье. Потому что без хорошего здоровья надолго тебя не хватит.

Иллюстрации: 

Городская администрация уже пыталась облагородить район «Шанхая», выбрав для этого весьма необычный способ. Самые неприглядные места были закрыты баннерами футуристической направленности.
Городская администрация уже пыталась облагородить район «Шанхая», выбрав для этого весьма необычный способ. Самые неприглядные места были закрыты баннерами футуристической направленности.
Алексей Козьмин сейчас возглавляет центр урбанистики Томского госуниверситета. При этом он работает над проектами развития Омска, Красноярска, Новосибирска, Иркутска. Неудивительно поэтому, что, говоря о месте своей «прописки», Алексей Козьмин называет себя сибиряком.
Алексей Козьмин сейчас возглавляет центр урбанистики Томского госуниверситета. При этом он работает над проектами развития Омска, Красноярска, Новосибирска, Иркутска. Неудивительно поэтому, что, говоря о месте своей «прописки», Алексей Козьмин называет себя сибиряком.
Материалы в тему: 

Сбербанк проведет очередную «ипотечную субботу» в Иркутске

В Иркутске 15 июня 2013 года пройдет очередная «ипотечная суббота» Сбербанка. Как сообщает пресс-служба банка, в мероприятии могут принять участие иркутяне, планирующие улучшить жилищные условия с помощью кредита Сбербанка. В рамках «ипотечной субботы» специалистами банка посетителям будут даны инди...
baikalpress_id:  96 912