Александр Мещеряков: «Детали ломаются, а люди выдерживают»

Многие из тех, кто в свое время строил БАМ, и сегодня продолжают трудиться на железной дороге, делятся своим опытом, а нередко и сами возглавляют различные участки и подразделения.

Среди таких людей Александр Романович Мещеряков. В 1981 году он приехал в Северобайкальск, где вместе с женой устроился на работу в колонну 137-го треста «БАМ-строймеханизация». Сейчас он главный инженер Восточно-Сибирской железной дороги. С ним мы поговорили о прошлом, настоящем и будущем БАМа.

— Три года я работал на БАМе как строитель, — вспоминает он. — На перегоне Дабан — Дельбичинда мы делали выемку на месте будущего Байкальского тоннеля. На тот момент это был один из самых сложных бамовских участков. Потом я перевелся непосредственно на железную дорогу и здесь занимался уже своим делом — электрификацией. По образованию я все-таки энергетик. Первым местом моей работы стала подстанция в Северобайкальске. Сначала я был здесь старшим механиком, потом начальником подстанции. После пуска участка Уоян — Таксимо меня назначали главным инженером дистанции электроснабжения, потом начальником дистанции. В Иркутске работал главным инженером службы электрификации, заместителем главного инженера дороги, начальником дирекции капитального строительства. Сейчас вот стал главным инженером ВСЖД. Такая вот трудовая биография, которая началась на БАМе.

— Не секрет, что было время, когда БАМу должного внимания не уделяли. Однако усилиями железной дороги его инфраструктура была сохранена. Сейчас, когда вновь появилось понимание стратегической важности этого объекта, какие задачи, на ваш взгляд, стоят перед ВСЖД помимо текущего обеспечения работы магистрали?

— Сейчас необходимо увеличивать пропускную способность. На данный момент в год перевозится 14 миллионов тонн груза, а надо 22 миллиона. Это очень серьезная, по-настоящему грандиозная задача. И нам нужно создать условия для того, чтобы там, на БАМе, было кому эту задачу решить. Сегодня много говорят о так называемых безлюдных технологиях, то есть когда участие человека в процессе сведено к нулю. Я бы воздержался от бездумного увлечения подобными новинками, особенно когда речь идет о БАМе. Там по-настоящему суровые условия, и я их прекрасно помню. Представьте: идет поезд в пятидесятиградусный мороз. Детали скрипят, изнашиваются и наконец ломаются — не выдерживают. А вот люди выдерживают и поезда обслуживают каждый день. Поэтому надо создать условия для того, чтобы человек там мог остаться и комфортно жить.

— Знаю, что сейчас ВСЖД отправляет на БАМ молодых специалистов. Что железная дорога может им предложить?

— Действительно, вопрос о закреплении кадров на БАМе стоит очень остро. Для того чтобы заинтересовать сотрудников, была принята специальная программа. Один из ее пунктов — материальное стимулирование. Те, кто работает в зоне БАМа пять лет и более, получают единовременное вознаграждение. Потом еще через пять лет, потом еще через пять, если продолжают работать. В зависимости от этих сроков суммы уже определены.

Строим жилье. Например, в этом году в Чаре закладываем первый из трех 27-квартирных домов, и к 40-летию БАМа один корпус должны уже сдать. Эти дома предназначены для сотрудников локомотивного депо. Выходим на регионы — я имею в виду Республику Бурятия и Иркутскую область — с инициативой о развитии совместных проектов. Согласитесь, железная дорога не может взять на себя абсолютно все. Те же клубы, больницы — это не совсем профильные для нас объекты. Поэтому здесь стоит подумать о схемах совместного участия.

В завершение нашей беседы мы поговорили о том, каким Александр Романович представляет БАМ через сорок лет. Если все будет развиваться так, как задумывается сейчас, то на магистрали будет кипеть жизнь, уверен наш собеседник.

— Не зря в свое время мы вложили в БАМ свои силы. И не зря сейчас привлекается немало людей, в том числе и молодежи, для завершения стройки, — говорит Александр Мещеряков. — Вот сейчас в зону, где ведет строительство Трансюжстрой, мы привлекаем 80 стройотрядовцев. Они будут набираться опыта, а кому-то, может 2—3 процентам, БАМ западет в душу, как это когда-то случилось с нами, и эти 2—3 процента примут решение поехать туда работать. И вот в них, в этих ребятах, я вижу будущее магистрали.

Иллюстрации: 

Александр Романович Мещеряков в 1981 году приехал в Северобайкальск, где вместе с женой устроился на работу в колонну 137-го треста «БАМ-строймеханизация». Сейчас он главный инженер Восточно-Сибирской железной дороги.
Александр Романович Мещеряков в 1981 году приехал в Северобайкальск, где вместе с женой устроился на работу в колонну 137-го треста «БАМ-строймеханизация». Сейчас он главный инженер Восточно-Сибирской железной дороги.
baikalpress_id:  95 873
Загрузка...