В ритме серебряного танца

Призеру лондонской Олимпиады, знаменитой гимнастке Дарье Дмитриевой устроили торжественной прием в Иркутском аэропорту

«Уважаемые пассажиры и граждане встречающие! Сегодня рейсом СУ 4702 из Москвы в Иркутск прибывает серебряный призер ХХХ Олимпийских игр в Лондоне — гимнастка Дарья Дмитриева. Присоединяемся к поздравлениям в адрес знаменитой спортсменки», — примерно такое сообщение можно было услышать в зале ожидания аэропорта Иркутска в минувшую пятницу рано утром. На улице в честь вышеназванного события играл оркестр, а на втором этаже терминала в это время было весьма оживленно: солидные мужчины с роскошными букетами, юные болельщицы с большущим плакатом «Поздравляем!», вездесущие фотографы, операторы, журналисты...

И вот из-за стеклянной двери вышла она — красивая, обаятельная, с неизменной
улыбкой. Первыми к своей Даше бросились совсем юные ее подружки: те, с кем она
еще недавно занималась в одном зале и для кого за короткое время сумела стать не
просто одноклубницей — кумиром, примером для подражания. Цветы, поцелуи,
объятия... Короткие два десятка метров до подготовленного к общению с прессой
павильона спортсменка буквально прорывалась минут двадцать. Далее — многократное
«спасибо» всем, всем, всем: родным, друзьям, землякам, поклонникам...

— Я шла к этой награде 38 лет, Даша — больше десяти. Нам очень приятно, что
мы сумели порадовать этим успехом столько людей, — сказала на брифинге
заслуженный тренер страны Ольга Владимировна Буянова. — Пусть эта медаль станет
нашим скромным подарком всем жителям Приангарья в год празднования 75-летия
области. Спустя сутки после бурного приема в аэропорту немного успокоившиеся и
выспавшиеся триумфаторы лондонской Олимпиады более часа обстоятельно отвечали на
вопросы журналистов.

Как тренеры находят будущих чемпионов?

Ольга Буянова: — После того как я приехала из Италии, где работала главным
тренером этой страны, обнаружила, что художественная гимнастика в Иркутске
пребывает в упадке — спортсменок, с которыми можно серьезно работать,
практически нет. Тогда решила начать с нуля, набрать группу самых маленьких.
Очень долго, наверное с полгода, ходила по детсадам, школам. И все как-то без
реальных результатов: девчушек, которые были бы по душе, нашла немного. Потом
вдруг вспомнила, что школу № 9, где когда-то училась Оксана Костина, я
пропустила. Зашла, а там учительница Оксаны меня узнала, поздоровалась. Я
говорю: «А давайте ваш класс погляжу». Причем это был второй класс, 8—9 лет
девчонкам, таких «старушек» в начальную группу мы стараемся уже не брать. Но я
почему-то решила посмотреть их. Выбрала двух — включая Дмитриеву... Затем новая
напасть: Дашина мама без особого восторга встретила известие, что ее дочь
приглашена в секцию художественной гимнастики и просто не привела ее. Нам
пришлось маму какое-то время уговаривать.

Сейчас даже не могу понять, почему я так с этой девочкой возилась: гибкость
средняя, остальные данные тоже не ахти. Внешность, теперь можно честно сказать,
тоже была не очень (смеется). Понимаете, есть дети, которые идеально подходят
для художественной гимнастики: сами худенькие, ножки длинные, ручки изящные. У
Даши всего этого не было — она была таким крепышом. Скорее всего, зацепило то,
что девчонка оказалась очень трудоспособной — большие нагрузки ей нипочем.
Бесстрашная — ничего не боится. Ну и смышленая, умненькая — ей два раза
повторять не надо.

А еще это сама непосредственность. Помню первую нашу тренировку. Все дети (а
маленьких занимается обычно много) проходят мимо, здороваются. Я кому отвечу,
кому просто махну, кому кивну... Дашу тоже как-то так поприветствовала. Так она
остановилась, по плечу меня похлопала и говорит: «Я с вами поздоровалась, а вы —
нет». Все дети просто обомлели... Вот так она практически с первой встречи
заставила с собой считаться.

Потом я забрала ее в старшую группу. Маленькие еще соревновались без
предмета, а Даша, насмотревшись на выступления больших, все канючила: «Ольга
Владимировна, когда я буду с мячиком танцевать?» Именно так — танцевать... Вот
дотанцевались спустя десять лет до олимпийской награды. Кстати, Даша родилась
спустя несколько месяцев после трагической гибели Оксаны Костиной. Они обе
учились в одной школе, у одной учительницы, их семьи проживают на одной улице —
в соседних домах. Обе мамы — Галины: одна Даниловна (у Костиной), другая —
Давидовна... Такая вот мистика получается.

Как все-таки удалось убедить главного тренера сборной Ирину Винер изменить
мнение в пользу Даши?

Дарья Дмитриева: — Хочу рассказать по этому поводу одну историю. Занимается у
нас маленькая девочка, которую зовут Настя Плотникова. Она постоянно в зале
крутится вместе с гимнастками сборной страны. Этой девчушке позволено почти все
— этакая любимица всех, и в первую очередь Ирины Александровны. И вот Настя
незадолго до нашей поездки в Англию отправила тренеру такое сообщение:
«Здравствуйте, Ирина Александровна! Очень прошу Вас поставить на Олимпийские
игры Дашу Дмитриеву. Мы все очень надеемся на Ваше правильное решение. Вы очень
хороший и любимый тренер. Настя Плотникова».

А после того как Ирина Александровна объявила, что выступать в Лондоне буду
я, девочка написала: «Дорогая Ирина Александровна! Большое спасибо, что Вы
поставили Дашу Дмитриеву на Олимпиаду. Вы самый добрый человек на всем белом
свете. Настя Плотникова». А ведь были еще сотни, тысячи обращений в Интернете,
мои болельщицы монтировали видеоролики с моими выступленими, составляли коллажи,
даже в некоторых городах фотки мои раздавали, чтобы люди за меня болели. Ну как,
скажите, при такой поддержке я могла выступить плохо!

Насколько объективным было судейство на Олимпиаде?

О.Б.: — Это тема особая. Представьте, сидят 24 арбитра и пристально следят за
каждым движением спортсменки, и ни один, даже неуловимый для взгляда обычного
болельщика, просчет от них не ускользнет. А над этими судьями еще дюжина
смотрителей, которые вступают в дело в спорных ситуациях. Конечно, арбитры были
бы не прочь помешать российским девчатам взять на этих соревнованиях максимум —
золото и серебро: ну надоели мы всем уже со своими успехами в этом виде спорта!
Но с Женей Канаевой там все понятно — она выше всех на голову, почти безупречна.
А вот с Дмитриевой, как говорится, возможны варианты. Если бы Даша хоть раз дала
им шанс усомниться в ее превосходстве над соперницами, то, поверьте, они ее с
радостью опустили бы ниже призовой тройки.

28,300 — за обруч, 28,350 — за мяч... Столь низких оценок мы не получали уже
очень давно. Не скажу, что выступление моей ученицы было безошибочным, но не до
такой же степени! Нужно еще посмотреть видеозаписи — времени все не хватает. А
третий вид — булавы, наше слабое звено, если можно так сказать. Их Даша без
ошибок на соревнованиях только один раз делала — в Австрии. Дрогни она в этот
момент — и все, прощай медаль. Но она выступила блестяще. Ну а лента уже наш
вид... Это видел весь мир. За это упражнение нам оценку поставили даже выше, чем
Жене Канаевой.

Почему упали булавы в квалификации?

О.Б.: — Во-первых, сложность работы с булавами в том, что их две. И пока
спортсменка следит за одной, вторая так и норовит улететь куда-нибудь не туда. А
во-вторых, в предыдущем олимпийском цикле в программе мировой художественной
гимнастики булав просто не было. Была скакалка. Даша же в силу своего возраста
вообще не работала с этими предметами с раннего детства. Совсем немножно мы
занимались с ними лет примерно восемь назад. Так что пришлось осваивать их
практически заново. Отсюда и проблемы.

Какие у спортсменок взаимоотношения с предметами?

Д.Д: — Они для меня как одушевленные существа. Я с ними даже разговариваю
иногда. Никогда раньше их не била и не швыряла. А здесь, перед Олимпиадой, во
время одной из тренировок в Шеффилде вдруг разозлилась на мяч и швырнула его что
есть мочи. Как я потом перед ним извинялась, просила простить меня, объясняла
ему, что это был нервный срыв и что больше это не повторится. А он, словно в
наказание, начал у меня буквально из рук валиться. Несколько предолимпийских
прогонов просто провалила из-за этого. К счастью, когда было особо нужно, он
меня не подвел. Но это для меня урок на всю жизнь. О.Б: — Предметы для каждой
гимнастки подбираются особо. Один сразу ложится в руку, другой, точно такой же,
совершенно не подходит. Даша из таких спортсменок, которые очень бережно
относятся к своим предметам. Вы бы видели ее ленту — сколько на ней уже дырочек,
однако менять ее она ни в какую не хочет.

Почему поклонницы называют Дмитриеву Бусей?

Д.Д.: — Когда я ненакрашенная на тренировку приходила утром, то у меня темные
глазки маленькие были похожи на бусинки. Вот меня и прозвали тренеры в Москве
Бусей. Потом как-то прижилось.

Кому Даша показала «нос» после окончания олимпийского турнира?

Д.Д.: — Года четыре назад, когда я еще даже и не мечтала о попадании в
сборную, на одной из тренировок папа Юли Ильиной, девочки, которая со мной
занималась в одной группе, сказал, что с таким упорством мне одна дорога — на
Олимпийские игры. «Дядя Эдик, — воскликнула я тогда, — я вас умоляю, какие
Игры!» И действительно: у меня тогда мастерство было ниже плинтуса. А он
попросил, если окажется прав, чтобы я ему показала вот этот жест. Уже в Лондоне
я вдруг вспомнила об этом давнем разговоре, ну и после последнего вида выполнила
просьбу. Он потом звонил — так радовался моим успехам и тому, что не забыла о
нашем уговоре.

Чем Даша собирается заняться после приезда из Лондона?

Д.Д.: — Сейчас лечу вместе с подругами по сборной России на Сардинию. Немного
отдохнем. А уже 10 сентября начнется подготовка к очередному старту, который
пройдет в Японии. А еще меня пригласили на телевидение — на известную передачу
«Танцы со звездами». Интересно будет попробовать. В общем, жизнь продолжается.

Будет ли серебряный призер Лондона-2012 готовиться к следующей
Олимпиаде?

Д.Д.: — Желание, конечно, есть. Тем более со следующего года в художественной
гимнастике вводится новая программа, которую уже кто-то окрестил «программа для
Даши Дмитриевой». Особое внимание в ней будет уделяться артистичности, грации,
пластичности и танцам. В цене будут вращения и пируэты.

То есть все то, что мне нравится... Впрочем, ничего загадывать не буду.
Четыре года — большой срок, и все может случиться. Главное, чтобы здоровье было.

Чего сейчас не хватает Дарье Дмитриевой, чтобы стать первой в мире?

О.Б.: — Стабильности в первую очередь. Часто эмоции ее просто захлестывают, и
отсюда появляются ошибки. А еще я лишь на этой Олимпиаде поняла, что научила
Дашу всего процентов на 70 от того, на что она способна. По очень многим
параметрам она может прибавить. Поэтому пика гимнастической спортивной формы у
моей ученицы еще не было.

Будет ли возрожден турнир памяти Оксаны Костиной?

О.Б.: — Да разговоры об этом не прекращались никогда. Почти на каждом турнире
ко мне подходят тренеры, спортсмены и спрашивают, когда же мы снова начнем
проводить соревнования памяти Оксаны. Ведущие гимнастки мира по первому зову
готовы лететь к нам в гости, на берега Байкала. К тому же теперь нам и самим
есть что показать своим землякам — за то время, что не проводится турнир, у нас
выросла спортсменка, способная побороться на нем за победу.

Увы, единственным препятствием для нас является отсутствие достойного места,
где этот турнир можно было бы провести. Надежда только на Ледовый дворец — если,
конечно, площадка там действительно будет, как ранее заявляли,
многофункциональной, как это практикуется во всем мире. Но этот объект не сдан
еще, и когда это произойдет — неизвестно. Что касается «Байкал-арены», то
гимнастический зал в ней не приспособлен для проведения соревнований — нет мест
для зрителей. Это больше тренировочная база, которая и будет использована по
назначению: в самое ближайшее время там откроется специализированная школа
художественной гимнастики.

Метки:
baikalpress_id:  88 992